Международные отношения в древней Европе

Гунны и Западная Римская империя в 20-30-х годах V века - страница 3

Каждый из периодов отношений гуннов с Западом и Византией имел свои особенности.

Будучи непосредственными соседями Византии с 377 г., гунны представляли для нее постоянную опасность. Поэтому она менее охотно привлекала их в качестве наемников. Влияние гуннов на положение Балканского полуострова было весьма отрицательным. Гунны оттеснили многочисленные племена от Дуная на север и осложнили или сделали невозможным их переселение в византийские провинции, чем затруднили пополнение рабочей силы, обмен культурными ценностями. Это, наряду с другими факторами, задержало развитие производительных сил и процессы феодализации в Юго-Восточной Европе.

Кроме того, постоянная угроза гуннского вторжения сдерживала революционные устремления народных масс Балканского полуострова и ослабляла их сопротивление господствующему классу. Это давало византийскому правительству возможность увеличивать налоговое бремя, мотивируя необходимость этого нуждой в средствах для борьбы против гуннов, для уплаты им дани и отправления подарков.

К тому же в случае возникновения народного восстания в любой провинции Балканского полуострова правительство могло открыть границу для грабительского набега гуннов на непокорных подданных. Подобная ситуация засвидетельствована Прокопием в первой половине VI в., но она могла возникать и раньше.

Уже в первые годы после появления в Паннонии гунны стали орудием правящей верхушки Империи. В 381 г. римское правительство привлекло их для отражения ютунгов, вторгшихся в Рецию. В 387-388 гг. гунны вместе с аланами и готами воевали на стороне Феодосия против ставленника галло-римской знати Максима10, в 394 г. — против Евгения.

В 400 г. гуннский предводитель Ульд помог Византии в окончательном разгроме готских наемников, поднявших военный мятеж под предводительством Гайныи. В 405 г. вспомогательные войска Ульда приняли участие в разгроме коалиции племен, вторгшихся в Италию во главе с Радагайсом.

После второй осады Рима сенат заключил союзный договор с вестготами, и часть их во главе с Аларихом двинулась к Равенне, чтобы добиться утверждения договора императором Гонорием или свергнуть его. В этот момент Гуннерид привел гуннские вспомогательные войска в Равенну. Понадеявшийся на них Равеннский двор отклонил мирные предложения Алариха, который двинулся на Рим и взял его с ходу.

События в Галлии, последовавшие после 406 г., толкнули Равеннский двор на союз с вестготами, которые помогли ему разобщить силы тарраконских и армориканских багаудов. В 416-418 гг. вестготы заставили аланов, вандалов и свевов стать союзниками Империи. Однако усиление вестготского королевства в Юго-Западной Галлии и попытки их короля Теодориха I (419-451) расширить свои владения вызвали недовольство части господствующего класса. Начались поиски союзников против вестготов.

В начале 20-х годов V в. при Равеннюком дворе усилилась партия, считавшая необходимым использовать гуннов для укрепления своей власти в Галлии. Эта партия посадила на императорский трон нотария Иоанна (423-425), который немедленно направил к гуннам за вспомогательными войсками Аэция, вручив ему золото для подкупа их предводителей.

Выбор Аэция предопределялся тем, что он двадцать лет пробыл среди гуннов в качестве заложника и сохранил связи с их предводителями.

К этому времени положение гуннов в Паннонии ухудшилось.

Общественный подъем в Византии, сорвавший попытку готской знати захватить политическую власть в стране в 399-400 гг., привел к значительным переменам. Грабительские походы гуннов южнее Дуная стали невозможными. Во время одного из них Ульд едва спасся бегством, а его отряд был частью пленен, частью перебит. Когда гунны все же возобновили набеги, Византия провела целый ряд мероприятий, направленных на укрепление пограничных крепостей и Дунайской флотилии. Набеги на Византию стали для гуннов опасными.

