Книга. Исследования и материалы. 1980 г.

Из истории образования местных отделений Госиздата (На примере губерний Центрального района РСФСР)


Созданием Государственного издательства РСФСР в мае 1919 г. было положено начало централизации издательского дела в стране. Госиздат был образован в результате объединения пяти крупнейших государственных и партийных издательств. Постепенно почти все наркоматы и ведомства передали ему свои издательские аппараты, а остальные были ограничены правом выпуска лишь специальной литературы. Крупнейшие кооперативные издательства, первоначально объединившиеся в неторговый отдел Центросоюза, затем также влились в Госиздат. Согласно Положению о Государственном издательстве, ему было передано право редакционного контроля за деятельностью необъединенных советских, частных и кооперативных издательств, а также за распределением всех материальных ресурсов. Таким образом, Госиздат становился единым органом книгоиздания и управления книжным делом.

Однако образование Госиздата означало завершение лишь первого этапа централизации издательского дела. Без упорядочения книгоиздания на местах говорить о координации издательского дела в целом по стране было невозможно. Во многих губерниях уже была предпринята попытка объединения издательской деятельности в отделах печати губернских исполнительных комитетов. Однако эти отделы никак не были связаны между собой, работали совершенно обособленно, нередко дублируя друг друга, тратили при этом попусту скудные запасы бумаги, что было недопустимо в рамках общегосударственной политики жесткой централизации.

На заседании Политбюро ЦК партии, состоявшемся 1 июня 1920 г., редколлегии Госиздата было поручено «более энергично осуществлять централизацию книгоиздательства в отношении местных изданий и изданий Народных комиссариатов, прибегая во всех случаях к содействию ЦК». Выполняя указания ЦК, руководитель Госиздата В.В. Воровский разработал план создания сети провинциальных отделений Госиздата. Согласно этому плану, первоначально следовало взять под контроль издательскую деятельность в губерниях, потом объединить все местные издательские учреждения, где это не было сделано отделами печати, преобразовать их в отделения Госиздата, а затем подчинить общегосударственному ходу работ.

Реальной основой для осуществления плана явилось постановление Совнаркома от 24 июля 1919 г., подготовившее почву для создания отделений Госиздата, которые объединили всю издательскую деятельность на местах. В постановлении отделы печати Москвы, Петрограда и других городов объявлялись органами Государственного издательства, и Госиздату поручалось подготовить инструкцию, определяющую взаимоотношения между местными отделами печати и губисполкомами.

На Втором Всероссийском съезде Центропечати в мае 1920 г. В.В. Воровский изложил программу организации отделений, которую с одобрением встретило большинство делегатов с мест. Боровский призвал собравшихся добиваться единства действий и видеть в отделениях Госиздата на местах «ту ячейку и тот центр, около которого группируются все наши силы, способные работать на этом поприще...», отмечая при этом, что идею объединения «надо проводить беспощадно и последовательно». Все организационные вопросы предстояло решать в каждой губернии, исходя из конкретных условий. Залог успеха Боровский видел в тесной связи отделений с местными партийными организациями и отделами народного образования.

Для осуществления этой программы в июне 1920 г. в структуре Госиздата был создан Иногородний отдел во главе с Г. Лебедевым. В функции отдела входила разработка инструкций и положений по организации отделений, установление тесных контактов с губерниями и координация издательской деятельности на местах, а также урегулирование всех вопросов, связанных с бумагой и распространением печатной продукции. 20-27 августа были подготовлены и разосланы по губерниям документы, определившие организационные принципы и характер издательской деятельности на местах — «Основная инструкция по организации отделений Государственного издательства», «Циркулярное письмо Губисполкома» и «Обязательное постановление о централизации печатного дела».

Все они конкретизировали и развивали Положение о Государственном издательстве, предусматривая создание его областных и губернских отделений для объединения литературно-издательской и агитационно-пропагандистской деятельности местных советских, партийных и профсоюзных организаций, включая отделы народного образования, национальных меньшинств, высшие учебные заведения, ученые общества, кооперативные организации и т.д.

Для устранения параллелизма в работе и сокращения расходов на содержание управленческого аппарата предполагалось слить воедино с отделениями Госиздата местные агентства Центропечати и РОСТА, превратив их соответственно в отделы распространения и информации.

