Книга. Исследования и материалы. 1964 г.

Нашли здесь что-то интересное?
С вашей помощью интересного будет больше!

О будущем научно-технической книги

Р.С. Гиляревский


Мы живем в дни великих свершений в общественной жизни, бурного развития производства, пауки и культуры. Это побуждает людей всех профессий глубже задуматься о процессах, происходящих в сфере их деятельности, о путях развития и будущем близких им явлений.

В Программе Коммунистической партии Советского Союза, принятой на XXII съезде КПСС и наметившей конкретные пути построения коммунизма в нашей стране, записано: «Для дальнейшего мощного подъема материальной базы культуры будут обеспечены:...всемерное развитие книгоиздательского дела и печати с соответствующим расширением полиграфической промышленности и производства бумаги;...увеличение сети библиотек, лекционных и читальных залов...».

Солдаты многочисленной армии книжников — книгоиздатели, распространители книги, библиотекари и библиографы, а также ученые, деятели культуры, литераторы, книголюбы, да, наконец, весь читающий мир не могут не задуматься о дальнейшей судьбе книги.

Какой будет книга будущего, будет ли она похожа на современную книгу, не устарела ли ее форма, которой уже почти тысяча лет, не устарел ли способ ее производства, изобретенный в основных чертах более пятисот лет назад? Эти вопросы волнуют каждого из нас, их настойчиво ставит перед нами жизнь, те повседневные трудности, которые мы испытываем на разных этапах работы с книгой.

Следует сразу же оговориться, что из разных значений многогранного понятия «книга» для нас будут особенно важны два. Книга.как произведение литературно-художественного, научного или практического содержания, являющееся средством распространения и сохранения идей, образов и знаний, орудием идеологической и политической борьбы, научного исследования и познания, развития культуры. Книга как печатное или рукописное воспроизведение текста или графических изображений.

Эти две стороны книги — ее содержание и форма — взаимосвязаны. Развитие книги может быть верно понято лишь в связи с историей общества, историей классовой борьбы. Изменение общественных условий в разные эпохи выдвигало на первый план те или иные задачи книги в обслуживании общественных потребностей человека: политической жизни, развития культуры, науки, техники. Эти потребности служат факторами, определяющими изменения в нормах производства, распространения и использования книги.

Вместе с тем как продукт материальной культуры книга не остается безразличной к достижениям науки и техники своего времени, отражает эстетические нормы своей эпохи. Но эти технические и художественные достижения никогда не играли первостепенной роли в изменении внешней формы книги, они скорее играли роль подсобных средств, которые помогают книге выполнять се общественное назначение.

Если четыре тысячелетия назад книга в форме глиняных плиток Месопотамии, покрытых клинописью, и папирусных свитков Египта, испещренных иероглифами, могла удовлетворить запросы читателя, то это свидетельствует не столько об уровне технических достижений того времени, сколько о требованиях, которые тогдашняя наука и культура предъявляли к книге. Недаром же папирусный свиток сохранился в качестве основной формы книги вплоть до первых веков нашей эры.

В еще большей мере это относится к пергаментному кодексу, прообразу современного книжного блока. Пергамент как материал для письма известен с III века до н.э., уже в первые века н.э. изготовлялись кодексы из пергамента, но лишь к V веку и. э. они стали основной формой книги. И это связано с тем, что именно тогда потребовалась более емкая форма книги, более удобная для записи больших произведений и для наведения справок.

Технические средства, обусловившие изобретение книгопечатания в XV веке,— граверная и литейная техника, винодельческий пресс, преобразованный Гутенбергом в печатный станок, — были известны еще в античные времена. Однако лишь настоятельная потребность общества в механическом воспроизведении текстов, быстром и точном, вызвала к жизни изобретение книгопечатания подвижными литерами, совершенству которого мы и теперь не перестаем удивляться и основными принципами которого мы и поныне пользуемся для изготовления книги.

Можно сколько угодно говорить о непозволительной приверженности традициям, даже о рутине в методах изготовления книги, но одними лишь этими причинами нельзя объяснить стабильность книжной формы на протяжении стольких столетий, не пощадивших многих творений человеческого гения, казавшихся такими совершенными их современникам. Причину нужно искать в другом. По-видимому, темный текст на светлом фоне и блочная форма книги-кодекса, которые, как и столетия назад, продолжают удовлетворять самого взыскательного читателя, соответствуют способностям современного человека к усвоению знаний посредством чтения.

Тем не менее, все чаще и чаще со стороны ученых, библиотекарей, библиографов и документалистов высказываются претензии к современной книге, которая, но их мнению, перестала быть эффективным средством информации о достижениях науки, техники и культуры.

