Международные отношения в древней Европе

Западная Римская империя в 40-х годах V в.

В этот период Западная Римская империя оказалась в очень тяжелом положении. Часть городов была превращена в развалины римскими войсками, подавлявшими революционные и сепаратистские движения, и варварскими вторжениями (аланы, вандалы и свевы в 407 г. вторглись в Галлию, а в 409 г.— в Испанию; франки в 413, 420, 425, 428 и 440 гг. — в Первую и Вторую Бельгийские провинции; бриты и саксы в 441 г.— в Арморику, аланы Гоара — в район среднего и нижнего течения Луары в 407 г., вестготы — в 412 г. в Аквитанию и после 419 г. — в Нарбоннскую провинцию; бургунды обосновались в 409-411 гг. около Майнца, а в 413 г. в Вормсе, где они и создали первое королевство).

Торговля и связь между провинциями и в Средиземноморье были нарушены. Варварские племена, поселившиеся в римских провинциях, воевали друг с другом и с местными жителями. Все воевали против всех и, как отметил хронист, «положение государства вследствие этой бури было жалким».

Италия влачила жалкое существование. Обезлюдение и нищета возрастали. После 401 г., когда в одной Кампании незапаханными и не облагаемыми налогом оказалось 130 тысяч га, количество заброшенных земель росло с каждым годом. Об этом свидетельствуют указы об уменьшении податей. Однако они всегда издавались с опозданием, когда уже вступали в действие печальные последствия неумолимого нажима чиновников фиска.

Поэтому мелкие землевладельцы, спасаясь от разорительных налогов, попадали в зависимость от крупных землевладельцев, не облагавшихся куриальными налогами, и ценой свободы избавлялись от гнета курий. Это вело к увеличению налога на участки, подлежавшие обложению, так как, несмотря на уменьшение количества плательщиков и облагаемых участков, общая сумма налога, падавшего на курию, менялась медленно, обычно раз в пятнадцать лет.

Сицилия была разорена вандалами, а прибывший в 441 г. для борьбы против вандалов византийский экспедиционный корпус оказался бременем для страны.

В Африке, по договору 442 г., за Римом сохранились наиболее бедные провинции — Мавритания Цезарейская и Сетифенская, часть Нумидии с Циртой и Триполитанией. Народные массы этих провинций, состоявшие из романизованных мавритано-берберов, искали защиты от вандалов и римлян у мавритано-берберов горной Кабилии и соседних пограничных областей, что усилило эти племена и позволило им перейти в наступление.

В Испании (после ухода аланов и вандалов в Африку) начали расширять свои владения свевы. В 441 г. они овладели Меридой, Севильей (Гиспалис), Бетикой и Картахенской провинцией. В 448-449 гг. свевы дошли до Эбро и захватили Сарагосу и Иллериду. Вестготские войска, посланные против них Равеннским двором, потерпели поражение и запросили мира.

Страна стала ареной еретических движений, особенно манихейства и присциллианства, являвшихся выражением социального протеста. С наибольшей силой они охватили Тарраконию, где, как и в Галлии, революционная борьба угнетенных масс называлась движением багаудов. Известно, что Равеннский двор неоднократно направлял туда карательные экспедиции. Экспедиции 441 и 443 гг. возглавлял Астурии, дукс пехоты и кавалерии.

Гидаций утверждает, что в 441 г. Астурии «перебил множество тарраконских багаудов», а в 443 г. «усмирил надменность арацеллитанских багаудов». Но движение багаудов не прекратилось, и в последующие годы хронист снова рассказывает о борьбе с ними.

Наиболее сложная обстановка создалась в Галлии. Все ее провинции стали ареной столкновения классовых, политических, территориальных, этнических и религиозных группировок местных жителей и поселившихся там варваров. На все ее границы наседали новые враги, теснимые другими племенами или стремившиеся расширить свои территории.

В центральных и западных провинциях Галлии вновь вспыхнуло движение багаудов, подавленное Аэцием в 435-437 гг. Наибольшего размаха достигло они в Арморике, в области верхнего течения Луары и среднего течения Роны. На подавление его Равеннский двор направил в 440 г. аланов под предводительством Сангибана, предоставив им для постоя земли около Валенции (южнее Виены).

В 442 г. хронист записал, что аланы, получившие от патриция Аэция земли Заальпийской Галлии, усмирили сопротивлявшихся оружием и захватили земельные участки, изгнав их владельцев. По существу, хронист запечатлел расправу с багаудами, за что аланы получили владения местных жителей (в том числе местной знати).