«Основная инструкция по организации отделений Государственного издательства» способствовала повсеместному образованию губернских отделений. К 1 сентября их было уже 28, к началу декабря 1920 г. количество отделений увеличилось почти вдвое, а весной 1921 г. во всех губерниях Центральной России были официально зарегистрированы отделения Государственного издательства.

Однако было бы ошибкой полагать, что после опубликования Инструкции во всех губерниях были одновременно созданы абсолютно одинаковые органы. Экономические условия, специфика развития издательского дела, наконец, наличие кадров — все это вносило свои коррективы. Процесс централизации издательского дела и организационного оформления в каждой губернии протекал по-разному. Не случайно В.В. Воровский рекомендовал в каждом конкретном случае руководствоваться «создавшимся на местах положением». Отправной точкой при этом, по его мнению, должно было стать «литературно-организационное объединение всех сил». В одних случаях это объединение происходило на базе отдела печати при губисполкоме, в других — аппарата Центропечати, в третьих — губполитпросвета. Общим в данном случае было то, что к моменту опубликования «Основной инструкции» на местах повсеместно были подготовлены условия для создания единого аппарата управления книжным делом.

Таким образом, губернские отделения учреждались не на пустом месте, а там, где уже имелись готовые советские аппараты. Первым из местных отделений следует назвать Тульское. В Туле раньше других периферийных городов было объединено издание и распространение литературы. Тульский отдел печати, созданный при губисполкоме еще в ноябре 1918 г., представлял в то время, по справедливому замечанию его руководителя А.Е. Левина, «исключительное явление советской деятельности». Осенью 1919 г. отдел печати состоял из пяти подотделов: общего, издательского, агитационно-пропагандистского, распространения печати и информации. Два последних рассматривались как местные отделения Центропечати и РОСТА и находились на их бюджете.

Вскоре после создания Государственного издательства Тульский отдел печати обратился в Москву, непосредственно к В.В. Воровскому с предложением преобразовать его в отделение Госиздата. Это решение руководителей Тульского исполкома было не случайным, а логическим завершением всей предшествующей деятельности отдела. Первоначально в письме от 5 августа 1919 г., а затем уже в официальном докладе 29 сентября А.Е. Левин, указывая на наличие квалифицированного редакционного аппарата и большие технические возможности Тулы, писал, что «отдел с первых дней возникновения Государственного издательства поднял перед ним вопрос об учреждении... отделения» и в случае необходимости создания не губернских, а областных отделений, предлагал объединить Рязанскую, Калужскую, Тульскую и Орловскую в одно областное отделение, ссылаясь при этом на опыт полного обслуживания Рязанской и Калужской губерний и выполнения заказов на издательские работы «Коммуниста», «Центропечати», Наркомата труда и других центральных учреждений.

Предложение Тульского отдела было принято. «Принципиально Ваше предложение вполне приемлемо. Что же касается конкретных мер его осуществления, то они,— писал Воровским,— по представлению Вами дополнительных сведений о структуре аппарата и технических возможностях будут приняты, как только Государственным издательством будет детально разработан план организации объединения».

Однако прежде чем принять окончательное решение, Воровский просил Н.К. Копылова — уполномоченного ЦК РКП(б) по Тульской губернии и первого заведующего издательским отделом губисполкома обследовать состояние дел местного отдела печати. В докладной записке от 13 октября 1919 г. Копылов высоко отозвался о работе отдела, считая, что он «имеет готовый, вполне налаженный аппарат и вполне мог бы взять на себя осуществление заданий Государственного издательства в том масштабе, который определяется моментом и техническими возможностями», указывая, при этом, на необходимость финансовой поддержки со стороны Госиздата: «Госиздат оказал бы существенную поддержку финансовой помощью, все подотделы получают от своих центров деньги и только издательский — исключение».

Руководство Госиздата приняло это к сведению, и уже в справке о расходах Госиздата за ноябрь 1919 г. отмечено, что Тульскому отделу печати переведен 1 млн. руб. Таким образом, с ноября Тульский отдел печати, хотя и не оформленный организационно как отделение, «пользовался именем и связывал себя идейно с Госиздатом». Однако необходимо было законодательным путем закрепить статут отделения. После четырехмесячной организационной работы 23 марта 1920 г. последовало постановление Госиздата за подписью В.В. Воровского. В нем говорилось:

«1. В целях организации планомерной издательской деятельности по Тульской губернии и уничтожения параллелизма в областях издания и распространения литературы, на Тульский отдел печати возлагается полное проведение всей литературно-издательской деятельности в губернии.

