Древние библиотеки

Улугбек, внук Тимура, и его книги


Красив и богат был древний Самарканд, ровесник Афин и Рима. Он на тысячу лет старше Бухары и Ташкента. Впервые Самарканд упоминается античным историком в связи с походом Александра Македонского, легионы которого штурмовали эту твердыню на Зеравшане. В свое время его завоевывали арабы. Именно здесь они познакомились с бумагой, которую великий узбекский поэт Алишер Навои назвал крыльями, разносящими по свету мысли мудрецов. Один из историков того времени не без оснований утверждал, что «лучшая в мире бумага производится только в Самарканде».

Город до основания разрушили орды Чингисхана. Впоследствии он снова ожил, возродился. А во время правления Тамерлана достиг подлинного расцвета. И сейчас, пять столетий спустя, нас невольно восхищают великолепные постройки: дворцы, минареты, арки, мавзолеи. И масса кружев, затейливых кружев из камня. Под ослепительным солнцем, под высоким-высоким небом они кажутся вечными.

Здесь, под огромным голубым куполом мавзолея захоронен знаменитый Тимур, или Тамерлан — «железный хромец», мечтавший о завоевании всего мира. А единственной столицей всей земли неутомимый и жестокий завоеватель считал Самарканд.

В этом краю жили трудолюбивые земледельцы и искусные ремесленники, слава о которых шла по всему свету, здесь жили отважные, предприимчивые купцы, замечательные ученые, поэты и музыканты. Дворцы утопали в зелени садов. Арыки и водоемы сделали этот уголок планеты цветущим оазисом.

Из всех наследников Тимур особенно благосклонно относился к своему внуку, который уже с детства получил имя Улугбек — «великий хан». Большую часть своей жизни «железный хромец» провел в военных походах, и в некоторых из них принимал участие Улугбек. Здесь любознательный мальчик пользовался услугами своеобразной походной «библиотеки». Это была живая библиотека: вечерами в шатре великого завоевателя собирались историки, поэты, ученые-мудрецы. Они передавали ему содержание книг по истории, медицине, географии. Улугбек жадно впитывал в себя знания и прочно запоминал услышанное. А память у него была чрезвычайно цепкая. Кроме того, Улугбека рано стали учить чтению и письму. Сказитель, поэт и ученый шейх Ариф Азари был приставлен воспитателем к трехлетнему Улугбеку и находился при мальчике в течение четырех лет.

Отец Улугбека Шахрух правил в Герате, куда Улугбек наезжал довольно часто. Здесь он познакомился с настоящей библиотекой. Герат — ныне небольшой городок в Афганистане — в то время был крупным культурным центром. Он лежал на скрещении крупнейших караванных путей из Ирана в Китай, из Индии в Среднюю Азию. Среди ремесленников славились и мастера книжного дела: бумагоделы, каллиграфы, переплетчики. В городе десять учебных заведений — медресе, множество книжных лавок и китаб-хана — дворцовая библиотека, основанная Шахрухом.

Он был страстным любителем книг, которые доставляли к нему со всех концов света. За редкие, уникальные рукописи он платил любую цену. Должность смотрителя дворцовой библиотеки исполнял его сын Байсункар. Китаб-хана имела штат каллиграфов, миниатюристов, позолотчиков, переплетчиков. Здесь переписывались и украшались рукописи; некоторые из них — подлинные шедевры искусства. Часто роскошные издания имели, например, цветные поля: один лист светлобирюзовые, другой — розовые или красные; вслед за полями золотисто- желтыми шли палевые.

Велась в стенах китаб-ханы и филологическая работа. Именно отсюда в эти годы вышел сводный текст знаменитого эпоса Фирдоуси «Шахнаме» («Книга царей»). Эта прекрасная рукопись содержит двадцать больших, изумительных по исполнению миниатюр. В этой же мастерской создано другое сокровище — «Калила и Дим на», собрание басен. Обе рукописи хранятся сейчас в Тегеране, в Гюлистанской библиотеке.