В чем же дело, что перестало удовлетворять нас в изготовлении и распространении книги?

Основные недостатки современной системы научной информации при помощи произведений печати сводятся к следующим: большой разрыв во времени между окончанием исследования и оповещением о его результатах заинтересованных научных работников и специалистов; все ограничивающаяся возможность ориентировки во вновь выходящей книжной и журнальной продукции и недостаточный ее библиографический учет; наконец, значительное усложнение работы библиотек.

В настоящее время статьи в научных журналах служат для специалистов главным источником сведений о прогрессе в науке. Американский исследователь Р. Шоу, проанализировав свыше 5 тыс. запросов ученых США на научную литературу, пришел к выводу, что на журнальные статьи приходится 68%, на научно-технические отчеты и бюллетени — 14%, тогда как книги (монографии, руководства, учебники и справочники) составляют всего лишь 8% всех запросов. Советский документалист Г.И. Гольдгамер свидетельствует, что «после окончания новой разработки, изготовления опытного образца, а часто и после организации серийного выпуска информация появляется в журнале через 1-2 года, а в книге — через 2-4 года».

Между тем, самый факт публикации сведений вовсе еще не означает, что они дошли до читателей. Ведь между многочисленными материалами в книгах, журналах, научных отчетах, специальных видах технической и ведомственной литературы и читателем необходимы посредники в виде периодических библиографий и реферативных изданий. А на их составление и публикацию тоже уходит время. По некоторым данным в важнейших реферативных изданиях зарубежных стран по физике, химии, биологии от момента публикации статьи в журнале до выхода в свет реферата на нее проходит еще от полугода до полутора лет.

А ведь в быстро развивающихся отраслях знаний, таких, например, как физика, сведения очень быстро устаревают. По подсчетам известного английского ученого Д. Бернала, средний срок жизни статьи по физике не превышает двух лет. Это подтверждается и швейцарским документалистом Г. Коблансом, который вычислил, что свыше половины всех ссылок в журнале «Физикал ревью» приходится на статьи не старше трех лет. Таким образом, многое из того, о чем узнает ученый-физик из реферативного журнала, уже устарело и не может ему пригодиться. Вполне можно понять недовольство ученых современной системой распространения знаний.

Другим серьезным недостатком произведений печати как средства научной информации (или, как среди документалистов принято говорить, «первичной информации») является их значительное и все возрастающее число, затрудняющее ориентировку в них и выбор необходимых материалов. Один из зарубежных авторов заметил, что начиная с прошлого века число названий научных журналов каждые полстолетия увеличивается в 10 раз. В начале XIX века их было около 100, в 1850 году — 1000, к 1900 году — 10000, а в 1960 году число названий научной периодики приближается к 100000. Он справедливо опасается, что если этот темп роста сохранится, то к концу века нам придется иметь дело уже с миллионом названии журналов. Это означает, что при сохранении теперешнего их объема вместо нынешних 4 млн. статей в журналах на нас обрушится ежегодный поток в 40 млн. статей. А ведь журналы имеют тенденцию к ежегодному увеличению листажа за счет количества публикуемых статей.

К этим устрашающим цифрам нельзя не прибавить ежегодного выхода 250 тыс. новых описаний изобретений к патентам, свыше полумиллиона фирменных проспектов и технических каталогов и еще многих других видов технической и ведомственной литературы, количество которой вообще не поддается учету. После этих цифр число названий книг, ежегодно поступающих на мировой книжный рынок, — по очень неполным данным ЮНЕСКО оно оценивается в 350 тыс. — может показаться незначительным, хотя и оно означает ежедневный прирост тысячи названий книг. Всего же со времени изобретения книгопечатания, как полагают некоторые книговеды, выпущено не менее 50 млн. названий книг. Действительно, есть от чего прийти в смятение.

Следует учитывать также, что вся эта литература выходит на многих языках. Если в течение нескольких веков латинский язык выполнял роль международного языка науки, а в прошлом столетии ученому было вполне достаточно знания английского, немецкого и французского языков, то в наши дни без учета научных публикаций на русском и ряде других языков успешная научная работа невозможна. Это влечет за собой необходимость переводов. По данным международного указателя переведенных книг «Индекс транслационум» 10% всех поступающих на мировой книжный рынок названии являются переводами. 80 названий журналов полностью и регулярно переводятся с русского на английский язык, публикуются и распространяются по подписке в США, Великобритании и других странах. Десятки тысяч переводов осуществляются в научных учреждениях и на промышленных предприятиях, они вообще не публикуются и почти никак не учитываются. Если же принять во внимание трудности, связанные с отсутствием квалифицированных переводчиков-специалистов, несовершенством специальных словарей, неунифицированностью терминологии, неразработанностью проблем транскрипции и транслитерации, то можно понять, какая огромная масса духовных ресурсов человечества растрачивается нерационально в безуспешных попытках преодолеть языковый барьер в области научных публикаций.

