Международные отношения в древней Европе

Римская империя и варварские племена - страница 3

Все они попеременно выдвигали своих ставленников в императоры, которые пытались использовать борьбу между фракциями для того, чтобы самодержавно руководить гражданским, военным и финансовым управлениями. Поэтому императоры нуждались в военной силе, не связанной ни с какой фракцией. Ею, по-прежнему, оказывались варварские вспомогательные и наемные отряды.

Однако с середины IV в., когда соотношение сил сложилось не в пользу Римской империи, ориентация на варварские войска стала опасной для ее существования. Это было вызвано дальнейшим кризисом рабовладельческой системы Средиземноморья и внутренним развитием соседних варварских племен.

Затянувшийся кризис ослаблял Империю. Этому способствовало разорение и закрепощение мелкого крестьянского хозяйства, которое, как указывает К. Маркс, наряду с независимым ремесленным производством, было экономической основой античного общества в пору его расцвета.

Ослабляла Империю и междоусобная борьба, разгоревшаяся после смерти Константина (306-337) за трон между Константином (умер 340) и Константом (умер 350) и другими претендентами. Когда же установилось единодержавие Констанция (350-361), он также стремился, привлечь на свою сторону германских варварских предводителей, надеясь на их помощь в войне против полководца Магненция, провозгласившего себя императором. Военные действия продолжались три года. Констанций, как свидетельствует Либаний, «письмами открыл варварам путь в римские пределы, заявив им о своем дозволении приобретать земли, сколько они смогут.

Когда это разрешение было дано, и письма отменили условия прежнего договора, они хлынули потоком при отсутствии какого-нибудь сопротивления (Магненций держал свое войско в Италии), и цветущие города становились их полной добычей: деревни разрушались, стены низвергались, увозилось имущество, женщины и дети, и люди, коим предстояла участь рабов, следовали за ними».

По сведениям Либания германцы уничтожили сорок восемь городов и захватили значительную часть Галлии. Евтропий сообщает, что одни города варвары брали приступом, а другие осаждали и всюду производили такие жестокие опустошения, что Римская империя оказалась на грани гибели.

Зосим утверждает, что в 355-356 гг. франки, алеманны и саксы разорили сорок пять городов и много укрепленных пунктов.

Победы над Магненцием сначала при Мурсе в Паннонии, а в 353 г. в Галлии, Констанций также добился ценой разграбления германцами пограничных провинций.

В 355 г. Констанций назначил цезарем своего двоюродного брата Юлиана и отправил его в Галлию защищать рейнскую границу от участившихся набегов франков, алеманнов и саксов. Но едва Юлиан одержал победу, завершившуюся походом вглубь германских поселений, «уязвленный завистью Констанций, по свидетельству Евнапия, поднял против цезаря предводителей, естественных врагов его, и присоединил свою собственную силу к силе этих врагов... «Война обратилась в обман, делая естественных врагов союзниками».

Политика Констанция принесла неисчислимые бедствия. Колония Агриппина, самый значительный город Второй Германской провинции, после длительной осады была взята и разрушена варварами. Все местности, лежащие вокруг городов Аргенторат, Бретомаг, Таберны, Салисон, Неметы, Вангион и Могонциак, были заняты варварами.

Хотя эти города остались в руках местных жителей, оказавших врагам мужественное сопротивление, положение их было тяжелым: варвары лишили горожан подвоза продовольствия. «Число их, — свидетельствует Либаний, — становилось столь незначительным, что сами города стали одновременно и городами и полями, и незаселенного пространства в ограде хватало для посевов.

Действительно, и быка запрягали, и плуг влачился по земле, и семя бросали, всходил колос, являлся и жнец, и молотильщик, и все это в пределах ворот города, так что пленных никто не назвал бы (более злосчастными, чем тех, кто остался дома». Несмотря на это, жители многих пограничных городов продолжали борьбу.

Это упорное сопротивление сказалось и на результатах войны: армия Юлиана оттеснила германцев за Рейн и вынудила их вступить в договорные отношения, что способствовало дальнейшему развитию производительных сил не только Галлии, но и самих германцев. Либаний свидетельствует, что после успешных кампаний Юлиана, германцы были вынуждены перестать смотреть на грабеж как на источник существования и начали усердно заниматься земледелием. «На границах те варвары, которые населяют страну от внешнего моря до бурунов Понта, повесив оружие, запахивают землю и, отчаявшись получить боевую добычу от нашего достатка, молятся Деметре».

В связи с этим у германских племен закреплялись навыки оседлого образа жизни, развивалось земледелие. Как свидетельствует Фемистий, жители пограничных римских областей также покидали оборонительные стены и заботились о волах и плугах, а вместо мечей точили косы.

Однако мир на границе не был продолжительным. В правление Валентиниана (364-375) и Валента (364-378) настали тяжелые дни. Аммиан Марцеллин так характеризует этот период: «В это время во всем римском мире, как по боевому сигналу труб, поднялись самые свирепые народы и стали переходить ближайшие к нам границы. Галлию и Рецию одновременно грабили алеманны, обе Паннонии — сарматы и квады; пикты, саксы, скотты и атакотты терзали непрерывными бедствиями Британию; австорианы и другие маврские племена сильнее обычного тревожили Африку; Фракию грабили разбойничьи шайки готов». Арабские племена опустошали пограничные провинции префектуры Востока. Обострились отношения с персами за обладание Арменией.

Несмотря на внешнюю опасность, единства не было даже среди господствующего класса Империи.

Согласно принципу раздела Империи при Диоклетиане, Валентиниан I передал в управление префектуру Востока своему брату Валенту и отбыл в Милан, где в 367 г. провозгласил своего сына Грациана августом наряду с собой. Валент был вынужден оставить Константинополь и отправиться в Антиохию для ведения войны против персов.

Как только он оставил Константинополь, началось восстание Прокопия, претендовавшего на императорский трон.

В это время Валент, следовавший в Антиохию, узнал об опасных передвижениях вестготов и послал два легиона на дунайскую границу. Когда эти легионы проходили через Константинополь, сторонники Прокопия склонили их военачальников к измене. Прокопия поддержали также придворные служители и поставщики продовольствия. По словам Зоси-мы, «они вооружали рабов и много народа, большая часть которого самостоятельно перешла на их сторону». Атанарих, предводитель части вестготов, прислал Прокопию десятитысячный вспомогательный отряд.

Однако во время решительного сражения у Николии во Фракии большинство сторонников Прокопия перешло к Валенту. Прокопий бежал, но был выдан своими сподвижниками и обезглавлен. Борьба с Прокопием и преследование его сторонников ослабили Империю, а война с персами отвлекала ее основные военные силы на Восток. Все это ослабило оборону Дуная.

MaxBooks.Ru 2007-2015