История Китая

Начальный этап Национальной революции (май 1925 г. — июнь 1926 г.) - страница 4

После смерти Сунь Ятсена Дай Цзитао претендовал на роль ведущего истолкователя суньятсенизма. Он стремился представить суньятсенизм чисто традиционным китайским учением, продолжением и развитием учения Конфуция, свободного от «западного» воздействия и развивающего китаецентристские и мессианские концепции имперской идеологии. Акцентируя внимание на суньятсеновском понимании классового сотрудничества и полного неприятия идей классовой борьбы, Дай Цзитао стремился идейно противопоставить коммунистов сторонникам суньятсенов-ских «трех народных принципов». С этой целью он опубликовал летом 1925 г. две теоретико-пропагандистские работы, встреченные, естественно, неоднозначно. Его позиция нашла поддержку и понимание Фэн Цзыю, Цзоу Лу, Ху Ханьминя и многих других ветеранов Гоминьдана. Поддержал его и Чан Кайши, восходящий военный и политический деятель Гоминьдана.

Коммунисты (и прежде всего блестящий публицист Цюй Цю-бо) подвергли резкой критике выступления Дай Цзитао, расценив их как проявление расизма и национализма поднимавшейся китайской буржуазии. Дав резкий отпор Дай Цзитао, коммунисты, как показали последующие события, недооценили политическую значимость его деятельности. А она свидетельствовала о нарастании среди значительной части гоминьдановских активистов тенденции переосмысления опыта национально-освободительной борьбы за последние два-три года под воздействием роста рабочего движения, усиления политической роли КПК, обострения классовых конфликтов.

К началу 1926 г. в Гоминьдане складывалась весьма сложная и внешне парадоксальная ситуация, определявшаяся неоднозначными последствиями первых успехов национально-освободительной борьбы. С одной стороны, увеличение политической роли КПК, радикализация освободительной борьбы, вовлечение в нее трудящихся масс привели к нарастанию антикоммунистических настроений консервативной, правой части Гоминьдана, среди многих старых гоминьдановцев. Выразителями этих тенденций стали «сишаньцы» и Дай Цзитао. Националистическая позиция Дай Цзитао все больше разделялась и частью левых деятелей Гоминьдана. С другой стороны, резко возросла политическая активность левого крыла Гоминьдана во главе с Ван Цзинвэем, имевшим поддержку коммунистов.

Своеобразно отразилась эта противоречивая ситуация на работе и решениях II конгресса Гоминьдана, состоявшегося в январе 1926 г. в Гуанчжоу. В работе конгресса приняли участие все группировки Гоминьдана (кроме крайне правых), представлявшие почти 250 тыс. членов, однако при полном политическом преобладании левых во главе с Ван Цзинвэем. Конгресс исключил «сишаньцев» из Гоминьдана, подтвердил право коммунистов на индивидуальное членство, принял резолюции по рабочему и крестьянскому вопросам, подчеркнул значение сотрудничества с Советским Союзом. В руководящие органы Гоминьдана конгресс избрал составивших там большинство левых деятелей, включая коммунистов, причем последние заняли руководящие посты в трех важнейших отделах ЦИК — организационном, крестьянском и пропаганды. Дай Цзитао был повторно, а Чан Кай-ши впервые избран в ЦИК.

Конгресс прошел под знаком разгула левой фразы, не сумев дать трезвую оценку ни положению в стране, ни политической ситуации в Гоминьдане, не отразив политических реальностей развития Гоминьдана. Преобладание левой политической фразеологии в документах конгресса и в его организационных решениях лишь осложнило дальнейшее развитие единого фронта. В полной мере это сказалось в событиях марта 1926 г.

Коммунисты ошибочно интерпретировали итоги II конгресса Гоминьдана, проглядев в нем нарастание, причем не только среди правых, недовольства укреплением позиций коммунистов в руководящих звеньях единого фронта. Неспособность или нежелание считаться с политическими интересами других участников единого фронта обернулись неожиданным для КПК и Коминтерна выступлением тех лидеров Гоминьдана, которые до этого отнюдь не относились к правым. 20 марта Чан Кайши объявил в Гуанчжоу военное положение, ввел в город части своего корпуса, арестовал несколько десятков коммунистов. И хотя вскоре военное положение было отменено, а арестованные освобождены, фактически события 20 марта стали политическим переворотом, ибо произошла существенная передвижка власти. Ван Цзинвэй под предлогом болезни покинул Китай, председателем правительства стал Тань Янькай, а реальная власть все больше сосредоточивалась в руках Чан Кайши, опиравшегося как на военную силу, так и на растущую поддержку внутри Гоминьдана.

В этих изменившихся политических условиях был проведен в мае 1926 г. пленум ЦИК Гоминьдана, который принял решение об ограничении деятельности коммунистов в Гоминьдане, запретив им занимать руководящие посты, и о контроле за рабоче-крестьянским движением. Другим важнейшим политическим итогом пленума стало усиление власти Чан Кайши. Он стал председателем ЦИК Гоминьдана, заведующим организационным отделом военных кадров, председателем военного совета и самое главное — главнокомандующим НРА. Захватив фактическую власть, Чан Кайши вместе с тем не выступал открыто против концепции единого фронта, против КПК, против рабоче-крестьянского движения, продолжал поддерживать лозунги борьбы с милитаризмом и империализмом, выступал за дружбу с Советским Союзом.

События весны 1926 г. в Гуанчжоу во многом по-новому высветили проблемы единого фронта и перспективы национально-освободительной революции. Сплочение вокруг Чан Кайши правонационалистических элементов в Гоминьдане свидетельствовало, что они заинтересованы в развитии единого фронта, в сохранении поддержки КПК и массового движения, в расширении сотрудничества с СССР, но на вполне определенных политических условиях, главное среди которых — сохранение гегемонии в руках этих сил. Этот поворот событий потребовал от Коминтерна и КПК трудного и принципиального решения о позиции коммунистов в новых условиях. На этот раз руководство Коминтерна и КПК трезво оценили реальную ситуацию, признали факт неблагоприятной перегруппировки сил, сочли необходимым пойти на компромисс с теми политическими силами, представителями которых выступил Чан Кайши, ради создания предпосылок дальнейшего развития национально-освободительной революции.

Это правильное решение, означавшее некоторое отступление КПК, вместе с тем сохранило единый фронт и подготовило условия для нового расширения и углубления революционного процесса, связанного прежде всего с началом Северного похода.

MaxBooks.Ru 2007-2015