Мир книги

«Себе и друзьям»


С давних времен человек, заводивший библиотеку, стремился оставить на книгах памятный знак. Сначала это была владельческая запись, иногда весьма многословная. Делали ее на полях страниц или на чистых листах. Князья, графы и бароны украшали переплеты книг гербами. Иногда же владельцы этих книг выводили на страницах какой-либо рисунок или условный знак. Простейшая владельческая запись выглядела так: Ex libris и далее — имя владельца библиотеки. И переводе с латинского это означает: «Из книг». Отсюда слово «экслибрис».

Печатным книжным знак появился в те годы, когда маленьким Альбрехт Дюрер впервые взял в руки свинцовым карандаш. Один из старейших экслибрисов сделан между 1470 и 1480 гг. для монаха Ганса Кнабенсберга, по прозвищу Иглер «Игель» по-немецки «еж». Знак, выполненный в технике гравюры на дереве и раскрашенный от руки, пример незамысловатой символики: изображен еж, бегущий по траве и откусывающий головки цветов. Чтобы не было никаких сомнении, сюжет пояснен надписью: «Ганс Иглер, чтоб тебя поцеловал еж». В чувстве юмора художнику, имени которого мы не знаем, не откажешь.

В дальнейшем сюжетами экслибрисов служили главным образом геральдические композиции. Старейший датированный книжный знак принадлежал Гансу Разу из Кёстера; на нем сохранилась рукописная помета «1491». На экслибрисе базельского епископа Теламония Лимбергера, выполненном в 1498 г., впервые отпечатана дата. На знаке изображен не только герб, но и сам владелец — на коленях перед своим святым патроном. Это, таким образом, и первый известный нам портретный экслибрис.

Альбрехт Дюрер заинтересовался книжным знаком в начале XVI в., когда был уже признанным мастером. Первый экслибрис он сделал для своего ближайшего друга Вилибальда Пиркгеймера (1470-1630). Выходец из богатой патрицианской семьи, бургомистр Нюрнберга, талантливый литератор — Пиркгеймер сочувствовал Реформации, был близок со многими гуманистами. Он собрал крупнейшую для своего времени библиотеку. Не случайно библиофильское общество Германской Демократической Республики называется Пиркгеймеровским, а издания этого общества например, популярный и в нашей стране журнал «Маргиналиен» украшает медальон с профильным портретом прославленного книголюба и гуманиста.

Заметим в скобках, что судьба библиотеки Пиркгеймера печальна. В 1636 г. ее купил английский лорд Томас Говард, приближенный короля Карла I. В годы революции он бежал в Италию. Часть собрания Говард сумел вывезти, но после его смерти книги были расхищены. Лишь некоторые из них сохранились; они находятся в Британской библиотеке.

Первый экслибрис Дюрера, сделанный для Пиркгеймера, тиражирован не был: он остался в проекте, который хранится в библиотеке Варшавского университета. Более известен геральдический знак, выполненный в технике ксилографии. Надпись по нижнему краю гравюры гласит: «Книга Вилибальда Пиркгеймера». По верхнему краю листа на трех языках древнееврейском, греческом и латинском — воспроизведена сентенция: «Страх божий – начало мудрости». А на центральном поле — надпись: «Себе и друзьям». Этот девиз впоследствии был заимствован многими прославленными библиофилами.

Искусствоведы отыскали 7 проектов и 13 тиражированных книжных знаков Альбрехта Дюрера. Дюрер сделал экслибрисы также для нюрнбергского юриста Кристофа Шейрля, архитектора и военного инженера Иоганна Черте, для австрийских дворян Вильгельма и Вольфганга Рогендорфов... Выгравировал он книжный знак и для себя. Это геральдическая композиция, в центре которой изображена дверь. Сверху голова негра и орлиные перья. Лист венчает монограмма художника с датой «1523». Сюжет необходимо пояснить. Поможет нам семейная хроника Альбрехта Дюрера старшего, впоследствии переписанная его знаменитым сыном. Отец художника повествует, что родился он «в королевстве Венгрия, неподалеку от маленького городка, называемого Юла, что в восьми милях ниже Вардейна, в близлежащей деревеньке под названием Эйтас». «Айто» по-венгерски «дверь». По-немецки то же слово звучит «Тюр». Отсюда фамилия «Тюрер» или «Дюрер», отсюда и изображение двери на гербе знаменитого художника.

Прекрасные гравюры Альбрехта Дюрера способствовали тому, что обычай клеить книжные знаки на форзаце стал чуть ли не повсеместным. Обычай символизирует любовь к книге. Об этом хорошо сказал в свое время известный советский книговед Алексей Алексеевич Сидоров:

Волнуется невнятной благодатью

Библиофила трепетная кровь —

Тогда экслибрис высшею печатью

Запечатлеет книжную любовь!

MaxBooks.Ru 2007-2015