Книга и графика

Эпоха массовой печатной графики


Второй четвертью XIX в. открывается эпоха массовой печатной графики. Она в буквальном смысле слова выходит в это время на улицы больших городов, адресуется каждому, потребляется всеми, формирует характер визуального восприятия мира рядовыми людьми. Разновидности печатных изображений, сферы их применения множатся необычайно. Декоративно-символическую виньетку теснит сюжетная иллюстрация (с 1830-х гг. это на протяжении нескольких десятилетий преимущественно торцовая ксилография). К журналам нередко приложены модные картинки: изящные кавалеры и дамы в тщательно прорисованных нарядах, обычно это раскрашенный офорт или литография

С конца XVIII в. появляются и специальные модные журналы. Отдельными листами или в специ-альных изданиях-альбомах, нарождающихся иллюстрированных журналах распространяются портреты знаменитостей и виды городов. Злободневная, острая карикатура, бытовая и политическая собирает толпы зрителей у витрины продавца эстампов, выставляющего продолжающиеся серии сатирических листов. Ее же широко разносят по миру специальные юмористические журналы. На первый план выдвигаются печатные графические техники, способствующие быстроте изготовления, дешевизне и большому тиражу. В книге и журнале это торцовая ксилография, в листах или дорогих альбомах — литография. Они и определяют художественный почерк и фактуру массовой графики XIX столетия.

Родившаяся на рубеже XIX в. литография дала графике очень для нее принципиальные художественно-технические возможности, способствовала обогащению ее изобразительного языка и обеспечила ей широчайшее распространение. Она сблизила печатную, массовую графику с свободным карандашным и перовым рисунком (так как техника рисования на камне была достаточно близка к тому, что делалось на бумаге) и избавила художника-автора от посредничества гравера-репродукциониста. Ее художественные возможности успел еще оценить в конце жизни Ф. Гойя, выполнивший на камне несколько энергичных и свободных рисунков серии «Бой быков». Сочными контрастами света и тени, пластической энергией и тонко разработанной фактурой отличались литографии Т. Жерико, изображающие лошадей.

Во Франции вторая четверть XIX в. выдвигает популярных мастеров ностальгического жанра, прославляющего отшумевшие наполеоновские походы и поддерживающего романтический культ свергнутого императора в литографиях Н. Шарле и О. Раффе. На первый план все больше выходит графика художественно-прикладного, информационного характера. Широко распространяются литографированные виды городов, тщательно и достоверно прорисованные с натуры, официальные портреты и проч. Наконец, литография дала активный, броский язык развивающейся графической сатире.

Проникая в обыденную жизнь, обслуживая ее потребности и вкусы рядового обывателя, графика обнаруживает тенденцию к снижению образа. Возвышенное все чаще сменяется прозаическим, идеализация вытесняется суховатой достоверностью. Это сказывается, в частности, на графическом портрете, будь то широко тиражируемые изображения царствующих особ, генералов и государственных мужей или более камерные, обращенные к семейному зрителю. Там же, где традиционно высокая стилистика продолжает культивироваться, — например, в салонно-историческом жанре (чаще всего это репродукции картин), все яснее ощущаются искусственность, внутренняя пустота и фальшь. Романтический, а тем более классицистический, пафос стандартизируется, оборачиваясь пошлостью, набором привычных поз.

MaxBooks.Ru 2007-2015