История Древней Греции

Южное и Западное Причерноморье - страница 2

В отношениях с припонтийскими греческими городами Перикл держался дружественной политики, поощряя в них проафинские группировки. Однако, чтобы добиться господства, Перикл не остановился и перед применением силы. Так, используя недовольство жителей Синопы правившим ими тираном Тимесилаем, Перикл послал флот из 13 триер во главе с Ламахом и воинов, с помощью которых в Синопе была свергнута тирания.

По-видимому, массы синопской свободной бедноты не получили большого облегчения от этого переворота, так как земли и дома тирана и его приверженцев были заняты афинскими клерухами, которых Перикл послал в Синопу. Эти клерухи, числом 600, были надежной опорой афинского владычества в Синопе.

Такое же насилие было применено и к городу Амису, в который афиняне послали войска под начальством Афеноклея. Амис был даже лишен своего названия и переименован афинянами в Пирей. Еще в IV в. до н. э. на монетах сохранилось это название и изображение афинской совы в качестве герба города.

Захват Синопы и Амиса афинянами был возможен не только вследствие ослабления этих городов внутренней социальной борьбой, но и, по-видимому, из-за отсутствия существенной помощи грекам со стороны местных племен. По-видимому, в это же время Афинам удалось вовлечь в орбиту своего влияния и Гераклею Понтийскую, так как в сохранившихся списках плательщиков фороса в 425 г. до н. э. упоминаются и гераклеоты. Возможно, что здесь, как и в Синопе, афиняне использовали противоречия между местной аристократией и демократическими слоями свободного населения.

О взаимоотношениях городов Западного Причерноморья с Афинским морским союзом известно очень мало. В той же надписи, содержащей запись взносов союзников в 425 г. до н. э., с достаточной достоверностью устанавливаются названия Аполлонии и Каллатии.

Можно полагать, что не все припонтийские города в одинаковой степени испытывали гнет афинского владычества. Особенно тяжело приходилось населению тех полисов, куда были посланы афинские клерухи. Естественно, что в этих городах были сильны антиафинские тенденции, поддерживаемые персидским царем. С началом Пелопоннесской войны враждебные Афинам элементы в припонтийских городах активизировались. Уже в 424 г. до н. э. гераклейские олигархи с помощью персидского царя Дария II свергли власть поддерживаемой Афинами демократической партии и вслед за этим объявили о независимости города от Афин.

Отпадение Гераклеи наносило большой ущерб интересам Афин на Понте. Для подавления восстания афиняне отправили карательную экспедицию во главе со стратегом Ламахом, свергшим некогда тиранию в Синопе. По-видимому, не располагая достаточными силами для овладения городом сразу, Ламах высадился в пределах принадлежавшей Гераклее области — в устье реки Калета. Здесь афиняне подвергли опустошению поля гераклеотов, причем прежде всего от этого пострадали жившие в деревнях мариандины.

Однако Ламаху не удалось подчинить герак-леотов, так как течением разлившейся от дождей реки его корабли были унесены в море и разбиты о скалы. Ламаху пришлось вступить в переговоры с Геракле-ей, в результате которых гераклеоты согласились пропустить афинян через свою область и снабдить их продовольствием на обратный путь. Так бесславно окончилась попытка Афин вернуть Гераклею в число своих подданных.

Внутри самой Гераклеи продолжалась борьба олигархической и демократической группировок. Освобождение от афинской зависимости укрепило положение олигархов. Политические перемены в Гераклее, как это нередко бывало в греческих городах, имели своим последствием эмиграцию побежденных. Выселившиеся из Гераклеи демократы, по-видимому, овладели небольшим поселком в южной части Крыма — в свое время основанным ионийскими греками — и создали на его месте свою колонию Херсонес Таврический.

Основание Херсонеса отвечало интересам не только демократов, но и олигархов Гераклеи. Эмиграция части демократов разрядила в городе напряженную политическую обстановку, появление же новой колонии на северном, богатом своими природными ресурсами, побережье Черного моря было выгодно для Гераклеи в экономическом отношении.

Позиция западнопонтийских греков по отношению к Афинам в конце Пелопоннесской войны неизвестна. Можно думать, что отпадение в 411 г. до н. э. от союза Византия, Кизика, Селимбрии, Калхедона и городов на Геллеспонте должно было оказать какое-то влияние на их политику. Источники, подробно описывающие операции Алкивиада в 409 г. до н. э. против Византия и в Геллеспонте, не упоминают о понтийских городах.

Отсюда можно заключить, что эти города не восставали против Афин или, что более вероятно, Алкивиад ставил задачей только возврат проливов; для борьбы с понтийскими городами у Афин в это время уже не было сил. После окончательного уничтожения афинского флота при Эгоспотамах в 405 г. до н. э. афинское влияние на города Понта было сведено на нет.

В экономической жизни западнопонтийских городов в это время глубоких изменений не прослеживается. Несомненно, что во второй половине V в. до н. э. здесь происходило дальнейшее развитие местного производства и торговли. Рабовладельческая знать городов, владевшая землей, мастерскими, кораблями, получала большие доходы. Немалый источник наживы для нее представляла торговля с внутренними областями страны.

Многочисленные находки греческих вещей во внутренних областях Фракии показывают, что связи прибрежных греков с местными племенами были весьма интенсивными. Фракийская аристократия в самых отдаленных от моря областях широко пользовалась изделиями лучших афинских мастеров V в. до н. э. Объединение Фракии под властью одрисов должно было способствовать росту фракийских связей с Грецией.

Во второй половине V в. до н. э. одрисы были столь значительной силой, что Афины в начале Пелопоннесской войны искали с ними союза. Фракийские цари Ситалк и брат его Севт вообще относились дружелюбно к эллинам (хотя Ситалк был сначала враждебен Афинам): поощряя греческую торговлю во Фракии, они сами извлекали из нее немалую выгоду. Особым источником дохода была подать, которую греческие города ежегодно платили царю одрисов. Эти подати и доходы с подвластной территории позволили фракийским царям сосредоточить в своих руках значительные средства. Из ближайших к грекам «варварских» правителей они были самыми богатыми.

Bыплaтa подати фракийским царям вряд ли была очень обременительной для имущего населения западнопонтийских городов. Скопившиеся в их руках богатства давали им возможность тратить большие средства на общественные сооружения, как о том свидетельствуют археологические находки из Аполлонии и Истрии.

Южнопонтийские полисы к концу V в. до н. э. выросли в первостепенные производящие и торговые центры.

Синопа вывозила корабельный лес и дерево, рыбу и оливковое масло. Из Пафлагонии синопские купцы доставляли рабов и скот. Добывавшийся вблизи Синопы сурик считался лучшим во всем Восточном Средиземноморье. Для разработки железных, медных и серебряных руд Синопа основала колонию Котиору. Часть добываемого в Котиоре металла обрабатывалась на месте, остальное шло в мастерские Синопы. Синопская сталь пользовалась в древности большой славой. Торговля оливковым маслом и вином требовала большого количества керамической тары. Это привело к широкому развитию в Синопе гончарного ремесла. Развитию торговли способствовало также и то, что и Синопа, и Гераклея располагали значительным торговым и военным флотом.

MaxBooks.Ru 2007-2018