История Китая

Кризис и арьергардные бои Национальной революции - страница 2

Деятельность коммунистов развертывалась прежде всего в районах, находившихся под властью уханьского Гоминьдана, а сфера эффективного правления Уханя сокращалась и оказалась фактически в блокаде. С востока угрожал Чан Кайши, с юга — поддержавший его гоминьдановский деятель Ли Цзишэнь, с запада — сычуаньский милитарист Ян Сэнь, с севера по-прежнему угрожала армия Чжан Цзолиня. Ухудшалось экономическое и политическое положение Уханя. В частности, из-за резкого сокращения налоговых поступлений уханьское правительство находилось в состоянии финансового кризиса, правительственные расходы обеспечивались прежде всего работой печатного станка, а вследствие этого росли цены, усиливалась инфляция. Неспокойны были и генералы, пока еще поддерживавшие уханьский Гоминьдан.

В этих сложных условиях КПК попыталась осуществить намеченную партийным съездом наступательную политику, попыталась подтолкнуть уханьский Гоминьдан к углублению революции как к единственному выходу из экономической и политической катастрофы.

В Ухане КПК могла опираться на растущее рабочее движение. В декабре 1926 г. там насчитывалось около 300 тыс. организованных рабочих (в мае 1927 г. — около 500 тыс.) и около 3 тыс. вооруженных пикетчиков. В новых политических условиях, сложившихся здесь после освобождения города, профсоюзы оказались большой политической силой, которую они и стремились использовать для достижения ряда социальных целей. Основными требованиями профсоюзов были повышение зарплаты примерно в два—три раза, сокращение продолжительности рабочего дня до 10—12 часов, улучшение условий труда, контроль за наймом рабочей силы. Однако результаты этой борьбы не были однозначны. Буржуазия по-своему реагировала на завоевания рабочего движения: иностранные и китайские предприятия стали сворачи-вать производство, закрылось две трети банков Ханькоу, капиталы стали переправляться в Шанхай, падало производство, усилилась безработица. Все это наносило тяжелый удар по экономике Уханя, особенно после 12 апреля, когда Ухань был фактически блокирован. Гоминьдановское правительство оказалось в проти-воречивом положении: с одной стороны, оно поддерживало профсоюзы, опиралось на них, с другой — пыталось защитить китайских предпринимателей. Недовольство «непомерными требованиями» рабочих высказывало и руководство НРА. В конце концов это привело к столкновению гоминьдановского правительства с рабочими организациями, к проведению «упорядочения рабочего движения». Но министром труда был коммунист и это еще более осложняло ситуацию. Однако частичные уступки со стороны КПК в рабочем вопросе к лету 1927 г. уже не могли ни облегчить экономическое положение блокированного Уханя, ни укрепить единый фронт, Состоявшийся в конце июня 4-й Всекитайский съезд профсоюзов под руководством коммунистов, провозгласивший некапиталистическую перспективу китайской революции, отказ от классового мира, необходимость решительной борьбы с буржуазией и т.п., также не способствовал смягчению противоречий гоминьдановцев и коммунистов.

Еще более серьезные политические последствия имела попытка углубить и расширить крестьянское движение. Речь шла прежде всего о Хунани и Хубэе, где руководимое коммунистами крестьянское движение к весне 1927 г. добилось наибольших успехов, главным показателем которых был фактический захват власти крестьянскими союзами (во всяком случае, в некоторых уездах). Здесь коммунисты в соответствии с принятой политической линией попытались перенести акцент своих лозунгов на аграрные требования. Возможно, в этом был и определенный политический расчет: не имея возможности снизить налоги, попытаться переключить внимание крестьянства на борьбу за снижение арендной платы, на борьбу за землю. Однако, как оказалось, даже крестьянская беднота не была готова к аграрным требованиям. Фактически крестьянские союзы, в которых верховодила беднота, пытались реализовать более понятные и близкие им требования: конфискация продовольствия и другого имущества у богачей, разорительные «коллективные обеды» у богатых землевладельцев, установление твердых цен на зерно, запрещение вывоза зерна и т.п. Во многом эти действия не выходили за рамки традиционных выступлений крестьянской бедноты, не посягали на основы социально-экономического порядка, были попыткой восстановить «справедливый» уровень эксплуатации. Однако эти выступления обостряли борьбу между имущей и неимущей частью деревни, приводили к столкновению крестьянских союзов с гоминьдановскими властями. Используя свою силу, крестьянские союзы в ряде случаев в ходе борьбы жестоко расправлялись со своими противниками.

Обострение классовой борьбы в деревне сказалось на положении и политических настроениях не только сельских верхов, но и многих социальных слоев города и самое главное — на политической позиции НРА. Объективно эта борьба крестьянских союзов вела к сокращению поступления налогов гоминьдановскому правительству, к повышению цен на продовольствие в городах, вызывала страх у всех собственнических элементов города. Особенно болезненно эта борьба задевала интересы офицерского корпуса и даже части солдатской массы НРА, тесно связанных с землевладельческими слоями деревни. Призывы КПК к аграрной революции лишь обостряли политическую ситуацию, усложняли отношения с Гоминьданом. В мае—июне 1927 г. многие генералы НРА, объединившись с богатыми землевладельцами и миньтуанями, стали наносить удары по политически изолированным кре-стьянским союзам. Уханьский Гоминьдан, со своей стороны, требовал от КПК сдерживания крестьянской борьбы. КПК шла на тактические уступки, отмежевывалась от «эксцессов» крестьянской борьбы, однако изменить ситуацию было уже невозможно.

MaxBooks.Ru 2007-2015