История Древней Греции

Время преобладания Беотии

Следствием битвы при Левктрах было крушение остатков былого спартанского величия и авторитета во всей Греции. Фокида, Локрида, Этолия, Акарнания, Евбея немедленно вступили в союз с Беотией и пополнили ее военные силы своими контингентами; Акарнания и Евбея для этого даже вышли из Афинского союза, что, естественно, побудило Афины еще более настороженно следить за успехами своего недавнего главного союзника — Фив. Но особенно большое впечатление известие о поражении Спарты произвело в Пелопоннесе — оно явилось сигналом к полному развалу Пелопоннесского союза и к большим социальным движениям, охватившим значительную часть пелопоннесских государств.

Восстания демоса произошли в 370 г. до н. э. в Коринфе, Сикионе, Фигалии, Тегее. В Аргосе бедняки, вооружившись дубинами (скиталами), напали на состоятельных граждан и перебили 1200 из них, а имущество их разделили между собой. «Народ в Аргосе, — жалуется Исократ, — истребляет наиболее знатных и богатых граждан и при этом веселится так, как другие не веселятся, убивая своих врагов». И то же, что в Аргосе, по его словам, творится и во всем Пелопоннесе, где смуты и мятежи стали повседневным явлением. Единодушия нет ни в одном городе, и своих сограждан опасаются больше внешних врагов. Взаимная рознь такова, что богатые предпочли бы бросить в море свое имущество, чем поделиться им с неимущими, а бедные только и помышляют о том, как бы завладеть состоянием благоденствующих. У алтарей закалывают не жертвенных животных, а избивают друг друга люди. У иного города теперь больше изгнанников, чем прежде было во всем Пелопоннесе.

Освободившиеся от спартанского господства общины спешно восстанавливали прежние границы своих владений, измененные в интересах или по прихоти Спарты, и вводили вновь отмененные ею учреждения. Элейцы овладели отторгнутыми у них Агисом городами на юге Элиды, аркадяне восстановили у себя демократические порядки и объединились в союзное государство по типу беотийского, включив в него и давно отделившуюся от Аркадии Тегею, причем из одной только Тегеи при этом отправлено было в изгнание 800 приверженцев Спарты. Общими силами была вновь отстроена разрушенная спартанцами Мантинея (даже Элида внесла на это 3 таланта, Аргос тоже прислал помощь; она была обращена в резиденцию общеаркадского правительства, которое возглавил избранный стратегом мантинеец Ликомид). Ему удалось защитить новое Аркадское государство от попыток Спарты вновь отделить Тегею и привести опять к подчинению Аркадию: поход против нее значительной спартанской армии, возглавляемой самим царем Агесилаем, не привел ни к каким результатам, а крупный отряд спартанцев, вторгнувшийся в Тегею вместе с эмигрантами, был полностью уничтожен Ликомидом.

Однако, сознавая, что Спарта не прекратит свои попытки восстановить утраченное господство в Пелопоннесе, Аркадия обратилась за помощью одновременно к Афинам и Фивам. Но в Афинах очень холодно отнеслись к просьбе аркадян: преобладавшая в Афинах со времени заключения мира со Спартой партия умеренных демократов во главе с Каллистратом вовсе не желала возобновления войны; по-видимому не сочувствовала она также радикальному и объединительному движению в Пелопоннесе.

Особенно теперь стала беспокоить афинян растущая сила Фив, почему и известие о победе при Левктрах было встречено ими с нескрываемым неудовольствием: фиванского посланника даже не пригласили на полагающийся в таких случаях почетный обед в притании.

Должно было тревожить афинян и быстрое усиление союзника Беотии Язона: он уже завладел проходами в Среднюю Грецию и собирался во главе всего фессалийского ополчения и своих многочисленных наемников появиться на Пифийском празднестве в Дельфах. Предполагали, что он намеревается захватить сокровища Дельфийского храма и тем, как выразился Ксенофонт, «приобрести преобладающее влияние над всеми своими современниками».

При таких условиях Афины ограничились дипломатической демонстрацией: в конце 371 г. до н. э. в Афинах был созван конгресс представителей греческих государств, на котором афиняне добились клятвенного подтверждения всеми государствами Греции верности условиям Царского мира («чтобы все города, как большие, так и малые, были автономными, согласно предписанию царя»); нарушителю этих условий угрожало общее военное выступление государств Греции. Но такое решение, несомненно очень льстившее самолюбию афинян, которые тем самым становились вместо спартанцев как бы блюстителями Царского мира, было, конечно, совершенно лишено реального значения.

В противоположность этому беотийцы сразу отозвались на призыв аркадян. Беотийская союзная армия под начальством Пелопида и Эпаминонда вступила в Аркадию, объединила вокруг себя войска всех поднявшихся против Спарты демократических государств Пелопоннеса — аркадян, аргосцев, элейцев — и, несмотря на зимнее время, форсировав четырьмя колоннами проходы в горах Парнона в Скиритиде, вторглась в Лаконию (декабрь 370 г. до н. э.). Затем, сосредоточившись в Селласии, вся 50-тысячная армия союзников двинулась по левому берегу Еврота прямо на Спарту, впервые с самого основания увидевшую врагов в своих окрестностях.

Положение Спарты было исключительно тяжелым, так как спартанской олигархии пришлось теперь расплачиваться за все ее насилия и притеснения. Илоты восстали и массами присоединялись к врагам. Периэки отказались явиться на призыв в спартанские войска, где они составляли основные контингенты; они посылали проводников наступавшим врагам и при появлении последних тоже переходили на их сторону.

Спартанцы, ослабленные громадными потерями, принужденные к тому же держать гарнизоны по всей стране, в самой Спарте составляли ничтожный отряд под командой царя Агесилая; последний вынужден был также бороться с охватившей город паникой и с заговорами недовольных элементов.

Спартанскому правительству пришлось пойти на такие крайние меры, как вооружение еще не изменивших илотов, под клятвенным обещанием их освобождения. Но настроение илотов оказалось таково, что «превратившись в организованное войско, они стали внушать страх самим спартанцам». При таких условиях взять штурмом неукрепленный город, конечно, не могло представлять особого труда для громадной армии союзников, несмотря на зимний разлив реки Еврота, отделявшей ее от главных кварталов Спарты.

MaxBooks.Ru 2007-2018