История Китая с древнейших времен до наших дней

Северный поход и новый подъем революции

Освобождение и объединение Китая путем войны против северных милитаристов было давнишней идеей Сунь Ятсена. Но его попытки организовать военную экспедицию на Север в 1922 и 1924 гг. окончились поражением, так как не были подкреплены революционной борьбой народных масс. Положение в 1926 г. было совершенно иным. Территориальной базой революции стала вся провинция Гуандун, объединенная под властью Национального правительства.

Единый национально-революционный фронт, основанный на сотрудничестве КПК и гоминдана, охватил не только широкие массы трудящихся, но и буржуазию и близкие к ней слои. Шанхайская и гонконгская всеобщие стачки, как и антиимпериалистическое движение в других местах, подготовили благоприятную почву для борьбы за освобождение всей страны от власти северных милитаристов и стоявших за ними империалистических держав. С помощью советских военных советников и при материальной поддержке СССР была создана Национально-революционная армия, опиравшаяся на советский военный опыт и получившая боевое крещение в борьбе с контрреволюционными силами в провинции Гуандун. Северный поход становился реальным делом.

Весной 1926 г. власть Национального правительства Китайской республики признали юго-западные провинции Гуанси и Гуйчжоу, а их войска присоединились к НРА. В прилегающей к Гуандуну с севера провинции Хунань также развернулась борьба между сторонниками Национального правительства и чжилийскими милитаристами. Эта борьба ускорила начало Северного похода. В мае в Хунань на помощь сторонникам Гуанчжоу вступил отдельный полк 4-го корпуса НРА, командиром которого был коммунист Е Тин. 1 июля Национальное правительство опубликовало Манифест о Северном походе. Официальной датой начала похода считается 9 июля — день, когда главные силы НРА на севере провинции Гуандун перед вступлением в Хунань приняли присягу.

Северный поход был составной частью революции 1925-1927 гг., национально-революционной войной против империалистических ставленников — милитаристов. О возможности и справедливости таких войн В. И. Ленин писал еще до Октября

Именно справедливый характер Северного похода обеспечил войскам НРА поддержку рабочих и крестьян Гуандуна и других провинций, ставших ареной военных действий, и районов в тылу милитаристских армий. Эта поддержка явилась одним из решающих факторов, обеспечивавших успех похода. Другим таким фактором была помощь

СССР— морально-политическая, материальная, советниками, делившими все тяготы боев с бойцами НРА.

План кампании, разработанный при активном участии советских военных советников во главе с В. К. Блюхером, учитывая численное превосходство милитаристских армий (основные их группировки насчитывали 750 тыс. солдат и офицеров против 100 тыс. в НРА), предусматривал нанесение удара вначале по войскам У Пэй-фу (чжилийская клика) с целью их разгрома и освобождения провинций Хунань и Хубэй.

Затем намечалось разбить армию Сунь Чуань-фана, контролировавшего пять провинций Восточного Китая (с Шанхаем), и, наконец, осуществить наступление против маньчжурского милитариста Чжан Цзо-линя (войска которого находились в Северном Китае) с тем, чтобы распространить власть Национального правительства на всю страну.

Во второй половине 1926 г. этот план успешно осуществлялся: в июле-августе войска НРА освободили Хунань, а в сентябре — октябре — Хубэй; армия У Пэй-фу, вооруженная английскими империалистами, обученная английскими инструкторами, была разбита. Сунь Чуань-фан в ноябре потерпел поражение в Цзянси, в декабре — в Фу-цзяни. Таким образом, к концу 1926 г. контроль Национального правительства распространился на семь провинций Южного и Центрального Китая (Гуандун, Гуанси, Гуйчжоу, Хунань, Хубэй, Цзянси, Фуцзянь). Номинально к нему присоединилась и крупнейшая провинция Западного Китая — Сычуань.

Во время Северного похода трудящиеся массы оказали революционным войскам неоценимую помощь. После вступления НРА в городах и уездах Хунани были созданы «комитеты народной войны против У Пэй-фу», которые вместе с организациями гоминдана и КПК, профсоюзами, крестьянскими союзами, студенческими ассоциациями организовывали помощь Северному походу.

Рабочие и крестьяне участвовали в освобождении важных населенных пунктов, дезорганизовывали тыл милитаристских войск, разрушали его коммуникации, вели разведку, переносили военные грузы, проводили части НРА в обход укрепленных позиций. Рабочие Ханьяньского арсенала бастовали более месяца, вплоть до освобождения города революционной армией, и нарушили снабжение оружием милитаристских войск. Большое значение имели моральная поддержка, обеспечение войск продовольствием, помощь раненым.

В свою очередь, победа над милитаристами порождала в освобожденных провинциях благоприятные возможности для развития массового движения, создания рабочих, крестьянских, студенческих, женских союзов, расширения масштабов деятельности организаций гоминдана и компартии, их численного роста. В Хунани, Хубэе, Цзянси были созданы генсоветы профсоюзов и провинциальные крестьянские союзы, руководившие рабочим и крестьянским движением в масштабе провинций.

Профсоюзы быстро росли и объединяли сотни тысяч рабочих, а численность крестьянских союзов весной 1927 г. выражалась в миллионах. Рабочие и крестьяне усилили борьбу за улучшение своего экономического положения. Политотделы наступавших частей НРА вели антиимпериалистическую пропаганду среди населения.

Все это свидетельствовало о большом значении революционной армии для развития борьбы за национальное освобождение и объединение Китая. Вместе с тем особая роль военного фактора в китайской революции имела и отрицательные последствия: инициатива трудящихся масс и их организаций нередко сковывалась армейским командованием, состоявшим из представителей эксплуататорских классов и отстаивавшим их интересы. По мере развития революции и обострения борьбы внутри единого национально-революционного фронта основная часть НРА (состоявшей из наемных солдат) все более превращалась в орудие ненадежных, а то и прямо реакционных генералов. Но В первые месяцы Северного похода определяющей была прогрессивная роль НРА, которая действовала при разносторонней поддержке народа.