В наше время ожил интерес к книжным знакам — экслибрисам. В эпоху Шахруха экслибрисы на книгах дворцовой библиотеки писались жидким золотом на первой странице вверху. Позже экслибрисы стали помещать в самом конце рукописи. Это видно из дошедших до нас двух рукописей — «Дивана юности» Алишера Цавои и «Книги исцеления» Авиценны.

Так вот, здесь-то — в Герате — в тихих и полутемных кельях китаб-ханы и проводил время Улугбек, знакомясь с величайшими творениями человеческой мысли. Конечно, никакого читательского формуляра или списка прочитанных книг мы не имеем, да его, по всей вероятности, и не было. О том, с чем знакомился Улугбек, что его привлекало, интересовало, можно судить по его трудам и письмам. Любовь к книге возникла у него очень рано и он пронес ее через всю жизнь.

В семнадцатилетнем возрасте (1411 год) внук Тимура стал полновластным наследником его пышной столицы. Улугбек не помышлял о завоевании вселенной. Те походы, которые он вел, чтобы защитить свои феодальные права, были не всегда удачны. Даже парадная, хвалебная надпись, что высечена в Нуратинском ущелье, гласит: «С помощью аллаха величайший султан, покоритель народов, тень бога на земле, опора ислама Улугбек — да продлит аллах время его царствования! — предпринял поход в страну монголов и от того народа возвратился невредимым». Всего-навсего «вернулся невредимым».

Строительство, созидание — вот в чем подражал своему деду просвещенный правитель, В Бухаре по указанию Улугбека воздвигается медресе, над входом которого до сих пор сохранились слова: «Стремление к знанию обязательно для каждого мусульманина и мусульманки».

Затем началась постройка медресе на базарной площади Самарканда — Регистанё. Любопытно, что на портале медресе было изображено звездное небо. Тем самым подчеркивалось, что медресе — место преподавания не только высших богословских дисциплин, но и точных наук.

Улугбек читал здесь лекции для учащихся. Предполагают, что предметом лекций была астрономия.

Некоторое время в медресе Самарканда учился великий таджикской поэт Джами, который утверждал:

Нет памятника на путях земных

Прочней, чем слово прозы или стих.

Уже в первые годы правления Улугбек окружил себя учеными. Астронома-мудреца Казы-заде Руми, например, называли «Платоном своей эпохи». Улугбек считал его своим учителем. Усилиями ученых, пользующихся покровительством Улугбека, в Самарканде была создана прекрасная библиотека, основное содержание книг которой — математика и астрономия. Как позже отметил академик В. Бартольд, «неизвестно, находилась ли библиотека Улугбека при обсерватории или в одном из дворцов». Обсерватория — лучшая в тогдашнем мире — была построена одновременно с медресе. Располагалась она недалеко от Самарканда.

Начало книжному собранию Улугбека, как предполагают, положили рукописи Пергама. В 1402 году этот город подвергся разгрому и разграблению войсками Тимура. Здесь-то, по всей вероятности, самаркандский завоеватель и обнаружил остатки некогда богатейшей библиотеки. Награбленные сокровища, среди которых были и рукописи, караваном направили в Самарканд. Кроме того, Тимур грабил библиотеки и в других городах.

Современник Тимура армянский историк сообщает, что во время завоевания Армении и Грузии Тимур, «собрав все армянские и персидские книги, сколько мог найти, послал их в Самарканд и поместил там в одной башне. Под страхом строжайшего наказания запретил он выносить книги из башни, а желающим читать их разрешил заниматься в башне...» Эти книжные сокровища поступали в библиотеку Улугбека, которая в годы его правления непрерывно пополнялась.

Круг интересов Улугбека был широк: он увлекался поэзией и музыкой, писал стихи, участвовал в литературных вечерах, где вел горячие споры с поэтами и учеными. Улугбек увлекался и историей, прочитал множество исторических трудов и старинных хроник. Он даже задумал написать большой исторический труд — «Историю четырех улусов» — о государствах, образовавшихся после распада империи Чингисхана.