Поэтому, когда в 425 г. Аэций прибыл к гуннам, у них появилась надежда на значительные подачки Равеннского двора и возможность разбогатеть за счет непокорных ему провинций. Гуннские предводители немедленно предоставили Аэцию вспомогательное войско в 60 тысяч человек.

Пока Аэций выполнял поручение, Византия направила в Равенну экспедицию. Иоанн был казнен, а императором провозглашен прибывший с византийцами малолетний сын Плацидии Валентиниан III (425-455).

Через три дня после казни Иоанна Аэций привел ему на помощь гуннские вспомогательные войска15. Учитывая их силу, правительство Плацидии простило Аэцию его связь с Иоанном и назначило его комитом римской армии.

Но смена правителей не могла привести к коренным переменам в политике двора. Плацидии также были нужны надежные военные силы для подавления багаудов в Галлии и Тарраконии и приведения к покорности ряда варварских племен (вестготы, франки, бургунды).

Наиболее надежными для выполнения этих задач были гуннские наемники и вспомогательные войска. Назначение Аэция комитом и его дальнейшее продвижение по служебной лестнице в значительной мере объясняется тем, что он мог обеспечить ими правительство.

В 427 г. Аэций, опираясь на них, вытеснил вестготов из Нарбоннской провинции и из Арля, в 425 г. захваченного вестготами.

В 428 г. Аэций изгнал франков из той части Галлии, которая примыкает к Рейну. Франки, которыми командовал Хлодио, потерпели поражение у Гелены и, вероятно, были вынуждены возобновить союзный договор с Равеннским двором, разорванный ими в 420 г.

Эти победы способствовали возвышению Аэция. Феликс, главнокомандующий римской армией, в 429 г. был возведен в патриции, а власть над армией перешла к Аэцию.

Аэций использовал свою должность прежде всего для того, чтобы убрать со своего пути Феликса, сохранившего связи с войсками и военными арсеналами. В 430 г. он убил

Феликса, его жену Падусию и их диакона Груннита, обвинив всех в заговоре против него.

Пока Аэций был занят упрочением своего положения, в 430 г. гуннские войска под предводительством Оптара выступили против бургундов. Трехтысячное ополчение бургундов успешно отразило нападение десятитысячного войска, а среди многочисленных убитых оказался и Оптар. Победа бургундов объясняется поддержкой, которую оказало им местное население, о чем можно судить из рассказов Евхерия и Сократа.

Гуннская опасность сблизила бургундов и галло-римлян. Показателем этого, как и крупных успехов в общественно-экономическом развитии бургундов, явилось принятие ими христианства в 430 г. Но это делало бургундов опасными для Равеннского двора. Подобно вестготам в Юго-Западной Галлии, они могли попытаться расширить свои владения и, заручившись поддержкой местной знати, стать самостоятельными в ее Юго-Восточной части. Равеннский двор должен был выступить против бургундов. Однако в 430 г. Аэций не мог повести войска против них. Ему пришлось двинуться против вестготов, пытавшихся вновь захватить Арль. После истребления части вестготского войска он двинулся на подавление восстания ютунгов и норов.

Новые победы обеспечили ему избрание на консульство.

В 432 г. Аэций выступил против франков, возобновивших наступление, и вынудил их заключить мирный договор.

Усиление власти Аэция вызвало опасения Равеннского двора, и, пока он вел войну с франками, звание магистра войск было передано Бонифацию, прибывшему из Африки, где он потерпел поражение от вандалов.

Когда Аэций возвратился из похода, соперники сразились.

В поединке победил Бонифаций, но он был ранен пикой. Аэций бежал к гуннам. Через два месяца Бонифаций умер, а должность магистра войск перешла его зятю Себастьяну. Однако Аэций подошел с гуннскими войсками к Равенне, добился возвращения звания главнокомандующего и оставался на этом посту до конца своей жизни.

MaxBooks.Ru 2007-2015