Книга и графика

Книги XIX века - страница 2


На протяжении первых десятилетий XIX в. торцовая гравюра начинает использоваться в книге и к началу 30-х гг. становится одной из главных репродукционных техник, органически входя в книжный набор и свободно размещаясь на полосах среди текста. Стилистически книга первых десятилетий века оставалась еще в жестких рамках классической системы. То, что именуется обычно стилем ампир, и есть последний этап европейского классицизма, очень ясно выявившийся, в частности, в книге. Усиливается строгость и ясность композиции книги, очень скупо применяются наборные украшения, строже и конструктивнее становятся шрифты, Их ритмика равномернее, чем в предыдущем столетии. На рубеже XIX в. парижское издательство Дидо выпускает роскошные издания французских и римских классиков большими томами инфолио с резцовыми гравюрами на фронтисписах по рисункам художников школы Давида — статуарными, суховато пластачными с возвышенно-театральными жестами. Изображаются обычно драматические диалоги на фоне монументальной строго классической архитектуры. Заставки, выполненные архитектором Ш. Персье, к изданию Горация (1799) имели вид античных барельефов. Тиражи этих полиграфических шедевров составляли 200250 экземпляров

Что касается торцовой гравюры, то она в это время используется, видимо, для создания небольших виньеток-эмблем, применявшихся в качестве концовок или же на обложках, заменявшихся, как правило, переплетами. Виньетки эти не предназначались для определенных изданий. Они размножались в виде политипажей и входили в наборные кассы и в книги «образцов» типографий, откуда по мере надобности заимствовались для набора. По стилистике и выдержанной антикизированной тематике они вполне отвечали монументальной пластичности стиля ампир, перекликаясь с декоративной лепниной архитектуры того же времени.

К концу 20-х гг. складывается во Франции тип недорогой книги, обращенной к относительно широкому читателю. В ней несколько иллюстраций, воспроизведенных торцовой ксилографией — на фронтисписе, титульном листе (его нередко повторяет печатная издательская обложка) и еще 2—3 в тексте. С этих книжек среднего формата — в 8° начинался расцвет нового литературного и художественного направления — романтизма. С такими писателями, как В. Гюго, А. Дюма, Э. Сю, Ш. Нодье, здесь сотрудничает новое поколение художников — Т. Жоанно, А. Монье, Ж. Жигу, С. Нантейль и др.

Характер романтической иллюстрации решительно отличался от того, что ей предшествовало. У нее иная фактура, более плотная, резкие контрасты черного и белого цвета. Лишенная рамки, она приближает своих героев к зрителю гораздо интимнее, чем всегда отдаленная от него, как бы приподнятая на подмостки классическая иллюстрация. Гораздо теснее она взаимодействует и с текстом, на ходу выхватывая из него драматический эпизод или характерное лицо. На смену несколько сглаженному, идеализированному типажу графики XVIII в. она выдвигает именно характерность, порой сознательно обостренную до гротеска. Герои этой иллюстрации (как и литературы, которую она сопровождает) большей частью ближе к реальной жизни, к быту. Бытовая обстановка действия изображается лаконично — лишь немногими, но конкретными деталями. На первых порах ее оттесняют динамика действия и характеры. Романтизм утверждал себя в культуре рубежа 20—30-х гг. в страстной полемике с представителями старых, враждеб-ных ему направлений. И в этой борьбе иллюстраторы выступили соратниками писателей. Как отмечает исследователь, в то время <...> была такая целеустремленность желаний, такое единство намерений, что работа иллюстратора и издателя как бы дополняли литературный текст и его комментировали. Искусство малых форм изготовления и украшения книги имело характер импровизации и дружбы. А.Девериа рисовал виньетку для романа своего друга Жанена, Нантейль гравировал фронтиспис для той драмы Гюго, с бурного представления которой он только что возвратился и где он сам организовал шторм».

Наряду с ксилографией, преобразившей в эти годы книгу, продолжают использоваться и другие графические техники. С начала 20-х гг. появляются целые серии роскошных изданий в лист, посвященных архитектурным и художественным памятникам, путешествиям и проч. «Смелый литографский карандаш, более свободный, более оригинальный, более быстрый, чем резец, кажется, будто бы специально изобретен, чтобы фиксировать свободные, оригинальные и быстрые впечатления путешественника», — пишет Ш. Нодье в предисловии к первому тому предпринятого им Многотомного «Живописного и романтического путешествия по старой Франции» (с 1820 по 1878 г. вышло 20 томов). На камне же нарисовал Э.Делакруа иллюстрации к «Фаусту» В. Гете (1828) и «Гамлету» У. Шекспира (1834—1843). Использовались в книге и офорт, а также новая техника резцовой гравюры на стали, дававшей невозможные прежде большие тиражи углубленной гравюры. Действенный характер новой иллюстрации, активно включав-шейся в развитие сюжета, интерес к облику и характеру многочисленных персонажей какого-нибудь романтически-авантюрного романа не позволяли удовлетвориться несколькими картинками. Романтическая иллюстрация тяготела к подробному изобразительному рассказу. Сравнительно недорогая и быстрая ксилографская техника сделала такое обогащение книги тесным рядом иллюстраций вполне возможным.

MaxBooks.Ru 2007-2015