2. Издательство Тульского губернского отдела печати проводит свою работу по инструкциям и указаниям Государственного издательства, а также самостоятельно выполняет все работы местного значения и удовлетворения.

3. Издательство отдела печати, являясь отделением Государственного издательства, неуклонно осуществляет строгую централизацию всего издательского дела.

4. Отдел печати получает сметные назначения на издание и распространение произведений печати, а также и на общую агитационно-пропагандистскую деятельность... из сумм Государственного издательства».

Опыт Тулы был учтен также при составлении августовской инструкции по организации отделений. Четко разработанные рекомендации губернским отделениям способствовали довольно быстрому их учреждению.

Пример Тулы оказался типичным и для целого ряда других городов. Так, в Иваново-Вознесенской губернии уже 22 сентября на совещании представителей заинтересованных организаций губагентства, Центропечати, губкома партии, губисполкома, отдела народного образования и редакции газеты «Рабочий край» ставится вопрос о создании губернского отделения. К этому моменту все вопросы, связанные с регулированием книжного дела, находились в компетенции Отдела печати при губисполкоме. Он контролировал заказы в типографиях (без визы заведующего отделом С.К. Климохина не печаталась ни одна рукопись), составлял планы изданий, учитывал и распределял бумагу. Вся работа по редактированию была сконцентрировала в издательском отделе губисполкома, который образовался в сентябре 1920 г. Таким образом, база для организации отделения была готова. 8 октября 1920 г. на заседании губисполкома заведующим отделением был утвержден один из руководителей коммунистов Иваново-Вознесенска, талантливый публицист А.К. Воронский, которому было поручено учреждение отделения. 25 октября на первом совещании вновь созданного отделения было принято решение о передаче дел Отдела печати при губисполкоме губернскому отделению. Через два дня постановлением губисполкома было официально закреплено его открытие.

Аналогично в октябре 1920 г. прошло открытие отделений в Калуге, Орле, Ярославле. К 25 января начало работу Владимирское губернское отделение.

В тех губерниях, где в силу сложившихся обстоятельств вся издательская деятельность протекала под эгидой губернского агентства Центропечати, отделения организовывались на базе губагентства. Характерный пример в данном случае — Воронежская губерния. Решением президиума губисполкома от 8 апреля 1920 г. все книгоиздание в губернии концентрировалось в издательском отделе Центропечати. После опубликования совместного постановления губкома партии и Воронежского губисполкома об организации отделения Госиздата издательский подотдел с 1 августа был преобразован в отделение. Причем, как докладывал в Иногородний отдел заместитель заведующего отделением И.М. Ройхель, «Губиздат является единственным органом в губернии, издающим, распределяющим и распространяющим Красную печать, причем «Центропечать» является его отделом распространения, а РОСТА — отделом информации». Сходным был процесс образования отделения и в Курской губернии.

Однако не везде учреждение отделений протекало так гладко. В ряде губерний были сильны местнические настроения, которые проявились в попытках обособиться от центра. Например, в Тверской губернии на следующий день после опубликования «Основной инструкции» был создан президиум губисполкома специально по вопросу об организации отделения. Учитывая всю значимость издательского дела для социалистического строительства, предполагалось привлечь к организации губернский комитет партии, «исходя из соображений, что работа в данном направлении является большей частью партийной работой». К середине ноября отделение формально числилось среди учреждений губернии. Однако отсутствие единого органа, в котором была бы сконцентрирована вся работа по изданию и распространению литературы в губернии, осложняло положение дел. Каждая организация продолжала издавать на свой страх и риск.

Правда, в конце года губкому удалось преодолеть сопротивление местных руководителей и создать при губполитпросвете отдел печати, но он отвечал за выпуск только периодических изданий губернии. Наиболее дальновидные руководители понимали, что выход из бумажного кризиса и книжного голода заключается в объединении и урегулировании всего книжного дела под эгидой Госиздата. В одной из докладных записок в губисполком заведующий отделением пишет как раз о необходимости открытия Отдела печати при Госиздате, «который должен быть органом, регулирующим и инструктирующим всю печать». Но преодолеть все междуведомственные трения так и не удалось. Каждая организация хотела стать во главе централизации, использовать издательский аппарат в своих интересах, считая, что создание отделения «негубернского подчинения» ущемляет их самостоятельность. В феврале 1921 г. на совещании представителей губкома, губисполкома и губернского отдела народного образования решалась судьба отделения Госиздата. Большинством голосов постановили отделение Госиздата как самостоятельное не организовывать, а включить его в Губполитпросвет при отделе народного образования как издательскую секцию. При этом Губполитпросвету передавались функции агентства Центропечати и РОСТА.