Помочь научному работнику и специалисту ориентироваться в огромном потоке необходимой ему литературы призвана система научной информации (или, по терминологии документалистов, «вторичной информации»). Она включает экспресс-информацию, библиографические пособия, реферативные журналы, справочники, картотеки и каталоги библиотек и центров информации (служб документации). Несмотря на некоторые успехи этой системы, — насчитывают до 360 периодически издающихся реферативных журналов и свыше 3 тыс. библиографических пособий только в области естественных и общественных наук — она явно не справляется со своей задачей. Многие виды произведений печати и научных работ далеко не полно отражаются библиографиями и реферативными органами. Это относится к таким важным видам, как труды и протоколы конференций и совещаний (особенно международных), специальные виды технической литературы, ведомственные издания, переводы. Ведущие реферативные органы не успевают охватить более 20% литературы, а около половины научных изданий вообще не подвергается библиографической регистрации.

Следует ли после этого удивляться, что произведения печати дают незначительную долю сведений, используемых учеными и исследователями в их работе, а те, которые все же попадают в их поле зрения, по большей части выбираются случайно. Это положение можно проиллюстрировать следующими цифрами. На вопрос об источниках новых идей и проектов лишь 25% американских ученых-медиков и 30-40% английских инженеров-электротехников сослались на специальную литературу. Лишь 12% опрошенных инженеров назвали чтение литературы в качестве первого шага в разрешении поставленных перед ними проблем.

При опросе 100 научных работников скандинавских стран в области биологии, химии и физики выяснилось, что 89 из них почти или совсем не пользуются реферативными изданиями при ретроспективных поисках литературы. Изучение источников информации, используемых пятьюдесятью преподавателями американских университетов для научной работы, дало следующую картину: 56% сведений о необходимых им изданиях получено случайно (из разговоров с коллегами, из докладов и выступлений на конференциях и дискуссиях, из сносок и подстрочных примечаний в статьях и книгах), 30% дает регулярный просмотр журналов по специальности и лишь 14% получено в результате целенаправленного поиска по библиографическим и реферативным источникам. А ведь самостоятельно, без помощи библиографических и реферативных изданий, специалист может охватить не больше 2-5% нужной ему литературы.

Указанные цифры достаточно характеризуют явное неблагополучие в использовании научных изданий. К чему это приводит, можно судить по высказыванию австралийского библиотекаря А. Осборна, который в 1962 году писал, что 35% всех исследований, проведенных учеными и инженерами лабораторий США, не были бы предприняты, если бы им предшествовало ознакомление с соответствующей литературой, а 85% всей научно-исследовательской работы выполняется напрасно из-за неудовлетворительной постановки информационной службы и слабой связи между родственными учреждениями и организациями.

В этих условиях становится попятной та огромная ответственность, которая в настоящее время ложится на научную библиотеку - учреждение, призванное сосредоточить все богатство человеческой мысли, исчерпывающие сведения о новейших научных открытиях и технических достижениях. Между тем, именно в библиотечной работе недостатки книги в ее традиционной форме — ее громоздкость, высокая стоимость, недолговечность и «неспособность» к организации, позволяющей вести эффективные розыски литературы,— проявляются особенно остро. Ни одна библиотека уже не в состоянии собрать всей необходимой ученым и специалистам литературы из-за недостатка места для ее хранения и нехватки материальных средств для ее приобретения.

Рабочие процессы в любой научной библиотеке сводятся к приобретению первичных источников информации, литературы в широком смысле слова, ее хранению с целью организации наиболее массового и эффективного использования и обслуживания этой литературой читателей. Каждая из сторон деятельности библиотеки связана с характерными задачами, выполнение которых становится все более трудным из-за недостатков, присущих форме нынешней книги и системе ее издания и распространения.

Прежде всего библиотека должна выбрать из огромного потока печатной продукции те издания, которые соответствуют ее профилю комплектования, представляют действительную научную ценность и могут понадобиться ее читателям. Для этого ей необходимо получить как можно более исчерпывающие сведения о всех вновь вышедших изданиях, а это почти невозможно, если учесть то, что было сказано о неполноте библиографического учета печатной продукции. Но даже и располагая этими сведениями, библиотека не всегда может приобрести нужные ей издания, особенно вышедшие за рубежом.

