История Китая

Начальный этап Национальной революции (май 1925 г. — июнь 1926 г.) - страница 2

В шанхайских событиях фактически была реализована идея единого фронта, но не в гоминьдановской форме, а в форме широкого стачечного объединения различных социально-политических сил. В ходе борьбы КПК пришлось решать сложные тактические задачи взаимоотношений с участниками этого единого фронта. Если по отношению к мелкобуржуазным слоям позиция КПК была последовательной, то по отношению к буржуазии — весьма двойственной, ибо КПК стремилась в практической борьбе привлечь буржуазию, использовать ее средства и влияние для усиления нажима на своих противников, но в то же время в пропагандистско-политических материалах рассматривала ее как «соглашательскую». Эта двойственность тактики отражала нечеткое понимание движущих сил национально-освободительного движения, сказавшееся в дальнейшем на политике КПК в едином фронте.

Наибольший отклик шанхайские события, вполне естествен-но, нашли на революционном юге страны. Реакция китайского населения английской колонии Гонконг была столь сильной, что коммунистам уже 19 июня удалось организовать массовую забастовку в поддержку шанхайских трудящихся и их 17 требований, к которым были добавлены еще шесть требований, отражавших не только социальные интересы гонконгских рабочих, но и общие интересы всех китайцев, проживавших в Гонконге. 21 июня к гонконгским забастовщикам присоединились рабочие англофранцузской концессии Шамянь в Гуанчжоу. Забастовщиков поддержала основная часть гуанчжоуского купечества. Начался бойкот английских товаров. Объединенный комитет студентов объявил забастовку учебных заведений. 23 июня забастовщики организовали массовую демонстрацию, которая была расстреляна по приказу английских властей. Это кровавое злодеяние не только не приостановило движение солидарности, но и сделало стачку действительно всеобщей. В Гонконге забастовало 250 тыс. китайских рабочих и большинство из них покинуло Гонконг, большинство китайцев покинуло также Шамянь.

Инициаторами и главными организаторами этих национальных выступлений были коммунисты, действовавшие в сотрудничестве с Гоминьданом и гоминьдановским правительством. Руководящим органом всеобщей забастовки стал стачком во главе с лидером гонконгских моряков коммунистом Су Чжаочжэном. Большую политическую и материальную помощь забастовщикам оказало гоминьдановское правительство. С их помощью забастовщики продержались 16 месяцев и добились удовлетворения части требований. В свою очередь эта грандиозная забастовка укрепила политическое и военное положение революционной базы в Гуандуне, подняла авторитет Гоминьдана и гоминьдановского правительства, расширила опыт политического сотрудничества коммунистов с гоминьдановцами в рамках единого фронта.

Национальный подъем охватил и некоторые другие районы страны, в частности Пекин. Забастовки, демонстрации, митинги, бойкот японских и английских товаров втянули в борьбу значительные слои городского населения. Однако в основном эти выступления носили неравномерный и стихийный характер и, встретив серьезное сопротивление милитаристских властей и империалистов, они к концу лета пошли на убыль. Несмотря на это отступление подъем антиимпериалистической борьбы сыграл огромную роль в развитии революции.

«Движение 30 мая» было прежде всего массовым рабочим выступлением, в организации и руководстве которым большую роль играли коммунисты. Это способствовало росту авторитета партии в рабочих массах, притоку рабочих в ряды партии, численность которой за четыре месяца после начала «Движения 30 мая» выросла в 2,5 раза (до 3,8 тыс.).

«Движение 30 мая» имело большой международный резонанс. Солидарность с национальной борьбой китайского народа советских трудящихся, организованных рабочих многих капиталистических стран была моральной и политической поддержкой. Материальная помощь международного пролетариата сыграла определенную роль в развитии забастовочной борьбы.

Все эти события имели переломное значение для судеб национально-освободительного движения. Стихийный общенациональный патриотический подъем резко изменил обстановку в стране, положив начало революции 1925—1927 гг.

Подъем национально-освободительной борьбы прежде всего в Южном и Восточном Китае своеобразно сказался на военно-политической обстановке на Севере. Продолжалось соперничество двух основных милитаристских группировок — фэнтяньской Чжан Цзолиня и чжилийской У Пэйфу. При постепенном ослаблении позиций Чжан Цзолиня усиливалось воздействие «национальной армии» Фэн Юйсяна на политическую ситуацию. Действия армии Фэн Юйсяна, открыто солидаризировавшейся с борьбой гоминьдановского правительства, сковывали военные силы северных милитаристов, углубляли политический раскол и соперничество в их среде, создавали определенные условия для активизации деятельности Гоминьдана и КПК в этих районах. В полной мере это проявилось осенью 1925 г. Действиям «национальной армии» благоприятствовала и обострившаяся милитаристская борьба. Так, генерал Сунь Чуаньфан из чжилийской группировки, используя военное ослабление фэнтяньцев и их политическую непопулярность, занял Шанхай и все нижнее течение Янцзы, нанеся серьезное военное поражение войскам Чжан Цзолиня. В это же время фэнтяньский генерал Го Сунлин установил политические контакты с Фэн Юйсяном и с патриотических позиций решил бороться против своего недавнего покровителя, поддержав наступление «национальной армии» Фэн Юйсяна на позиции фэнтяньцев. 26 ноября 1925 г. войска Фэн Юйсяна вошли в Пекин, 27 ноября генерал Го Сунлин поднял восстание и объявил войну Чжан Цзолиню. Быстро заняв Южную Маньчжурию, его войска начали продвигаться к ставке Чжан Цзолиня — Мукдену и в конце декабря вышли к его окрестностям. Положение фэнтяньской группировки стало критическим. Лишь прямое военное вмешательство японской армии спасло Чжан Цзоли-ня от полного разгрома. Совместно с фэнтяньцами японские войска участвовали в подавлении восстания Го Сунлина, причем самого Го вероломно убили, заманив в японское консульство.

MaxBooks.Ru 2007-2015