В Брянской губернии, очевидно, руководствовались теми же соображениями, что и в Тверской. Местное руководство осознавало необходимость концентрации всего книгоиздания и управления в одном аппарате, но при этом считало отделения Госиздата «лишь привнесенной формой объединения». Поэтому на основании постановления губкома и губисполкома был создан единый орган агитации и пропаганды — губагитпросвет, который объединил Внешкольный отдел губоно, Центропечать, агитационно-пропагандистский отдел губкома, редакцию местных «Известий» и губотделение РОСТА.

В ряде губерний нарушался принцип создания отделения в качестве единого органа координации всего книжного дела в губернии. Гак, например, в Тамбовской губернии единым издательским аппаратом с самого начала предполагали сделать отделение Госиздата, однако для регулирования всеми вопросами издания и распространения литературы был специально учрежден Отдел печати при губисполкоме, как разъяснялось в протоколе заседания губернского комитета партии от 10 августа 1920 г., «в целях объединения в губернии всей советской литературной и художественной агитации, работы по изданию газет, журналов и книг, по распределению и распространению произведений печати, а также в целях наилучшей связи губисполкома с существующими только в порядке ведомственного подчинения Центру Губпечатью, ГубРОСТА и Губиздательством и для объединения работы последних».

Однако главной причиной создания Отдела печати, как с сожалением констатировал его заведующий Б.Г. Сарычев, были опять междуведомственные разногласия: нежелание РОСТА подчиняться отделению Госиздата. Заведующий губагентством РОСТА С.В. Евгенов считал «подчинение редакционного идейно-руководящего аппарата—издательству экспедиционному (таковым он видел Госиздат) нелепым». Но такая структура органов книжного дела в условиях безлюдья и отсутствия средств (предстояло содержать еще один полный учрежденческий аппарат с бухгалтерией, общим отделом и т.д.) была непозволительной роскошью. На это и было справедливо указано в письме заведующего иногородним отделом от 20 августа: «...Перестать строить сходные и отчасти однородные по задачам органы друг с другом, а объединить их в один. Обычно это делается в виде Губотделения Госиздата».

Руководство Госиздата решительно протестовало также против создания отделении при отделах народного образования, как это было в Костромской губернии, не без основания полагая, что переход в ведение губоно неизбежно сузит функции отделений как единого органа координации и управления издательским делом в губернии. Костромскому губисполкому было указано на ошибочную тенденцию и подчеркнуто, что «такая точка зрения для Госиздата не приемлема, так как организация... во Всероссийском масштабе проводится в виде образования губотделений при губисполкомах на правах самостоятельных отделов... Госиздат не видит никаких оснований для того, чтобы Кострома в проведении в жизнь основных принципов организации представляла какое-либо исключение».

Нс следует, понятно, обобщать все ошибочные моменты в организации отделений и считать их характерными для большинства губернских городов. В основном, как свидетельствует история образования Тульского, Смоленского, Иваново-Вознесенского, Орловского и других отделений, на местах последовательно шли к созданию губернских отделений, признавая авторитет единого центрального органа Госиздата, и стремились к объединению под его эгидой.

В отличие от издательских отделов губкомов и губисполкомов структура местных отделений Госиздата была практически единообразной во всех губерниях Центральной части РСФСР. Это объясняется политикой централизации, которая проводилась в целом по стране. Одинаковый состав облегчал руководство губернскими отделениями, способствовал более четкой работе и координации. Аппараты губернских отделений состояли из заведующего, редакционной коллегии, общего, финансового и пяти функциональных отделов: организационно-инструкторского, периодической печати, информации (РОСТА), технического и распространения. Заведующий отделением выдвигался на совместном заседании губисполкома и губкома и утверждался в Москве Госиздатом. Редакционная коллегия собиралась из представителей местных органов власти: губисполкома, губкома, ЭКОСО и местного отделения Госиздата. Для решения каких-то конкретных вопросов, связанных с изданием той или иной литературы, приглашались представители соответствующих специальностей, профессиональных союзов. В среднем штат губернского отделения составлял 190 человек. При этом 40-50 человек работали в отделе распространения, куда входили многочисленные уездные агенты, работники книжных складов, магазинов, экспедиции.