Это легко подтвердить даже на примере книг. Книжная продукция современного мира неизменно возрастает, тогда как число названий книг, поступающих на книжный рынок, остается относительно стабильным. Сравнивая данные о выпуске продажных книг за 1927 и 1957 годы в большинстве капиталистических стран, мы видим, что они почти не меняются. Во Франции, например, число названий за 30 лет осталось неизменным — около 12 тыс., а в США возросло всего на 3 тыс. — с 10 тыс. до 13 тыс.

Таким образом, прирост происходит за счет книг, не поступающих в продажу. В США, например, в 1959 году на книжный рынок было выпущено около 15 тыс. названий, а общее число названий книг, вышедших в этом году, превысило 60 тыс. А ведь в числе 45 тыс., составляющих разницу, находятся издания университетов, научно-исследовательских и правительственных учреждений, различных организаций США. Можно представить себе, какие огромные усилия должны затрачиваться библиотекарями на комплектование, и вряд ли мы вправе их обвинять, если при подобных условиях оно осуществляется неудовлетворительно. А ведь здесь совсем не были приняты в расчет материальные средства, которых никогда не хватает для приобретения всей необходимой литературы, как бы они ни были велики.

Нельзя не упомянуть также и о больших трудностях современной книготорговли. Конечно, распространение произведений печати путем книготорговли в социалистических и капиталистических странах имеет принципиально разное значение и служит разным целям. Однако в самом общем виде традиционная форма книги и способ ее изготовления, а также веками сложившаяся система торговли книгами ни в коей мере не удовлетворяют ни библиотекарей, ни ученых и специалистов, собирающих личные библиотеки.

С одной стороны, некоторые, наиболее актуальные издания, пользующиеся большим спросом, довольно быстро распродаются и становятся редкостью на книжном рынке, с другой — перед издательством всегда стоит неясная проблема тиража книги, а перед книготорговой сетью — риск быть затоваренной большим числом громоздких и дорогих издании, не нашедших покупателя. Многое здесь можно исправить улучшением методов книготорговли, но в конечном счете проблема упирается в несовершенство формы книги и системы книгоиздания.

Практика показывает, что крупная научная библиотека каждые 15-20 лет удваивает свои фонды. Подсчитано, что к концу нашего столетия фонды Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина превысят 100 млн. единиц хранения, количество карточек в каталогах, отражающих эти фонды, достигнет нескольких миллиардов, а штат библиотеки при современной технологии библиотечных процессов — нескольких десятков тысяч человек. Одна лишь каталогизация литературы при том, что один библиотекарь в день может описать не более 40 книг, заклассифицировать не более 30 книг и расставить в каталогах не более 400 карточек, требует таких затрат, что стоимость ведения каталогов приближается к стоимости отраженных в них фондов.

Хранение этих фондов также требует не только места, но и постоянных материальных затрат. В крупных библиотеках США стоимость хранения 1 тыс. книг достигает 200 долларов в год. Нью-Йоркская публичная библиотека, например, тратит на содержание своих фондов половину суммы, отведенной на их комплектование. При этом многие издания, особенно старше 10 лет, используются очень незначительно. По некоторым подсчетам, в американских библиотеках требования на литературу 10-20-годичной давности не превышают 25%, а процент требований на более старую литературу — еще ниже. За рубежом библиотечные фонды стремятся разделить на «действующие» и «пассивные», создавая для последних резервные книгохранилища или депозитории старой литературы, обслуживающие сразу несколько библиотек. Хотя эти меры и дают некоторую экономию, которая в отдельных случаях с применением технических средств компактного хранения достигает 60% и даже 90%, в целом это не решает проблемы. Исследования, проводившиеся в 1959 году по фондам экономической литературы Библиотеки Чикагского университета, показали, что каждая книга из «действующего» фонда используется в среднем 1 раз в 25 лет, а из «пассивного» — 1 раз в 100 лет.

Огромные усилия, затрачиваемые библиотекарями на комплектование и организацию фондов, далеко не полностью оправдываются, так как читатель не всегда может разыскать необходимые ему произведения печати, даже если они имеются в библиотеке.

Книга по своему содержанию многоаспектна. Читатель может ее разыскивать по любому из аспектов. Однако при организации фонда за основу может быть взят лишь один из них, иногда в сочетании еще с двумя-тремя другими. Как правило, это одна из основных тем книги или произведения (систематическая расстановка книг) в сочетании с видом произведения печати (книги, периодические издания, особые виды произведении печати — картографические материалы, потные издания, произведения печатной графики, спецвиды технической литературы и т.п.) или языком его текста. Нередко для организации фонда выбираются формальные аспекты: размер книги (форматная расстановка), время се поступления в библиотеку (порядковая расстановка) и некоторые другие.

