Книга и графика

Эпоха красивой книги - страница 4


Во Франции на рубеже XIX — XX вв. вырабатывался особый тип любительского дорогого издания — «книга художника» или «художественная книга». Цель и смысл ее составляли иллюстрации, не случайно выполнявшиеся кем-либо из прославленных мастеров французского искусства, чаще всего — живописцем, иногда — скульптором (А. Майоль), но вовсе не профессиональным иллюстратором. Как правило, их графика выполнялась в какой-либо авторской технике — литография, офорт, гравюра на дереве, реже использовались факсимильные способы репродуцирования. Иллюстрации сочетались на страницах с текстом или же входили в книгу в виде отдельных таблиц, листы часто не сшивались, а помещались в специальный футляр. Выпускавшаяся тиражом в несколько сотен экземпляров, такая книга предназначалась для музеев и богатых коллекционеров и представляла собой в сущности оригинальную графическую работу художника, материализованную в форме книги. Этот тип издания оказался достаточно устойчивым и культивировался на протяжении последующих десятилетий

Здесь графика подчиняла себе книгу, использовала ее как специально организованную пространственную среду, сферу своего существования и общения со зрителем. В этих своеобразных играх в книжную форму приняли участие едва ли не все крупнейшие художники Франции XX в. — О. Роден и А. Майоль, П. Боннар и М. Дени, А. Матисс и Р. Дюфи, П.Пикассо и А. Дерен, Ж. Руо и М. Шагал, X. Миро и С. Дали.

Не удивительно, что отношения их графики с текстом книги и с ее физическим телом, с бумагой, шрифтовой композицией, пространственным и колористическим строем были чрезвычайно индивидуальными и разнообразными. Но имелась одна характерная и парадоксальная почти общая черта. Художники эти, как правило, — центральные фигуры авангардных направлений, господствовавших на протяжении нашего века во Франции. Между тем графическая острота их художественного языка обычно встречалась в этих изданиях с отточенным, торжественно-строгим традиционно классическим полиграфическим решением: бумага ручной выделки, шрифты XVI — XVIII вв., спокойная симметричная композиция набора — все дышит величавой ясностью старинных фолиантов.

Взаимоотношения двух столь контрастных составляющих этого синтеза оказывались между тем тонкими и сложными. Возвышенно-гармоничный строй традиционной типографики придавал ультрасовременным и нередко весьма экспрессивным творениям художников оттенок вневременности, музейности. Между тем непринужденная свобода уверенного в себе маэстро вела острую игру с веками отточенным высоким ремеслом типографа. Раскованный смелый штрих литографского карандаша соседствовал с изысканно строгим набором, его цвет и шероховатая фактура, живые вольные ритмы подвижного рисунка оттенялись классически стройной архитектоникой книги.

Начало этому было положено еще во времена импрессионизма. В 1875 г. вышло малотиражное издание поэмы Э. По «Ворон» в переводе С. Малларме с трепетно-подвижными, набросанными на литографском камне беглой и нервной кистью иллюстрациями Э. Мане. Их открытая, даже подчеркнутая субъективность, стремление передать не реальность, а тревожное, таинственно-сумрачное впечатление от нее, некую ирреальность видения прокладывали пути к важным тенденциям культуры следующего века.

Классический пример сотрудничества художника с поэтом — «Бестиарий или кортеж Орфея» Г. Аполлинера с обрезными ксилографиями Р. Дюфи удивительно сочетали древнюю традицию средневекового преображения зверя с графическим языком эпохи кубизма, реальность животных с декоративной сказочной фантастикой. Представить в общем очерке длинный ряд книжных шедевров названных выше мастеров не представляется возможным. У него нет последовательной, связной эволюции, каждый опыт представляет собой сугубо индивидуальное решение каждый раз заново поставленной творческой задачи. В совокупности художественный мир этих книг — это мир французского искусства нашего века в целом, не только книжный и графический, хотя и воплощаемый здесь в изысканно-книжной форме.

MaxBooks.Ru 2007-2015