Был Улугбек знатоком и ценителем художественной литературы. Рудаки, «Книга царей» Фирдоуси, «Пятирица» Низами, наконец, Хафиз из Шираза. Да разве перечесть все, что любил правитель Самарканда! В переписке с братом Байсункаром он вел настоящую литературную дискуссию. Но особую склонность правитель Самарканда питал к точным наукам: арифметике, геометрии и особенно к астрономии.

Улугбек был знаком с трудами Платона, Гиппарха, Птолемея, Аристотеля, досконально изучил произведения своих ученых соотечественников. Здесь знаменитый трактат по алгебре и «Трактат о солнечных часах» великого ал-Хорезми; «Хронологии древних народов Востока» и «Ключ к астрономии» ал-Бируни, астрономические таблицы ал-Баттани, «Канон врачебной науки» Ибн Сины. Известно, что он очень ценил пленительные стихи Омара Хайяма, но хорошо знал и его «Алгебру», где впервые детально разработана теория построения корней кубических уравнений.

Улугбек настолько изучил историю звездной науки, что сам начал писать книгу. Она имеет — вполне в стиле того времени— такой заголовок: «Знаменитые астрономы, китайские, сирийско-греческие, арабские, персидские, хорезмийские в изложении Улугбека». Естественно предположить, что для создания такого сводного труда надо иметь под рукой много книг.

Изучив астрономию, Улугбек сам стал производить наблюдения над небом. В его распоряжении были: великолепная обсерватория, оснащённая по последнему слову техники того времени, и замечательные ученые. В результате многолетнего труда была создана книга «Звездные таблицы Улугбека». Этот каталог, содержащий положения 1018 звезд, долго оставался самым точным и полным. Кроме таблиц, книга имела еще и обширное введение. В нем дана методика астрономических наблюдений, приведены способы определения высоты звезд, говорится о движении Солнца и планет, определяются моменты лунных и солнечных затмений.

В историю науки Улугбек вошел как знаменитый астроном. Сохранилась старинная (XVII века) гравюра, изготовленная в Европе. На ней — большая комната со сводчатым потолком, на котором карта звездного неба. За круглым столом — крупнейшие астрономы мира. Среди них Николай Коперник, Тихо Браге, Клавдий Птолемей. Председательствует муза астрономии Урания. Самое почетное место — по правую руку от Урании — занимает Улугбек.

Рукопись астрономических таблиц Улугбека тотчас после их выхода стали очень интенсивно размножать. Впоследствии ее переписывали по распоряжению Алишера Навои в Герате. Первый рукописный экземпляр попал в этот город еще в 1456 году. Потом таблицы были переведены на арабский язык.

Арабские и персидские варианты рукописи имеются в крупнейших хранилищах нашей страны, а также в Берлине, Лейдене, Париже, Оксфорде, Кембридже, Ватикане, Флоренции, Константинополе, Каире.

Надо ли говорить, что в своей научной деятельности Улугбек и другие ученые постоянно пользовались библиотекой. Достоверно известно, что в библиотеке часто работал один из приверженцев Улугбека Мухаммед Парса (умер в 1419 году), большой библиофил.

Предполагают, что обязанности библиотекаря выполнял Али-Кушчи, друг Улугбека, крупный ученый своего времени. С именем Али-Кушчи связывают и дальнейшую судьбу книжного собрания Улугбека, трагически погибшего в 1449 году.

Прочитанное Улугбеком, труды ученых, которых он цитирует в своих произведениях, — все это дает некоторое представление о книжных богатствах его библиотеки.

Известно, что при дворе султана поощрялась переводческая деятельность. На староузбекский язык переведен, например, трактат Шашиби об искусстве чтения Корана. В 1444 году был переписан ряд памятников тюркской литературы, в том числе знаменитая поэма Ахмеда Югнаки (XI-XII вв.) «Подарок истин». Лучший врач своего времени Нафис бен Иваз Кирмани написал специально для Улугбека обширный (около 1000 страниц) комментарий на «Объяснение причин и симптомов» на арабском языке. А некий Алауддин ал-Бухари посвятил Улугбеку свой труд по мусульманскому законоведению. Видный астроном, занимавшийся попутно и медициной, Джемшид закончил в 1427 году составление для библиотеки Улугбека сводного математического труда «Ключ к арифметике». Ему же принадлежат «Трактат об окружности» — на арабском языке; «Трактат о хорде и синусах», «Лестница небес», где дано изложение проблемы измерения небесных тел; «Услада прекрасных садов». Часть рукописей сохранилась.