Для удовлетворения запросов читателей библиотека располагает системой каталогов, которая отвечает на несколько основных вопросов: имеется ли в библиотеке определенная книга и какие книги данного автора имеются в библиотеке (алфавитный каталог), какие книги имеются в библиотеке поданной отрасли знания (систематический каталог), но определенному вопросу или предмету, вне его связи с другими родственными вопросами или предметами (предметный каталог). Однако имеющиеся в распоряжении библиотекаря средства (схемы классификации, словари предметных рубрик, правила книгоописания и составления алфавитного каталога, карточная форма каталогов и картотек) не позволяют ему с необходимой полнотой раскрыть многогранное содержание имеющихся в библиотеке произведений печати.

«Основной дефект огромного большинства каталогов и указателей традиционного типа заключается в том, что учтенные документы отражены в них с аналитической точки зрения недостаточно детально. Это значит, что не вполне исчерпывающе учитываются все аспекты содержания каждого документа; не обеспечивается возможность выявить документ, воспользовавшись любой из его многочисленных характеристик; недостаточно разносторонне связываются между собой смежные понятия и термины».

Ученый и специалист обращаются к книге, главным образом,

в трех случаях:

  1. когда им необходимо выяснить, что сделано в настоящий момент другими учеными и специалистами как по узкой специальности, так и в смежных областях. Это естественная потребность следить за прогрессом в науке, технике и культуре;
  2. при повседневной работе, когда необходимо получить конкретные фактические сведения о цифрах, методах, конструкциях. Это использование литературы в справочных целях;
  3. при начале работы над новой темой или вопросом и при завершении и литературном оформлении ее, когда необходимо с максимальной полнотой учесть все печатные источники по данной теме или вопросу. Это исчерпывающий подход к литературе.

Библиографы хорошо знают эти основные случаи подхода к литературе в процессе научной работы и в соответствии с ними создают библиографические пособия, текущие или ретроспективные, рекомендательные или учетно-регистрационные. Но даже и они не в силах удовлетворить многоаспектных запросов ученых и специалистов. Библиотекари же располагают, как мы видели, еще меньшими возможностями в этом отношении.

Поэтому не случайно именно от библиотекарей, библиографов- и документалистов исходит основная критика традиционной книги. Еще раз напомним, что она касается, главным образом, размеров, современной книги, длительности се изготовления, высокой стоимости, недолговечности и неудобства для хранения, методов ее библиографического учета, распространения и раскрытия для читателей. Вместе с тем, мы хорошо сознаем, что при непосредственном использовании книги, при ее чтении, именно ее традиционная форма, размер, расположение текста в комбинации с иллюстрациями являются наиболее удобными из всех, какие могут быть предложены исходя из современного уровня техники и ее предполагаемого прогресса.

Среди технических средств, на которые обычно ссылаются, когда говорят о книге будущего, называют радио, звукозапись, телевидение, микроиздания, офсетную печать, электрофотографию и электронные вычислительные машины. Со многими из них, такими, например, как радио и магнитная запись звука, в момент их появления связывали большие надежды, однако они заняли свое место в общей системе информации, не поколебав роли книги в сфере науки. Остановимся кратко на каждом из этих средств, чтобы выяснить предоставляемые ими возможности.

Радио и звукозапись никогда не смогут заменить книг, предназначенных для чтения. Прослушивание звукозаписей по психофизиологическим особенностям человеческого восприятия значительно медленнее чтения глазами, оно затрудняет возможность попутного осмысления и анализа текста, на слух материал хуже усваивается и запоминается. Технические особенности аппаратуры для воспроизведения звукозаписи не позволяют ускорять или замедлять темп чтения, затрудняют возвращение к уже прослушанным частям текста, делают невозможным одновременное обращение к нескольким источникам.

Телевидение в последние годы занимает все большее место в работе библиотек. Оно дает возможность мгновенной и достаточно четкой передачи текста и графических изображений на сравнительно большие расстояния. Относительная медленность процесса чтения и дороговизна этого канала связи делает его в настоящее время малорентабельным. Но в соединении со средствами репродуцирования телевидение сможет эффективно использоваться для передачи содержания книг на расстояние.

Особенно большое значение для разрешения трудностей, создаваемых книгой в обычной форме, имеют микроиздания. Из них наибольшее распространение получили у нас в стране микрофильмы, а за рубежом также микрокарты и микропринты.