Все губернские отделения находились практически целиком на денежных дотациях Госиздата. На местном бюджете было издание газет и журналов, то есть работа отдела периодической литературы. Губисполкомы финансировали также и некоторые издательские расходы, так как суммы, переводимые местным отделениям, зачастую не покрывали всех затрат. Значительные средства пошли на организационные нужды. Так, например, Владимирскому отделению было отпущено 2 млн. руб., а Ярославскому и Калужскому по 250 тыс. руб. В дальнейшем деньги губерниям отчислялись в зависимости от количества отпущенной бумаги — по 4 тыс. руб. за каждый пуд.

Состояние материально-технической базы губерний не давало сколько-нибудь широких возможностей для развития издательского дела на местах. Однако на фойе снижения общего книгоиздания в 1920-1921 гг. наблюдался неуклонный рост доли продукции провинциальных издательств. Если в 1918-1919 гг. она составляла 29-30% от общего числа изданий по стране, то в 1920 г. — 38,6%, а в 1921 г. - 50,2%; доля тиража увеличилась с 1-2% в 1918-1920 до 14-21% в 1920-1921 гг. Это свидетельствовало о плодотворности и целесообразности создания отделений Госиздата и централизации всех ресурсов губернии в одном аппарате.

Отличительные черты, присущие рассматриваемому периоду, сказались не только на формах организации издательского дела, но и на характере книжной продукции. Тематика и соотношение различных видов литературы определялись в репертуаре отделений актуальными задачами партийных и советских органов власти. Исходя из общих установок издательской политики Госиздата в целом, его местные отделения с самого начала планировались как агитационно-пропагандистские с преобладанием литературы общественно-политической тематики. «Бумаги у нас мало, — отмечал В.В. Воровский на II съезде Центропечати, и научных сил, за исключением университетских городов почти нет. Развивать широкую деятельность на научном или даже научно-популярном поприще очень трудно, поэтому все усилия мы должны направлять на агитационную деятельность. Вследствие этого Государственные издательства в провинции будут отделениями агитационно-пропагандистскими».

Большое значение для строительства и закрепления законодательных основ социалистической жизни в губернии имел выпуск официально-инструктивной литературы. Неслучайно, в 1920-1921 гг. 40-70% от общего количества названий книг и брошюр, выпущенных в центральных губерниях РСФСР, составляли издания декретов, распоряжении, постановлений центральных и губернских органов власти, партийных комитетов, инструкции и положения, уставы различных организаций. Центральные издательства не всегда могли удовлетворить потребности губерний в официальных изданиях, поэтому на местах были вынуждены перепечатывать основные партийные и советские документы: «Декреты СНК о продналоге» (Воронеж, 1921), «Законодательство о новых формах заработной платы» (Орел, 1921) и т.д.

Материалы местных органов власти и партийных организаций регламентировали жизнь в губернии и конкретизировали основные положения центральных документов. Например: «Обязательное постановление Владимирского губисполкома о твердых ценах на перевозку грузов в пределах губернии» (Владимир, 1920), «Третье губернское совещание по работе в деревне» (Рязань, 1920), «Постановления и резолюции VIII и IX губернских съездов...» (Иваново-Вознесенск, 1921).

В большом количестве издавалась инструктивная литература по строительству, организации и налаживанию работы партийных ячеек, советских организаций и учреждений — «Инструкция начальникам хозяйственно-материальной службы» (Калуга, 1921), «Инструкция по проведению натурального налога на хлеб, масличные семена и картофель в 1921 г.» (Рязань, 1921), «Инструкция инспекторам Тульской Рабоче-Крестьянской инспекции...» (Тула, 1921), «Положения о подотделах социальной охраны труда...» (Тверь. 1920).

