Знаки и чудеса

Древнее этрусское письмо


Одна из этих загадок отличается от других тем, что смогла упорно сопротивляться всем попыткам разгадать ее и сохранила свою тайну, несмотря на то, что уже более двух с половиной тысячелетий покоится в самом сердце античной цивилизации. Это «загадка всех италийских загадок», язык этрусков. Именно язык, а не письменность как раз письменность мы знаем, и даже давным-давно.

Правда, знаки письма этого древнего культурного народа, у которого бесконечно много восприняли его ближайшие соседи римляне (причем, наверно, еще больше, чем нам известно), впервые были вырваны из цепких лап забвения в эпоху Возрождения. Начиная с этого времени, постепенно, шаг за шагом, наука отвоевывала все новые и новые знаки, пока наконец Рихард Лепсиус не добавил ко вновь полученному алфавиту одну из важнейших и последних букв. Таким образом, процесс дешифровки растянулся на целые столетия!

Первым толчком к научной постановке вопроса о древнеиталийской письменности послужило одно открытие, сделанное в 1444 году. В этом году в Губбио, древнем Игувие, некогда расположенном в столь же древней Умбрии, совершенно случайно были обнаружены в подземном склепе семь бронзовых табличек, частично исписанных с обеих сторон позднее таблички были доставлены на хранение в городскую ратушу.

Пять из них содержали надписи на умбрийском языке, выполненные умбрийским же письмом. Знаки этого письма, общие и для всех прочих древнеиталийских алфавитов, обязанных своим существованием письменности греков и культурному посредничеству этрусков, с головой выдавали свое происхождение.

Язык надписей был родствен латинскому. И все же, несмотря на эти отправные пункты исследования и вспомогательные средства, дешифровка умбрийского письма, а тем более объяснение языка, доставившие в свое время двадцатидвухлетнему Лепсиусу не только докторскую шапочку, но и заслуженную славу дешифровщика, продолжают оставаться еще не решенной задачей первостепенной важности.

В XV столетии, да и гораздо позднее, при изучении игувийских таблиц ученые исходили из предположения, что перед ними не умбрийский алфавит, а письменность древних этрусков, и это, разумеется, сильно мешало дешифровке. Только в 1539 году Тезео Амброджо из Павии, ученый-востоковед и знаменитый писатель, сделал значительный вклад в изучение этрусского языка.

В его внушительном, написанном по-латыни труде «Введение в халдейский, сирийский, армянский и десять других языков», вышедшем за год до смерти автора, среди прочего была сокрыта ценная мысль, могущая послужить прогрессу в деле решения проблемы этрусского письма и языка: идентификация знака с буквой «f».

В дальнейшем это предположение было отвергнуто и предано забвению, а затем пережило второе открытие. Приблизительно через 200 лет во Флоренции вышла работа «Museum Etruscum» некоего Антона Франческо Гори она содержала этрусский алфавит, в котором были верно опознаны и обозначены уже 15 букв.

В 1789 году аббат Луиджи Ланци в своем трехтомном труде правильно идентифицировал знак с «s», а через 50 с лишним лет Рихард Лепсиус сумел показать, что буква известная из дошедшей до нас италийской формы имени Одиссея, означала не «х», a «z».

Ранее это имя ошибочно читали, руководствуясь его латинской формой, Uluxe, Лепсиус же доказал, что в этой письменности, к которой греческий оригинал стоит значительно ближе, имя звучало Utuze. В последующем, когда, опираясь на вновь полученные знания о более древних формах различных греческих алфавитов, удалось идентифицировать с греческим (ch) и наконец обнаружить в надписях столь долго искомый знак для «q» (1880), дешифровка этрусской письменности, по крайней мере в собственном смысле этого слова, была закончена.

И отныне XX, а тем более XX столетию осталась в наследство только задача объяснения языка. Но на этом фронте науки можно пока отметить лишь многочисленные отдельные атаки и разведки боем главные же позиции противника все еще хорошо замаскированы и неуязвимы.

Этрусский алфавит проявляет целый ряд характерных особенностей. Наиболее яркая из них, вероятно, знак — «f», который известен в том же значении и из малоазиатского лидийского алфавита это один из многих аргументов в пользу старой, восходящей к Геродоту традиции, повествующей о том, что этруски переселились из Малой Азии и не являлись исконным населением Италии.

В своей письменности этруски отказались от использования древних знаков (o, ks, v), но h всегда писали в его древней форме . Отсутствуют знаки для звонких взрывных звуков b,d и g. Письменность употребляет буквы (th, ph и kh) также и для изображения звуков t,p и k.

И наконец, направление письма (обычно справа налево) указывает на то, что этрусский алфавит отклонился от греческой праосновы уже довольно рано, вероятно, в V веке до нашей эры, то есть тогда, когда направление письма у греков было еще преимущественно справа налево. В чем же причина того, что исследователи, научившись читать каждое слово, написанное по-этрусски, по-прежнему едва понимают, вернее — почти совершенно не понимают этот язык?

Широко распространено мнение, согласно которому повинно в этом незначительное количество доступных изучению памятников языка. Мы обладаем 9000 этрусских надписей; правда, четыре пятых из них представляют собой совсем короткие надгробные тексты, дающие нам лишь собственные имена и кое-какие термины родства.

В числе крупных памятников следует упомянуть глиняную табличку из Санта Мария ди Капуа от V века до нашей эры, включающую около 300 слов затем (более позднюю) надпись на камне (Cppus Perusnus), хранящуюся в музее города Перуджиа и состоящую приблизительно из 120 слов; две таблички, содержащие проклятия, две игральные кости с числительными от «одного» до «шести», одну весьма интересную свинцовую табличку из Мальяно (V век до нашей эры), текст которой состоит, по меньшей мере, из 70 слов, расположенных в форме спирали и, наконец, известную бронзовую печень, служившую, очевидно, «учебным пособием» для начинающих предсказателей, ее часто сравнивают с подобными предметами у вавилонян и хеттов. Все эти надписи начертаны на камне, глине и металле.

MaxBooks.Ru 2007-2015