Микрофильмы снимаются на обычную 35-мм или 16-мм кинопленку 30-40 м длиной. На один кадр обычно снимают разворот книги (2 страницы), применяя как негативную, так и позитивную пленку. В отдельных случаях применяют разновидности микрофильма — микрополосы, представляющие собой отрезки 35-мм пленки по 10-12 кадров в каждом, или же микрофиши—отрезки фотопленки размером в стандартную библиотечную карточку 7.5×12,5 см, на которых размещают от 80 до 144 страниц книги. При изготовлении рулонных микрофильмов пользуются кинотехникой, которая позволяет снимать до 30 тыс. страниц в час.

Микрокарты изготовляются обычным фотоспособом на фотобумаге и в зависимости от их размера подразделяются на несколько видов. Особенно популярны «микрокард», «микротэйп» и «микрострип», использующие размер обычной каталожной карточки. На одной карте располагают до 100 страниц текста, что соответствует книге в 6 печатных листов, и библиографическое описание шрифтом нормальной величины (без уменьшения).

Мнкропринт представляет собой карту несколько большего формата (15,2× 22,8 см) с текстом, уменьшенным в 8-10 раз и напечатанным типографским способом. Одна из американских фирм «Ридекс микропринт» располагает на карточке 10 рядов по 10 страниц в каждом ряду, что облегчает разыскание нужной страницы. Считается, что изготовление микрофильма рентабельно при тираже от 1 до 14 экземпляров, микрокарты — от 15 до 49 экземпляров, а микропринта — более 50 экземпляров.

Микроиздания обладают рядом серьезных достоинств. Они сравнительно дешевы (в США книга в 1 тыс. страниц стоит около 10 долларов, а ее микропринт — всего 1 доллар) и дают огромную экономию места в книгохранилище — до 95%. Применение микрокарт позволяет объединить в каталожном шкафу и книгохранилище и каталог. Многие библиотеки за рубежом отказываются от хранения газет и других периодических изданий, переводя их на микрофильмы. Ряд официальных изданий ООН, правительственных изданий США и периодических изданий сразу выходят в микровидах, главным образом, как микропринт. Совмещение отдельных кадров микрофильма с перфорированными картами позволяет применять для поиска необходимой информации механизмы и машины, что значительно ускоряет разыскание литературы.

Однако при всех этих и других достоинствах микроиздания обладают существенным недостатком, который сдерживает их распространение и применение в библиотеках. Они могут быть прочитаны только с помощью специальных аппаратов; при этом аппараты, дающие наилучшее изображение, пока довольно громоздки. Но даже и после усовершенствования читательской техники микроиздания не смогут заменить книгу в ее обычной форме. При использовании информации в научной работе чрезвычайно важны преимущества, которые предоставляет традиционное произведение печати по сравнению с самым совершенным микроридером — аппаратом для чтения микротекстов. Книга дает возможность одновременно использовать несколько источников и сопоставлять их в процессе работы, быстро обращаться к различным частям источника и по многу раз возвращаться к одному и тому же его месту, выделять в тексте необходимые для работы места.

Офсетная печать широко проникла в книгоиздательское дело. Основной ее принцип состоит в том, что краска переносится на бумагу не непосредственно с печатной формы, а сначала на резиновую поверхность и с нее на бумагу; Применение офсетной печати в сочетании с фотографическим изготовлением печатной формы (фотоофсет) ускорило и удешевило типографский процесс, избавив его от необходимости предварительного набора текста. Оно сделало рентабельным издание книг небольшим тиражом, позволило изготовлять микроиздания, доступные для чтения невооруженным глазом или с помощью простой лупы (так называемая миниатюрная офсетная печать с уменьшением от 1:4 до 1:8). Формы для офсетной печати занимают мало места и позволяют издавать книги раздельными тиражами. Этот способ значительно упростил факсимильные переиздания произведений печати. Однако сам по себе он почти не разрешает тех трудных проблем, которые намечены выше в связи с традиционной формой книги.

Важным звеном в цепи технических средств, призванных повысить эффективность книги в распространении научных знаний, является появившийся несколько лет назад метод электрофотографии или, как его называют на Западе, ксерографии. Этот метод заключается в том, что с помощью электронной аппаратуры на поверхности бумаги получают скрытое электростатическое изображение, которое после проявления специальным порошком становится видимым. Изображение закрепляется на бумаге путем сплавления порошка с бумагой при температуре около 150° С или в парах сильного растворителя. В результате аппарат позволяет в течение полминуты получать копию любого текста и штриховой иллюстрации, по качеству почти не уступающую оригиналу. Репродуцирование может производиться как с самого оригинала, так и с его микрокопий, как на бумагу любого качества (писчую, типографскую), так и на материалы, служащие печатной формой для офсетной печати.