Ярким проявлением революционного подъема масс в обстановке, созданной победами НРА, был возврат Китаю английских концессий в портах на Янцзы — Ханькоу и Цзюцзяне. Английский империализм в это (время справедливо рассматривался китайским народом как главный враг Китая. Именно английские колонизаторы инспирировали контрреволюционные выступления в Гуандуне, расстреливали демонстрантов в Шанхае и Гуанчжоу, организовали в сентябре 1926 г. варварский обстрел с военных кораблей Ваньсяня — порта на Янцзы, пытались тогда же осуществить прямую интервенцию в Гуанчжоу, передавали для расправы милитаристам китайских революционеров.

Они стояли за спиной У Пэй-фу, добивались объединения всех сил милитаристов для борьбы с революцией. Они занимали преобладающее положение во многих отраслях экономики, играли главную роль в эксплуатации китайских рабочих и в удушении национальной промышленности.

Очередная английская провокация — нападение в начале января 1927 г. морских пехотинцев, охранявших концессию в Ханькоу, на участников массового митинга, праздновавших успехи китайской революции, привела к тому, что народ захватил английскую концессию в Ханькоу. Через несколько дней (также после империалистической провокации) была захвачена английская концессия в Цзюцзяне. В феврале 1927 г. английские власти официально согласились с возвращением Китаю концессий в Ханькоу и Цзюцзяне.

Обеспокоенные успехами революционных сил, империалистические державы активизировали свою интервенционистскую политику в Китае. Прежде всего они добились известной консолидации сил милитаристов. Дело в том, что соперничество и вражда между милитаристскими кликами, отражавшие межимпериалистические противоречия в Китае, ослабляли реакционный лагерь, давали НРА возможность бить противника по частям.

С целью объединения основных контрреволюционных сил на конференции милитаристов в ноябре 1926 г. было решено создать объединенную контрреволюционную армию под названием Аньгоцзюнь (Армия умиротворения государства), Главнокомандующим этой армии был избран правитель Маньчжурии, ставленник Японии Чжан Цзо-линь, имевший также связи с английскими империалистами. Как отмечалось в резолюции VII пленума Исполкома Коминтерна, «контрреволюционный блок создается под влиянием и при содействии империализма».

По численности и вооружению эта армия представляла серьезную силу — примерно 300 тыс. солдат и офицеров, более 400 орудий, 50 самолетов, тогда как НРА насчитывала, даже после перехода на ее сторону многих генералов из разбитых армий У Пэй-фу и Сунь Чуань-фана, 150 тыс. бойцов и уступала противнику в оснащенности.

Но и в этих условиях революционные войска продолжали одерживать победы. Аньгоцзюнь оказался непрочным объединением, а справедливые цели Северного похода по-прежнему вдохновляли солдат НРА и обеспечивали поддержку большинства населения. Поэтому главную ставку империалисты сделали на раскол единого национального фронта изнутри. При этом они опирались на антикоммунистические настроения представителей буржуазно-помещичьих слоев в гоминдане и генералитета НРА: использовали их враждебность массовому рабоче-крестьянскому движению, их национализм и желание отказаться от курса Сунь Ятсена на дружбу с Советским Союзом. В свою очередь, правые гоминдановцы, военным вождем которых стал после переворота 20 марта 1926 г. главком НРА Чан Кайши, устанавливали контакты с представителями империалистических держав и милитаристов, готовясь в благоприятный момент ударить по революционным силам.

Уже в конце 1926 г. образовались фактически два центра: один — в Наньчане, где находилась ставка главкома НРА, — представлял собой правую группировку во главе с Чан Кайши, другой — в Ухане, куда переехали Национальное правительство и те лидеры гоминдана, которые тогда выступали за продолжение суньятееновской политики сотрудничества с КПК и союза с СССР.

Однако в то время Чан Кайши еще не шел на открытый разрыв единого фронта, стремясь при поддержке трудящихся масс установить свой контроль над Шанхай-Нанкинским районом. С другой стороны, уханьские лидеры гоминдана колебались, позволяя группе Чан Кайши укрепить свои позиции в НРА за счет включения в ее состав многих частей перебежчиков из милитаристских армий.

Коминтерн обращал внимание КПК на сложность обстановки: «Крупная промышленная буржуазия обнаруживает все большую нерешительность и склоняется в сторону соглашения с иностранным капиталом, предоставляя последнему доминирующую роль», — говорилось в резолюции VII пленума ИККИ по китайскому вопросу, принятой в декабре 1926 г.

Пленум указал на переходный характер обстановки в Китае, «когда пролетариат должен выбирать между перспективой блока со значительными слоями буржуазии и перспективой дальнейшего укрепления своего союза с крестьянством», а также высказался за вторую перспективу (т. е. выработку такой аграрной программы, которая обеспечила бы укрепление союза рабочего класса и крестьянства). В то же время ИККИ предупреждал китайскую компартию против преждевременного разрыва единого фронта.

Хотя Компартия после шанхайской и гонконгской стачек, а затем— после первых успехов Северного похода заметно выросла, сумела возглавить организацию новых профсоюзов и крестьянских союзов, все же ее влияние на широкие народные массы в общенациональном масштабе было еще недостаточным, теоретическая подготовка и политический опыт ее кадров также не соответствовали сложности задач, которые им предстояло решить. Все это затрудняло проведение политики, наиболее соответствовавшей сложной обстановке, которую переживала китайская революция.

MaxBooks.Ru 2007-2017