История Китая

Общенациональный патриотический подъем

На изменение положения КПК в политической жизни страны влияли не только тяжелейшее поражение советского движе-ния и гибель большинства членов партии, но и обострение внутрипартийной борьбы. Уже вскоре после выхода частей Красной армии из окружения в начале января 1935 г. в г. Цзуньи (пров. Гуйчжоу) состоялось расширенное совещание политбюро ЦК КПК, созванное по требованию Мао Цзэдуна. Причины поражения докладчики ЦК Цинь Бансянь и Чжоу Эньлай видели главным образом в объективных факторах. С иных позиций выступили Мао Цзэдун и его сторонники, сведя все причины поражения по существу к военно-политическим ошибкам партийного руководства. Такой подход в определенной мере импонировал военным, преобладавшим на этом совещании и поддержавшим Мао Цзэдуна. На совещании Мао Цзэдун был введен в состав секретариата ЦК и фактически занял пост руководителя Военного совета ЦК. Это был важнейший шаг Мао Цзэдуна в его борьбе за власть в партии и в Красной армии. Обостряя разногласия в руководстве партии, Мао Цзэдуну уже в следующем месяце удалось добиться замены Цинь Бансяня на посту генсека ЦК Чжан Вэньтянем.

Летом 1935 г. после встречи в пров. Сычуань армий 1-го и 4-го фронтов в руководстве КПК возник новый острый политический кризис. В Сычуани 4-й фронт, руководимый Чжан Готао, насчитывал примерно 80—100 тыс. бойцов, а пришедшие сюда части 1-го фронта, фактически теперь руководимые Мао Цзэду-ном, — только 10—15 тыс. Объективно это объединение военных и партийных сил было большим успехом КПК, однако Мао Цзэ-дун видел в новой ситуации угрозу своему продвижению к власти и спровоцировал трагический по своим последствиям для Красной армии раскол военного и партийного руководства. Прежде всего он сумел настоять на предложении покинуть революционную базу в северной Сычуани, где он не располагал политическим и военным влиянием, и продолжить перебазирование Красной армии еще дальше на север, теперь уже в северную Шэньси, где был расположен советский район, руководимый Гао Ганом и Лю Чжиданем. Однако уже в ходе начавшегося в августе похода Мао Цзэдун, в полной мере проявив свой политический и военный авантюризм, отдает приказ двум авангардным корпусам оторваться от основных объединенных сил Красной армии и форсированно двигаться на север. С этим авангардом двигался Мао Цзэдун и часть членов ЦК и политбюро, поддержавших линию Мао Цзэдуна. Этот шаг Мао Цзэдуна был расценен Чжан Готао и многими другими руководителями КПК и Красной армии как раскольнический и антипартийный. В ответ они создали в октябре 1935 г. новый ЦК КПК. Этот раскол был преодолен только через год с помощью Коминтерна. Однако военные последствия раскола были более трагическими. Фактически в северную Шэньси пробились лишь несколько тысяч бойцов и командиров Красной армии, а остальные погибли в боях с превосходящими силами противника, став во многом жертвой партийного раскола и борьбы за власть в партии и Красной армии. Вместе с тем эти события укрепили положение Мао Цзэдуна в КПК и Красной армии. Придя в октябре 1935 г. в северную Шэньси, Мао Цзэдуп продолжает борьбу за упрочение своей власти, но теперь эта борьба проходит в новых условиях, определявшихся как общеполитическими изменениями в Китае, так и изменениями в положении КПК и Красной армии.

Середина 30-х годов характеризовалась не только усилением японской агрессии, но и постепенным нарастанием сопротивления со стороны гоминьдановского режима, испытывавшего огромное политическое давление со стороны китайской патриотической общественности. Определенное военно-политическое укреп-ление гоминьдановского режима, упрочение в гоминьдановском руководстве позиций наиболее националистических деятелей, подъем антияпонских настроений в стране позволили нанкинскому правительству занять более твердую позицию, в частности отвергнуть выдвинутые в 1935 г. японским империализмом «три принципа Хирота», принятие которых превращало бы нанкинское правительство в японскую марионетку. Вместе с тем такая политическая позиция нанкинского правительства неизбежно заставляла его искать военно-политических союзников внутри и вне Китая для реализации национальной политики. Таким образом, перед лицом национальной катастрофы в Китае стали складываться определенные предпосылки для постановки вопроса о национальном единстве. Реализации этих предпосылок в значительной степени способствовали решения VII конгресса Коминтерна.

VII конгресс Коминтерна состоялся в июле—августе 1935 г. и внес принципиальные изменения в стратегию и тактику коммунистического движения. Опыт поражений и побед коммунистического движения первой половины 30-х гг. заставил вновь обратиться к ленинской концепции национально-колониальной революции, сформулированной в решениях II и IV конгрессов Коминтерна. Подчеркнув исключительное значение широкого антиимпериалистического фронта в колониальных и полуколониальных странах в связи с усилившейся империалистической экспансией, VII конгресс Коминтерна призвал коммунистические партии этих стран по-новому подойти к политике единого фронта.

Однако в это время руководство КПК фактически потеряло связи с Коминтерном, было занято прежде всего фракционной борьбой, не видело принципиального изменения политической ситуации в Китае. Инициативу выработки нового курса КПК в этих условиях взяли на себя Коминтерн и делегация КПК в Ко-минтерне во главе с Ван Мином. Уже во время работы конгресса — 1 августа — от имени КПК делегация публикует обращение «Ко всему народу Китая об отпоре Японии и спасении родины», знаменовавшее собой начало поворота КПК к политике единого антиимпериалистического фронта. Впервые КПК обращается ко всем политическим партиям и группировкам с призывом прекратить гражданскую войну и объединить силы для отпора японской агрессии. В развитие этого документа и в связи с нарастанием японского давления в Северном Китае делегация КПК от имени партии и Красной армии публикует 25 ноября 1935 г. еще два воззвания ко всем политическим и военным руководителям Китая, включая и Чан Кайши. И хотя в этих первых документах КПК, написанных в Москве, лозунги советского движения еще не пересматриваются, они уже продиктованы не логикой гражданской войны, а логикой борьбы за национальное освобождение. Поэтому политические предложения этих документов, направленные на постепенное достижение национального сплочения, которые сами по себе могут рассматриваться лишь как небольшие тактические изменения, в более широком историческом контексте вели к изменению политической стратегии КПК.

Эти политические выступления КПК были замечены в гоминьдановском Китае, нашли отклик в китайской печати, способствовали росту антиимпериалистических настроений. Для пропаганды нового курса делегация КПК с помощью ИККИ начинает издавать и распространять в Китае партийный орган — газету «Цзюго бао» («Спасение родины»), антиимпериалистические листовки, прокламации, брошюры. Коминтерн направляет в Китай китайских участников VII конгресса, а также китайских коммунистов и комсомольцев, обучавшихся в Москве. В условиях изоляции руководства КПК в окраинном районе страны, разрыва связей между местными парторганизациями эта деятельность делегации КПК в Коминтерне, помощь Коминтерна послужили первоначальным импульсом возобновления активной политической деятельности коммунистов в крупных городах, включения в общенациональную борьбу, пересмотра методов политической работы в новых условиях.

MaxBooks.Ru 2007-2018