Отечественная промышленность производит электрофотографические аппараты «Эра-2», которые позволяют быстро и высококачественно репродуцировать произведения письменности, печати, графики в натуральную величину и с небольшим уменьшением или увеличением, а в соединении с офсетной печатью получать неограниченное число копий. За рубежом работают опытные установки ксерографических машин «Копифло», которые с микрофильма книги воспроизводят ее текст на бумажной ленте со скоростью 6 м в минуту. Специальная приставка к этой машине автоматически фальцует и брошюрует бумажную ленту, изготовляя таким образом готовую книгу в обычной форме. Единственным ее отличием от книги-оригинала является перемещение четных страниц на левые полосы, а нечетных на правые, а также наличие чистых страниц между неразрезанными на сгибах листами. Принципиально важным для нас в электрофотографии является то, что она дает возможность устранить разрыв между микроизданием и традиционной формой книги.

Электронные вычислительные машины, все шире применяемые в различных отраслях науки и народного хозяйства, также должны быть учтены в числе технических средств, значительно повышающих возможности научной информации. Во-первых, специалисты в области электронной информационной техники утверждают, что она обладает способностью сосредоточивать в своих запоминающих устройствах огромное количество сведений, превосходящее по объему содержание произведений печати, собранных крупнейшими книгохранилищами мира. Электронная техника может организовывать эти сведения по любой заданной системе и с большой скоростью выполнять операции по отбору документов, в которых они содержатся. Во-вторых, принципиально новое и подлинно новаторское преимущество этой новой техники заключается «в той редко достигавшейся до сих пор возможности точно отобразить всю специфику учитываемых материалов, которую дает нам машинный «язык» при регистрации, а следовательно, и при дальнейших библиографических разысканиях документов».

Однако, несмотря на эти авторитетные высказывания, можно с уверенностью сказать, что в настоящий момент обе стороны — и электроника и библиотечное дело — еще не готовы к сотрудничеству. Как это ни парадоксально, ни объем машинной памяти электронных вычислительных машин, ни скорость выполнения ими необходимых операций не могут нас удовлетворить. Для увеличения памяти нужно применять устройства, значительно усложняющие работу машины. Что же касается скорости, то полупроводниковая техника, обеспечивающая до 1 млн. отдельных операций в секунду, имеет физический предел, равный скорости света. Несмотря на грандиозность этой потенциальной скорости, она еще недостаточна, если учесть многочисленность операций, необходимых для выполнения библиотечных процессов, помноженную на массовый характер обслуживания читателей. К этим соображениям можно добавить, что 1 час работы серийной машины отечественного производства стоит около 50 руб., что значительно превосходит затраты отдельных, даже крупнейших библиотек на выполнение процессов, в которых машины могут быть применены.

С другой стороны, библиотеки — основные в наше время хранители информации, содержащейся в произведениях печати, — не готовы к применению электронной техники, которая требует большей централизации и унификации основных процессов библиотечного дела: комплектования, каталогизации, хранения фондов и обслуживания читателей.

После рассмотрения технических средств, связанных с книгой будущего, можно попытаться наметить некоторые ее общие черты и место в распространении научных знаний. Наиболее вероятным путем развития книги будет коренное преобразование системы книгоиздания, книгораспространения, библиотечного дела и библиографии с применением микровидов книги, а в дальнейшем и электронной техники, которые при непосредственном использовании книги будут трансформироваться в ее традиционную форму, закономерно сложившуюся на протяжении веков.

Очевидно, этот процесс прежде всего затронет периодическую печать. Еще в 1948 году на специальной конференции, посвященной вопросам научной информации, Джон Бернал предложил план преобразования системы публикации в научных журналах. Вкратце он сводится к следующему. Вместо многочисленных журналов, дублирующих друг друга, не имеющих четких тематических границ и затрудняющих разыскание необходимой ученым литературы и даже знакомство с текущими исследованиями в определенной области, создается ограниченное число специализированных информационно-реферативных центров сначала в национальном, а затем и в международном масштабе. Все статьи посылаются в эти центры, где они редактируются, реферируются и передаются на хранение в микроформе. Рефераты статей издаются в периодическом реферативном журнале. Полные тексты статей высылаются читателям по их требованию за определенную плату. Все процессы работы в таком информационном центре механизированы, вплоть до реферирования, которое может осуществляться электронными информационно-логическими машинами.

