Культура эпохи Возрождения в Западной и Центральной Европе

Ренессанс в литературе - страница 2

Драматическая история создания романа отразилась на его сложной структуре. Первая книга была написана в жанре народных сказаний о гигантах, и источником ее была популярная в Лионе книжка «Великие и неоценимые хроники великого и огромного гиганта Гаргантюа». Пародийный жанр подобных хроник способствовал оформлению особого, присущего мироощущению Рабле, комического приема: через гиперболизацию чисел и размеров, через осмеяние высокого и героического автор создал пародию на все средневековые жанры и традиции.

Отечественный исследователь М. Бахтин раскрыл связь комического у Рабле со смеховой народной культурой средневековья. Но не менее существенно, что с помощью смеха Рабле утверждал новое гуманистическое мировоззрение. Смех Рабле символизировал освобождение от страха, торжество телесной природы, карнавального мира.

В романе проповедуется культ знаний и прославляются науки; Рабле создает целую педагогическую программу (письмо Гаргантюа Пантагрюэлю, гл. VIII), в которой главное место занимает изучение филологии, истории, естественных наук. Он настаивает на правильности гуманистической педагогики, где главная цель — воспитание гармонии тела и духа в человеке, а метод — игра и убеждение в практической пользе наук.

Во второй книге романа гиганты уступают место людям, гиперболизм—ренессансному реализму. И появляется новый герой — Панург, первый вестник героев плутовского романа и, в то же время, первый так называемый маленький человек с его индивидуальной судьбой.

Из многообразия тем этой книги особого внимания заслуживает предложенная Рабле программа воспитания народного государя, предвосхитившая искания политической мысли. В программе отразились мечты гуманистов о сильном государстве и просвещенном монархе. Здесь же Рабле изобразил идеал нового аристократического общества (устав Телемской обители), где царит свобода, культ знаний и увеселений.

Сюжет третьей книги романа — женитьба Панурга — дает Рабле возможность высказаться не только в духе традиционного спора о природе женщины, но и по поводу животрепещущих тем жизни Франции и Европы, в частности, о политике государства, о роли папства. В атмосфере начавшегося преследования протестантов Рабле защищает здесь право человека на свободу суждений, превращая книгу в предтечу философского романа. Рабле убеждает в необходимости умеренности («золотая середина похвальна»), в относительности всех теорий и догм.

Темы борьбы с религиозным фанатизмом развиты в четвертой книге романа, причем здесь Рабле высмеивает как католические, так и протестантские установления, противопоставляя им жизнеутверждающее начало в человеке, право на свободу выбора и на сомнение во всем. В последней, пятой книге Рабле вновь возвращается к главному завету гуманизма — культу знаний и вере в неограниченные возможности человека.

Роман Рабле столь насыщен идейно и стилистически, что ему невозможно дать однозначную характеристику. Сам автор считал свою книгу лекарством от всех болезней, ибо она лечит дух человека. Профессия врача привнесла в художественные приемы и мироощущение автора явную специфику (Рабле открыл в европейской традиции тип писателя-врача).

Современники подозревали его в атеизме, потомки нередко обвиняют в цинизме, но смех Рабле, в итоге, созидателен, ведь он излечивает от узости взглядов, фанатизма и учит терпимости, уважению к правам человеческой личности. Книга Рабле проникнута оптимизмом, ощущением, что настала новая эра царства разума и знаний, верой в неограниченные возможности человека. Рабле не создал школы и не имел учеников, тем не менее, он оказал влияние на всю французскую литературу и стал символом французского национального характера.

Школу создали поэты в середине XVI в., и это было самым значительным событием в истории французской литературы. В 1548 г. в доме ученого Лазаря де Баифа в Париже сошлись молодые поэты — Пьер де Ронсар и Жоашен дю Белле. Они задумали совершить переворот в поэзии и назвали свою группу Плеядой (в память об эллинской группе семи поэтов III в. до н.э.), пригласив требуемое число поэтов.

С годами состав группы менялся, но все участники служили главной задаче Плеяды — созданию национальной поэтической школы. Теория их была основана на идее, что язык — это искусство, а поэзия — его высшая форма. Следовательно, поэты создают язык народа, совершенствуют его и развивают, и лучший способ для этого — подражание, прежде всего, античным образцам, которые не затмевают, а стимулируют национальную поэзию.

Плеяде удалось утвердить новое представление о природе поэтического творчества, основанного на сочетании кропотливого труда и божественного вдохновения. Поэтому поэт не должен писать по заказу или из-под палки, настаивали они.

Плеяда провозглашала высокое назначение поэта-творца, чей труд сравним по значимости с трудом ученого и военного. Он даже выше их, ибо поэт ближе к Богу, знает тайны природы и мироздания. Он не зависит ни от кого, а от его слов зависит многое. Плеяда оказала влияние на поэзию не только Франции, но и других стран Европы, и нередко их время называют эпохой Плеяды или временем Ронсара.

Пьер де Ронсар (1524-1585) был сразу и безоговорочно признан «принцем поэтов»; прожив долгую жизнь в литературе, меняясь, он остался гуманистом, вселявшим радость и веру в человека. Идея Плеяды о подражании природе получила в пейзажной лирике Ронсара философское и эстетическое наполнение.

Важное место во взглядах поэта занимала любовь как духовная вершина жизни человека, как соединение с природой и космосом. В этой теме поэт сумел первым обозначить кризис гуманистической веры в возможность «земного рая». Начавшиеся религиозные войны развеяли гуманистические идеалы, и поэзия Ронсара приобретает политическое звучание. Написанное им первое эпическое произведение Франции — «Франсиада» — отразило зарождающиеся черты классицизма в литературе.

Настало время подведения итогов развития культуры эпохи Ренессанса, и о них задумываются также прозаики, создавая обобщающие синтетические произведения, особенно в жанре мемуаров, пытаясь осмыслить историю страны и свое место в ней.

На этом этапе в литературе Франции лидирует гугенотская литература, особенно поэзия, которой и суждено было выразить кризис ренессансной культуры конца XVI в. Этому способствовала природа мироощущения гугенота, изначально трагичная и контрастная. Гугенот яснее осознавал свою греховность и невозможность изменить божественный замысел мироустройства и своей судьбы.

Художественным выражением этого мироощущения и духовной атмосферы конца эпохи Возрождения является творчество Теодора Агриппы д'Обинье (1550-1630). Он был истинным сыном своего блестящего и бурного века. Учился в Женеве, был возвращен домой силой, и в пятнадцать лет сбежал с армией гугенотов в одной рубашке, приставив нож к горлу опекуна. Он воевал тридцать лет, а когда Генрих стал королем Франции, Агриппа д'Обинье взял в руки перо и еще тридцать лет писал, оставив мемуары и художественную поэму о своем времени.

Поэзия стала для него формой гражданской активности, и его «Трагические поэмы» (он писал их тридцать девять лет!) стали эпитафией эпохе. Судьба Франции описана в них через личные переживания автора. В поэме изображена разоренная и опустошенная страна — итог гражданских войн.

Трагический пафос поэмы, художественный стиль, отмеченный чертами барокко, гражданская позиция автора, не скрывающего «пристрастности», свидетельствуют о вершине и закате гуманистической литературы эпохи Возрождения.

MaxBooks.Ru 2007-2015