О подавлении Аэцием движения багаудов рассказано в панегириках Аполлинария Сидония Авиту и Майориану, панегирике Флавия Меробавда, Галльской хронике 452 года и в двух житиях Германа, написанных агиографами Константином и Гериком.

Герик, враждебный революционному движению, утверждает, что между реками (т. е. между Сеной и Луарой) живет народ, злостный и непостоянный, полный любви к нововведениям, расточительный на слова и известный тем, что никогда не сохраняет верности правительству. Такая характеристика отражает социальную направленность движения багаудов, отмеченную нами ранее на основании свидетельств Рутилия Намациана, Зосима и комедии «Кверол».

В 445 г. Аэций предоставил Арморику аланам для подчинения и наказания. Когда аланы под предводительством Гохара (Гоара) вошли в Арморику, ее жители обратились к епископу Герману с просьбой о помощи. Герман вышел навстречу Гохару и потребовал, чтобы тот приостановил карательную экспедицию.

По рассказу Констанция, Гохар был так поражен этой настойчивостью, что подчинился ей. Возможно, он знал скрывавшуюся за ней решимость народных масс оказать сопротивление наемникам правительства.

Приостановив карательный поход, Гохар потребовал, чтобы епископ добился от императора его отмены. Герман отправился в Равенну, однако умер там 31 июля 445 г. Когда стало известно, что хлопоты Германа не увенчались успехом, Тиббатон, вождь багаудов, как отмечает Констанций, снова призвал их к оружию. Меробавд восхваляет Аэция за подавление этого восстания, продолжавшегося до конца 445 г.

На основании рассказа Аполлинария Сидония также можно предположить, что в 445-446 гг. в Арморике вновь вспыхнуло восстание багаудов и что тогда же в бассейн Сомы вторглись франки под предводительством Хлодио.

Несмотря на многочисленные экспедиции, Равеннекому двору не удалось подавить багаудов окончательно. В 448 г. Галльская хроника отметила связь с ними некоего врача Евдоксия, чем засвидетельствовала продолжение движения. Интересно отметить, что в решении внутренних вопросов общины Арморики пользовались самостоятельностью, а ее западная часть оказалась почти независимой. Правда, отстаивая свою независимость, ее жители были вынуждены опираться на помощь бриттов, которые в 441 г., в связи с натиском скоттов и саксов, оставили Британию и поселились на полуострове Арморика, который вскоре стал называться Бретанью.

Только в 451 г., когда возникла угроза гуннского порабощения, жители Арморики прекратили борьбу против Равеннского двора и примкнули к антигуннской коалиции. Но они сохранили специфические особенности общественного уклада — демократизм, проявляющийся при решении внутренних дел, свою организацию, состоящую из совокупности самоуправляющихся крестьянских общин, укрепившихся в длительной борьбе против варваров и Равеннского двора, и близость к язычеству и пелагианству. Экономической базой этих общин было мелкое крестьянское землевладение, при котором необходимо регулировать отношения как земледельцев внутри каждой деревни, так и между соседними деревнями.

Сорокалетнее движение багаудов-армориканцев, отвлекая значительные силы Западной Римской империи, косвенным образом способствовало успехам бургундов, вестготов и франков.

Бургунды, ослабленные поражением у Вормса (435 г.) в 443 г. получили разрешение поселиться в 500 км к юго-западу от него — в Сабаудии (между Северным Греноблем и Женевским озером). В Галльской хронике об этом сказано так: «Сабаудия подлежит разделу с бургундами при соблюдении интересов местных жителей». Хронист IX в. отмечает, что они «добились новых земель скорее при помощи многочисленных переговоров, чем при помощи оружия».

Гуннская опасность заставила бургундов искать союза с галло-римлянами и соблюдать договор с Равеннским двором. Они получили от галло-римских землевладельцев треть рабов, две трети наделов и половину лесных угодий. Бургундская правда защищала интересы галло-римлян от неорганизованного грабежа, запрещала бургундцу, получившему свою долю при разделе, захватывать долю галло-римлянина и обязывала оказывать ему предпочтение при продаже своей доли.

В этот период саксы нападали на побережье Галлии на Западе, а все местности южного побережья страдали от пиратских набегов вандалов.

Такова была обстановка на Западе, когда гунны начали готовиться к наступлению.

MaxBooks.Ru 2007-2017