Своеобразие и ценность губернского книжного репертуара составляли материалы, связанные непосредственно с деятельностью местных учреждений и организаций — отчеты и доклады. Например «Доклад губ- здравотдела 8-му губернскому съезду Советов рабочих и крестьянских депутатов» (Иваново-Вознесенск, 1920), «Доклад о деятельности Полиграфического отдела ГСНХ за 1920 г.» (Воронеж, 1920), «Отчет Иваново-Вознесенского Губернского земельного отдела с 1 декабря по 1 апреля 1920 г., план работы на предстоящий летний период» (Иваново-Вознесенск, 1920), «Отчет Тамбовского губернского экономического совещания с 9 февраля по 1 октября 1921 г.» (Тамбов, 1921) и т.п. Такого рода издания, несмотря на внешнюю «ненужность» и «ведомственность», давали «несомненную возможность всероссийского осведомления и учета опыта»; именно поэтому В.И. Ленин настаивал на том, чтобы отчеты печатались на местах тиражом 100—300 экз., а, по возможности, и 1000 экз., и обязательно поступали в каждую губернскую и общегородскую библиотеку.

Вторую наиболее многочисленную категорию — более 25% общего выпуска губернских отделении — составляли издания работ партийных и советских руководителей центральных и местных органов власти, агитационно-пропагандистские брошюры.

Повышенным спросом в провинции пользовалась перепечатка изданий. Это были отдельные работы и выступления В.И. Ленина «К четырехлетней годовщине Октябрьской революции» (Тверь, 1921), «О продовольственном налоге. Значение новой политики и ее условия» (Курск, Ярославль, Тула, Тверь, Рязань и т.д. 1921); работы В.А. Карпинского «Три года борьбы. Третья годовщина Великой Октябрьской революции» (Воронеж, 1920), А.М. Коллонтай «Международный день работниц» (Тула, 1921), Е.М. Ярославского «Почему у нас голод и как с ним бороться» (Смоленск, Тамбов, 1921).

Примером выпуска оригинальных работ губернских партийных и советских деятелей могут служить такие издания, как брошюры секретаря Кромской уездной организации В. Панфилова «За восемь месяцев» (Орел. 1921), заведующего Иваново-Вознесенским губотделенпем А.К. Воровского «К пятидесятилетию со дня рождения В.И. Ленина — В.И. Ульянова», «Товарищ Фрунзе (Арсений)» (Иваново-Вознесенск, 1920), сборник воспоминаний членов губернской организации РКП (б) о партийной работе в Калуге «Из партийного прошлого» (Калуга, 1921). Во всех губерниях выходили массовые политические брошюры, призванные помочь местным партийным кадрам улучшить пропагандистскую работу среди населения: «План работы в партийных кружках» (Курск, 1920; «Материалы для волостного политпросветработника» (Воронеж, 1920; М. Францев — «Агитация. Краткие заметки начинающим агитаторам» (Орел, 1921); «Тезисы для агитаторов на тему об организации комитетов взаимопомощи в деревнях» (Тверь, 1921) и многие другие.

Издание производственно-технической и сельскохозяйственной литературы было связано с соответствующим экономическим профилем каждого района. В губерниях с относительно развитой легкой и химической промышленностью, таких, как Иваново-Вознесенская, Тверская, требовалась и выпускалась литература по данным вопросам — например: «К вопросу о котонизации льняных очесов» (Иваново-Вознесенск, 1921), В. Кравец, В. Киселев — «Перспективы химической промышленности в 1921 году» (Тверь, 1921) и т.п., во всех аграрных губерниях преобладала литература сельскохозяйственной тематики. Доля изданий по сельскому хозяйству составляла почти 10% в общем репертуаре губернских отделений.

Хотя в центре и выходили пособия и справочники по сельскому хозяйству в довольно большом количестве—приблизительно 13% всего выпуска, такого количества было явно недостаточно. Кроме того, это были работы общего характера, в которых не учитывалась специфика отдельных губернии. Каждая губерния в дополнение к центральным изданиям выпускала литературу, отражающую особенности своего района в зависимости от его сельскохозяйственной специализации. Можно назвать следующие издания: Л. Данков — «Главнейшие вредители полеводства Тульской губернии...» (Тула, 1921); М. Ободовский — «Спасайте картофель, сейте бобовые растения» (Тверь, 1921); С. Плотников — «Как поднять лесное хозяйство Орловской губернии» (Орел, 1922) и др.

