Знаки и чудеса

Китайское словесное письмо - страница 2


Эту разновидность звукового ребуса синологи называют «заимствованием». Здесь налицо тот же принцип, что и в случае с египетским «пловец с сетью», употребляющимся для обозначения «ризница», и с шумерским ti «стрела», употребляющимся вместо ti(l) «жить».

Значительно чаще встречаются более сложные случаи, когда звуковой заменитель этого рода связывается еще и со смысловым детерминативом, или в китайских терминах с так называемым главой класса: знак для ku3 «барабан» употребляется также и для ku3 «слепой», но с детерминативом «глаз», указывающим, что подразумевается ku3, связанное со зрением, а именно «слепой».

Соответственно ma «конопля» ставится в случае ma «тереть» с детерминативом «рука» и для ma «пыль» — с детерминативом «земля», или hwa «цветок» — с детерминативом «лошадь» для выражения hwa «пегий конь», с детерминативом «говорить» — для hwa «кричать» huang3 «царственный» с детерминативом «огонь» — для huang2 «блестящий».

Последний пример показывает, что при этом допускаются и неточности в обозначении тонов, подобно тому как в шумерском ti «стрела» не вполне точно покрывает звуковой состав слова ti(l) «жить».

Детерминативы — я постоянно употребляю этот термин вместо китайского термина «ключи» — по своей функции очень схожи с детерминативами египетского письма и клинописи. Это сходство еще увеличивается в следующих случаях: знак - mu4 «дерево» подставляется во все знаки письма, обозначающие названия деревьев и вещей, как-либо связанных с деревом или древесиной, ts’ao3 «трава» (большей частью встречается в сокращенной форме над другими знаками) подставляется во все обозначения трав, пряностей, цветов и т.д., «вода» (чаще пишется сокращенно слева от другого знака) — во все названия рек и всякого рода жидкостей.

Исследователь клинописи видит здесь параллель с клинописными идеограммами и подставляемыми впереди детерминативами, только в клинописи оба знака стоят рядом, в то время как здесь они как бы сплавлены в один. Тем самым сходство и даже тождество западного и китайского принципов письма представляется полным: с самого начала — смешение понятийных и звуковых рисуночных знаков, причем последние либо стоят отдельно, либо снабжены детерминативами.

Это сходство могло бы послужить аргументом в пользу предположения, что древние китайцы в готовом виде заимствовали письменность из Западной Азии. Но так как сходный путь развития мы находим также в системах письма, изобретаемых современными примитивными народами, где никак не может быть связи с письмом древней Западной Азии, то более справедливым представляется предположение, что одинаковое развитие письма у разных народов всюду протекает независимо, по законам, объясняемым однотипностью путей развития духовного строя человека.

При анализе развития внутренней формы письма нельзя не считаться с морфологическими особенностями китайского языка. Истоки возникновения китайского письма для нас не столь очевидны, как в случае с египетским письмом и клинописью. Древнейшие надписи на бронзе и костях (XV—X вв. до н. э.) показывают письмо хотя еще и рисуночное, но все же уже достаточно развившееся.

Для наших целей представляется неважным, существовала ли до этого какая-либо разновидность «узлового письма». Язык жестов, жезлы указывающие социальное положение, и деревянные бирки могли играть вспомогательную роль при создании письма, но не следует отводить им при этом решающую роль.

Следует сказать несколько слов о том, как китайцы отображают средствами своего письма европейские слова и названия. Понятийное письмо в основном нефонетического характера не приспособлено для передачи иноязычных звучаний. Если иноязычные географические названия не переводить прямо на китайский как «Красное море», «Снежные горы» (Гималаи) или «Львиная страна» — Simhala (Шри-Ланка), то приходится их более или менее произвольно разлагать на слоги и в известной степени приблизительно отображать эти слоги сходно звучащими китайскими словесными знаками и комбинациями этих знаков.

Так, говорят и пишут Оулоба «Европа», Хэлань-го «Голландия», Ямэйлицзя «Америка», Фаланьси-го «Франция», Дзи-чжи-го «Германия» и др. Конечно, такие передачи весьма неточны, но выход из этого положения предлагают китайские газеты, которые иногда вставляют в китайский текст европейские наименования, отпечатанные латинским шрифтом.

Между двумя столь различными системами письма невозможно навести мосты. Как ни привязаны китайцы к своей пришедшей из глубокой древности письменности, они уже давно знакомы с более простыми системами письма. Прежде всего, уже много веков назад они благодаря буддизму познакомились с деванагари, а теперь во все возрастающем масштабе знакомятся с латинским письмом, — так что они вполне могли убедиться в преимуществах этих более простых систем. Следовательно, неудивительно, что нет недостатка в попытках заменить сложное китайское словесное письмо более простым фонетическим письмом слогового или звукового характера.

Разновидностью звукового письма является так называемая система фаньце, появившаяся уже в V—V вв. и передававшая звучание редко встречающихся знаков. В этом письме односложное слово разлагается на две части — начальную и конечную примерно так же, как в клинописи вместо bar пишут ba-ar, и для различных начальных и конечных частей создаются особые знаки. Вероятно, при создании этого подхода к слоговому письму не обошлось без индийского влияния.

Естественно, что попытки такого рода множатся в настоящее время благодаря знакомству с латинским письмом. Созданная около 1900 г. система Ван-Чжао также построена как слоговая по принципу начальных и конечных частей. Она содержит 50 знаков для начальных частей и 12 знаков для конечных четыре пекинских тона обозначаются точками рядом со знаком. Знаки выглядят как чрезвычайно упрощенные китайские словесные знаки. Британское библейское общество использовало это письмо для своего издания Библии на китайском языке.

Большее значение имеет так называемый национальный алфавит (чжуинь-цзыму), созданный в 1913 г. и с 1918 г. допущенный для преподавания в школах. Принцип его тот же слоговой, с разделением слова на начальную и конечную части, и начертания знаков тоже похожи на упрощенные начертания обычной иероглифики. Направление письма — горизонтальное, слева направо, как и в европейских письменностях. Письменность, созданная для диалекта сватоу, представляет собой довольно чистый тип буквенного письма разумеется, это произошло под европейским влиянием.

Наряду с этими попытками ширится и тенденция применить для записи китайского языка латинское письмо: ведь оно уже давно применяется в родственном китайскому вьетнамском языке. Особое рвение в этом отношении проявляют христианские миссии. Справа приводится образец этого перегруженного диакритиками письма. Китайское правительство также предпринимает меры в направлении фонетизации письма, но успешно ли — сказать еще нельзя. Особого успеха, кажется, ожидать не следует, не говоря уже о том, что с введением новой письменности вся древняя китайская литература станет недоступной для молодого поколения.

MaxBooks.Ru 2007-2015