(В Институте восточных рукописей Академии наук Узбекской ССР хранится «Трактат по арифметике», написанный на таджикском языке. Его автор Али-Кушчи. Ему же принадлежат «Трактат по астрономии» и «Трактат Мухаммедия». В последнем рассмотрены вопросы арифметики и алгебры. В Стамбуле Али-Кушчи перевел свой трактат с таджикского языка на арабский и преподнес его султану Мухаммедию II (отсюда и название труда).

Сказанного достаточно, чтобы убедиться, что библиотека хранила в своих фондах ценности редчайшие. Не вызывает сомнения, что и по оформлению рукописи были прекрасны. Достаточно вспомнить роскошные книги того времени, которые изготовлялись в Герате.

В Самарканде при Улугбеке жили и работали такие знаменитые каллиграфы, как Абдурахман Хорезми и два его сына — Абурахим и Абдулкарим. Они создали новые формы необычайно изящного почерка. Над оформлением книг трудились художники- миниатюристы, создавшие самаркандскую школу живописи.

И книги тогда «издавались» самые разные, разных пропорций и размеров. В Самарканде имелась книга-гигант — Великий коран. Он хранился в мечети Биби-ханым. Правда, сама книга исчезла в XIX веке, но о ее размерах можно судить по сохранившемуся каменному пюпитру. Пюпитр имеет два с четвертью метра в длину и два метра в ширину. Если коран, который чтецы клали на него, соответствовал таким размерам, то это была, пожалуй, самая большая рукописная книга в мире.

Огромная, в несколько тысяч томов, сокровищница древней литературы пропала бесследно после гибели владельца. Найти ее — давнишняя мечта ученых разных специальностей: востоковедов, историков, археологов. Они верят, что библиотека Улугбека, о судьбе которой до сих пор ходят легенды, — сохранилась, она цела. В связи с этим высказываются всевозможные предположения, различные гипотезы.

Хранитель отдела восточных рукописей Самаркандского университета Фахриддин Маруфи считает, что библиотека, по всей вероятности, спрятана где-то в окрестностях Самарканда. Почему? Да потому, что Али-Кушчи — друг и библиотекарь Улугбека, вынужденный бежать после смерти султана, не мог захватить с собой столько книг и надежно спрятал их.

Другой ученый, Б. Ахмедов считает возможным такой вариант. По предварительному плану, одобренному Улугбеком, Али-Кушчи, облеченный соответствующими полномочиями и снабженный неограниченными средствами, воспользовался возникшей после смерти правителя сумятицей и поспешно выехал из Самарканда, захватив с собой все, что можно взять: книги, рукописи, чертежи и т. п. Выехал он немалым караваном, сначала из столицы, а потом и из страны.

Говоря о местонахождении библиотеки, профессор Б. Розенфельд предполагает, что вернее всего рукописи находятся в «рассредоточенном» состоянии — на руках у населения. Не исключено, что рукописи могут быть обнаружены и в подземельях самаркандских дворцов.

«В земле библиотеку искать бесполезно», — утверждает начальник Пенджикентской археологической экспедиции А. М. Беленицкий.

Доцент Самаркандского университета А. Э. Хатипов убежден, что рукописи сохранились до наших дней. Сподвижники султана не могли допустить, чтобы прекрасное собрание редчайших книг разделило участь обсерватории. По мнению А. Хатипова, книги спрятаны близ кишлака Хазрет-Башары.

Мнения ученых далеко не совпадают, версии различны, но все они сходятся в одном — рукописи целы, библиотеку надо искать!

MaxBooks.Ru 2007-2017