План Бернала вызвал бурю негодования среди зарубежных книгоиздателей. Между тем, в среде научных работников, в том числе и советских, он завоевывает все больше сторонников. В 1962 году близкое к этому плану решение проблемы предложили академик М. Дубинин и доктор химических наук В. Серпинский; ряд зарубежных ученых, документалистов и библиотекарей разрабатывает детали реализации этого плана. Однако сам Д. Бернал пошел еще дальше. Теперь он предлагает отказаться и от статьи как формы сообщения результатов исследования. Он считает, что многие статьи содержат последовательный ряд результатов, фактов, выводов, связанных с серией исследований, проводившихся в течение длительного времени. По его мнению, информационный центр мог бы собирать не статьи, а непосредственные результаты и выводы каждого исследования. Предпринимаются и некоторые практические шаги для реализации этого плана. Отдельные периодические издания, например, журнал Международного центра документации в Стокгольме «Бюллетэн де соммэр», начали выходить только на микрокартах. Американская фирма «Юниверсити микрофилмз» частично осуществляет этот план в отношении диссертации.

Видимо, в дальнейшем процесс издания микровидов захватит и книги научного и технического содержания. На Всесоюзной конференции по перспективам развития полиграфической техники, проходившей в 1958 году, было высказано мнение, что ряд изданий целесообразно выпускать как в обычной форме, так и в микровидах. Об этом говорилось и на ежегодной конференции Чикагской высшей библиотечной школы в 1955 году.

Вместе с тем, будет совершенствоваться и традиционный способ издания книг — улучшаться шрифты, методы верстки, техника печати. Наряду с иллюстрацией, которая все более органично будет входить в текст, издания начнут более широко дополняться звукозаписями. Появятся более совершенные сорта бумаги, новые материалы и методы изготовления переплетов.

Микрокнига постепенно подготовит более благоприятные условия для развития методов книгораспространения. Книжные магазины будут наряду с новыми изданиями обычных книг располагать запасом микровидов разошедшихся изданий за прежние годы. По желанию покупателей они с помощью репродукционной техники смогут продавать ксерокопии этих книг в натуральную величину. Это позволит устранить противоречие между спросом на книги и их тиражом.

Подлинную революцию способна произвести микрокнига в сочетании с электрофотографией в работе библиотек. Они получат возможность значительно увеличить количество приобретаемых и хранимых книг, быстро и эффективно их разыскивать и вместе с тем улучшить обслуживание читателей, которые будут пользоваться увеличенной копией микрокниги, аналогичной обычной книге. Больше того, эту копию читатель не должен будет возвращать в библиотеку, так как в ней будут храниться только оригиналы в микровиде.

При этом значение библиотеки как культурно-просветительного учреждения, организующего общественное пользование книгами, будет неуклонно возрастать. Ни в коем случае нельзя думать, что деятельность библиотеки сведется только к научной информации или станет похожей на работу книжного магазина. С изменением системы книгоиздания и книгораспространения, а также с появлением промежуточных микроформ книги изменится и библиотечная техника и методы библиотечной работы. Но функции библиотеки, отличные от функций информационного центра или книжного магазина, сохранятся при любой технике.

В связи с этим хотелось бы процитировать слова известного американского библиотековеда Джесса Шира, написанные им после посещения павильона «Библиотека XXI века» на Международной выставке в Сиэтле (США, 1962 год). «Нет сомнения в том, что быстрое развитие способов факсимильной передачи текста, механической расшифровки и обработки данных и расширение международных средств связи наложат отпечаток на библиотечное дело. Можно ожидать, что мы найдем в библиотеке будущего целый ряд электронных и других устройств, которые сейчас многим показались бы там совершенно неуместными. Но наиболее яркой характеристикой библиотеки будущего явится не столько ее внешний вид, сколько интеллектуальная деятельность в ее стенах — та деятельность, которая была отличительной чертой каждой библиотеки во все времена, начиная с Александрийской библиотеки, основанной Птоломеем в дельте Нила».

Итак, опасения книголюбов не имеют серьезных оснований. Дорогая всему читающему человечеству книга на перестанет существовать, наоборот, она увеличит свое могущество в будущем. Временные трудности, которые она испытывает в осуществлении одной из своих функций — служить средством распространения и сохранения научных знаний, средством научной информации,— в ближайшее время будут, безусловно, преодолены с помощью ряда новых технических средств. Эти средства не только не вытеснят книгу из сферы науки, но, напротив, будут верно служить ей.

Однако это не может произойти само собой. Необходимый переворот не может быть совершен никем, кроме самих деятелей книги — издателей, библиотекарей, библиографов, книготорговцев. Наша общая задача состоит в том, чтобы осознать требование времени и осуществить переход к новому этапу в эволюции книги, диктуемому настоятельными общественными потребностями.

MaxBooks.Ru 2007-2017