Большое внимание уделялось выпуску учебной литературы, в первую очередь выпуску массовых учебников и учебных пособий для ликвидации неграмотности, который развернулся в 1921 г. в самых широких масштабах. В 14 губерниях Центрального района РСФСР было более 5 тыс. школ для грамотных взрослых, I тыс. школ I и II ступеней, более 1G тыс. пунктов по ликвидации неграмотности. Вполне понятно, насколько велика была потребность в учебной книге в губерниях. В Воронежской губернии, например, предстояло обучить грамоте 45 тысяч человек. Для этого требовалось 15,3 тыс. экз. всевозможных пособий и 152 тыс. букварей. Хотя Госиздат и планировал отпечатать в 1922 г.

1 млн. 800 тыс. учебников и учебных пособий, специально предназначенных для провинции, этого количества все равно не хватало. Губернские отделения совместно с отделами народного образования подготавливали и выпускали учебники для школ низших ступеней, программы, плакаты и листовки, призывающие к овладевайте грамотой: «Программа для школ 2-й ступени» (Калуга, 1921); «Примерные программы по естествознанию» (Воронеж, 1920); «Курс русского языка и литературы. Материалы для занятий в клубах и школах для взрослых» (Тверь, 1921); «Букварь с приложением статей для чтения» (Владимир, 1922).

Незначительное место в издательской продукции отделений занимала художественная литература. Ивановский поэт Михаил Артамонов, жалуясь А.В. Луначарскому на трудности с изданием беллетристических произведений, писал, что в губернии печатают «нс приведи бог какие книги — таблицы, отчеты, программы, планы, резолюции... тоска глядеть, не только читать... а принесешь в рукописи книжку стихов, скажут: «О, это беллетристика!» и рукой махнут, дескать плевое дело». Это, в известной мере, соответствовало действительности: издания коллективных сборников стихов и пьес губернских авторов составляли приблизительно 8-9% от общего выпуска. Проникнутые пафосом революции, многие произведения были написаны на вполне профессиональном уровне и представляли несомненный художественный интерес. Например: «Сборник стихов» Г. Фейгина (Владимир, 1921); «Сноп. Сборник стихов и рассказов, посвященных третьей годовщине Октябрьской революции» (Кинешма, 1920); «Молот. Литературный сборник пролетарских писателей и поэтов» (Тула, 1921); «Артель. Пьеса-лубок для деревенских театров» Н. Олегова (Воронеж, 1921). Но нередко на свет появлялись настолько несовершенные сборники, что в начале 1921 г. правление Госиздата было вынуждено запретить отделениям издавать художественную литературу без санкции Центра. Губернским отделениям предлагалось «впредь все брошюры и книги беллетристического и вообще литературно-художественного содержания... представлять в рукописи на предварительное рассмотрение Государственного издательства, которое... определяет необходимость в издании...»

В количественном отношении объем издательской продукции был различным; от 29 названий Вятского отделения до 106 Тамбовского и 225 Калужского. Это было немного, однако несмотря на объективные сложности периода большая часть местных отделений сумела стать центрами книжного дела и способствовать развитию книгоиздания в губернии.

С переходом издательского дела на новую экономическую основу обстоятельства поставили перед Госиздатом требования самоокупаемости изданий и рентабельности. Став самостоятельным хозрасчетным предприятием, Госиздат не мог продолжать финансирование всех губернских отделений.

Переход издательского дела на новую экономическую основу неизбежно повлек за собой изменения и организационного характера — традиционные сложившиеся взаимоотношения между Госиздатом и его отделениями оказались разрушенными. Большинство отделений как нерентабельные были ликвидированы, другие (Нижегородские, Самарское, Орловское, Воронежское, Костромское и др.) превращены в книготорговые филиалы Торгового сектора Госиздата. Издательские функции были сохранены лишь за шестью губернскими отделениями в крупных промышленных городах — Томске, Ростове-на-Дону, Минске, Саратове, Казани и Екатеринославле. В то же время на базе закрытых отделений начинали работать самостоятельные издательства — издательско-книготорговые организации на кооперативной, паевой или акционерной основе: «Основа» в Иваново-Вознесенской, «Красная книга» — в Орловской, «Советская деревня» — Курской губернии и т.д.

Таким образом, несмотря на сравнительно короткий срок существования, с августа 1920 по январь 1922 г., губернские отделения сыграли значительную роль в развитии книгоиздания в общегосударственном масштабе. Их своевременная организация способствовала централизации литературно-издательской и агитационно-пропагандистской деятельности на местах, ликвидации книжного голода в стране, наиболее рациональному использованию материально-технических ресурсов, а также дальнейшему развитию издательского дела в губерниях.

MaxBooks.Ru 2007-2015