История Древней Греции

Выход Спарты и ее пелопоннесских союзников из общегреческого союза - страница 2

От Самоса греческий флот, пополненный кораблями ионян, направился к Геллеспонту, чтобы разрушить здесь мост, в свое время построенный Ксерксом для переправы его армии на европейский берег пролива. В Абидосе выяснилось, что мост этот уже не существует: его разрушили бури. Тогда афиняне, поддерживаемые и другими городами, стали настаивать на том, чтобы теперь же приступить к военным действиям против персидских гарнизонов на побережьях Геллеспонта и Пропонтиды.

Однако Леотихид не только не поддержал инициативу афинян, но, узнав о разрушении моста, счел свою миссию выполненной и со всеми своими кораблями и кораблями пелопоннесских союзников Спарты вернулся в Пелопоннес. После отплытия Леотихида оставшиеся у Геллеспонта союзники, теперь уже под руководством афинян, приступили к осаде хорошо укрепленного Сеста. Хотя осада Сеста затянулась, но к началу 478 г. до н. э. союзники все же овладели этим городом и с богатой добычей разъехались по домам.

Вскоре между Спартой и Афинами произошел новый конфликт. Вернувшись в Аттику после изгнания персов, афиняне застали свой город в развалинах. Немедленно же принялись они за восстановление домов, общественных зданий и разрушенных персами оборонительных стен и башен. Но тут возникло неожиданное затруднение. В Афины явились спартанские послы и потребовали, чтобы афиняне прекратили работы по восстановлению своих укреплений на том основании, что в случае нового вторжения персов враг сможет воспользоваться афинскими стенами и башнями, как и укреплениями всех других греческих городов вне Пелопоннеса, обратив их против греков.

Искусственность этой мотивировки бросается в глаза. В действительности и в Спарте, и в других враждебно настроенных по отношению к Афинам пелопоннесских городах давно уже и с тревогой наблюдали за быстрым ростом афинского могущества и влияния. Было ясно, что если афиняне, и так уже не имевшие себе равных на море, восстановят и расширят свои укрепления, их государство превратится в одно из самых сильных и влиятельных в Греции, т. е. займет то место, на которое все эти годы претендовала сама Спарта.

Однако предпринятый Спартой шаг ей не удался. Афиняне в свою очередь направили в Спарту посольство во главе с Фемистоклом, который намеренно затянул переговоры. Тем временем жители Афин день и ночь работали над возведением стен и башен, используя в качестве строительного материала все, что было возможно, даже надгробные стелы. Когда афинские укрепления были уже наполовину возведены, дальнейшие переговоры утратили всякий смысл, и Фемистокл открыто заявил об этом спартанцам.

Не решившись на прямое выступление против Афин, Спарта была вынуждена отказаться от своего протеста и заверить афинян в том, что в ее намерения якобы входило только дать им полезный совет, но не препятствовать восстановлению укреплений.

Этот эпизод дает дополнительный материал к характеристике афино-спартанских взаимоотношений. В среде демократических группировок афинских граждан, возглавляемых Фемистоклом, нарастало раздражение против Спарты. Афинская демократия в рассматриваемое время достигла политического преобладания, на нее равнялись демократические элементы и в других греческих городах, тогда как Спарта продолжала оставаться оплотом наиболее реакционных, антидемократических течений во всей Греции. При таких условиях сотрудничество этих двух государств в рамках одного и того же объединения становилось все менее возможным. Дело шло к открытому разрыву.

Весной 478 г. до н. э. флот греческих союзников снова вышел в море и возобновил военные действия против неприятеля. Спартанцы заменили Леотихида героем Платей Павсанием, опекуном малолетнего спартанского царя Плейстарха. Хотя в объединенном греческом флоте насчитывалось не более 20 спартанских кораблей, Павсанию также были предоставлены полномочия главнокомандующего.

Военные действия развивались успешно для греков. Они овладели Кипром, а вслед за тем добились значительного успеха у Геллеспонта, где ими был взят Византий. Тем не менее недовольство среди союзников спартанским руководством продолжало расти. Свою роль в этом, по-видимому, сыграло и поведение Павсания. Хотя источники, какими мы располагаем о его деятельности, не лишены известной тенденциозности, но они, очевидно, правильно отражают господствующее в среде многих союзников настроение.

Павсания обвиняли в грубости и жестокости, в том, что он позволял себе кричать на предводителей других греческих отрядов, подвергал телесным наказаниям греческих воинов, неизменно забирал себе львиную долю военной добычи. Но особое возмущение вызвало то, что после захвата Византия он отпустил персидских пленников и набрал себе телохранителей из числа персов, стал носить персидские одежды, окружил себя восточной роскошью и, как стало известно, вступил в тайные переговоры с персами, рассчитывая при их помощи добиться у себя на родине тиранической власти.

Трудно сказать, в какой мере все эти обвинения соответствовали действительности, но политическая борьба в Спарте в это время, судя по ряду признаков, достигла большой остроты, и Павсаний, подготавливая политический переворот, действительно мог рассчитывать найти поддержку своим планам у персов. Так или иначе, но обстановка в греческом флоте накалилась. Против Павсания возник заговор, участникам которого чуть было не удалось потопить корабль, на котором он находился. Фактически греческий флот распался на две части: спартанско-пелопоннесскую и афино-ионийскую.

Создавшаяся обстановка побудила Спарту в конце концов отозвать Павсания и заменить его Доркидом, но это мало чем помогло делу. Вражда между союзниками зашла уже слишком далеко, и вскоре Доркид со всеми спартанскими и пелопоннесскими кораблями отделился от общеэллинского флота и вернулся в Пелопоннес. В Спарте считали главным виновником раскола афинян и даже намеревались наказать их нападением на Аттику, но потом одержала верх более умеренная точка зрения. В 478 г. до н. э. Спарта со всеми союзными ей пелопоннесскими городами официально вышла из состава союза.

MaxBooks.Ru 2007-2015