История книги на Руси

Поощрение писателей Императором Александром I


На первых порах возникновения нашей журналистики сотрудники писали из любви к искусству и из-за того почета, каким пользуется печатное слово. Точно также авторы изданных книг, нередко, вместо денежного вознаграждения, довольствовались известным числом экземпляров — для раздачи своим знакомым. В 1784 году тот же Болотов пишет: «имел я неизъяснимое удовольствие видеть книгу свою «О благополучии», наконец, напечатанную. Г. Новиков не преминул тотчас прислать ко мне выговоренные экземпляры, и я не мог книгою сею довольно налюбоваться и благодарил Господа, что он удостоил, наконец, сей мой труд быть напечатанным, следовательно, быть через то увековеченным»

Около этого же времени, И. А. Крылов, прибыв в Петербург продал книгопродавцу Брейткопфу свое юношеское произведете, оперу «Кофейницу». Опера, слова которой были сочинены пятнадцатилетним юношей, показалась Брейткопфу любопытным явлением, и он согласился купить «Кофейницу», предложив автору за труд 60 рублей. Крылов, вместо денег, взял у книгопродавца книг, преимущественно сочинения Расина, Мольера и Буало.

При императоре Александре I вознаграждение за литературный труд определено было в виде положительных правил в уставах некоторых высших учебных заведений. В уставе, например, медико-хирургической Академии, 28 июля 1808 года, постановлено, что академик или профессор, представивший какое-либо свое сочинение, одобренное к напечатанию, получает единовременное награждение годового жалованья. Подобное правило принято было и в уставах духовных Академии 1814 года: одобренная конференциею книга печатается на казенный счет, а сочинителю назначается почетное или денежное вознаграждение.

При Александре I и пресса, и книжное дело находились в жалком состоянии: имея малый круг читателей, авторы и книгопродавцы не могли опираться на этих последних. Главным поощрителем и покровителем литературы, по крайней мере, в материальном отношении, в то время было само правительство.

«Редко какой-нибудь правитель оказывал такое поощрение литературе, как Император Александр, говорит его летописец Шторх. Замечательные литературные заслуги лиц, находящихся на службе, вознаграждаются чинами, орденами, пенсиями - писатели, не состояние на государственной службе, за литературные свои труды, доходящие до сведения императора, нередко получают подарки значительной ценности. При настоящем положении книжной торговли, русские писатели не всегда могут рассчитывать на приличный гонорар за большие серьезные сочинения; пример в роде Карамзина принадлежит к счастливым исключениям.

В таких случаях император, смотря по обстоятельствам, жалует писателям иногда крупные суммы на напечатание их трудов. Многие писатели посылают свои рукописи императору, и если они имеют какую-нибудь полезную тенденцию, он велит напечатать их на счет кабинета и затем дарит, обыкновенно, все издание литератору». «Почти все известные писатели, находящиеся на службе, получили орден св. Анны 2-й степени, — например, Румовский, Озерецковский, Иноходцев, Севергин, Гурьев, Паллас, Крафт, Георги, Фус, Шубер и мн. др. И в рескриптах, с которыми присылались орденские знаки, император почти при каждом случае объявляет, что он жа-лует эти отличия полезным литературным заслугам».

Затем Шторх упоминает о денежных пособиях, которые назначал император на издание полезных трудов.

Так, например, он дал некоему Лебедеву на издание путевых заметок по Европе и Азии — 10,000 рублей; московскому профессору Страхову на издание перевода: «Путешествия младшего Анахарсиса, Бартелеми» — 6,000 рублей; Политковскому на издание Адама Смита — 5,000 рублей и др. Множество русских писателей, представлявших Императору свои сочинения, награждаемы были перстнями, табакерками и другими ценными подарками. Случаи этого рода так обыкновенны, что мы не будем упоминать об них. Но ни один из русских писателей не мог похвалиться в этом отношении большим отличием, чем Карамзин.

Вообще, сумма, употребленная кабинетом Его Величества на этот предмет за один только 1802 год, простиралась до 160,000 рублей.

Не только писателей, правительство поощряло и издателей.

Около 1820 г. И. И. Глазунов предпринял многотомное издание «Памятника законов». При поднесении министром юстиции первой части этой книги Государю Императору, Александр Павлович Всемилостивейше повелел в 31 день августа 1825 года «для поощрения к продолжению сего издания наградить издателя Глазунова золотою медалью на владимирской ленте с надписью: «за полезное».

Для Карамзина необходима была материальная поддержка правительства, чтобы он мог написать «Историю Государства Российского» — это знаменитейшее литературно-научное предприятие в царствование Александра I. По званию историографа, Карамзин почитал долгом представить двенадцатилетний труд свой лично Государю, чтобы «История Государства Российского», посвященная его имени, явилась в публику с его собственного одобрения и под его высоким покровом. С этой целью он поехал в Петербург — в 1816 году. Вскоре после того Государь принял Карамзина, долго беседовал с ним, наградил его чином статского советника и орденом св. Анны 1-й степени и приказал выдать ему из кабинета 60,000 рублей на напечатание истории.

Через полтора года по переезде Карамзина в Петербург, вышли восемь томов его «Истории Государства Российского» (1816-1818 года). В 25 дней было продано 3,000 экземпляров: дело беспримерное в нашей книжной торговле. «Появление этой книги, рассказывает А. Пушкин в своих записках, наделало много шуму и произвело сильное впечатление. Все, даже светские женщины, бросились читать истории своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, была найдена Карамзиными как Америка Колумбом. Несколько времени ни о чем ином не говорили, хотя многие толки были такого свойства, что могли отучить всякого от охоты к славе». Второе издание продано было книгопродавцу Сленину за 50,000 рублей.

MaxBooks.Ru 2007-2015