Проблемы рукописной и печатной книги

Язык, письменность, шрифт

Ф.Ш. Тагиров


Постановка вопроса

За последние 10-15 лет появились труды, освещающие вопросы графического строя письменности и взаимоотношения письменности и языка. Авторы касаются в них разновидностей рисунков шрифтов и их различных модификаций в зависимости от строя письменностей, имеющих различные графические основы. Это исторически оправдало. Научно-техническая революция, проявившая себя во второй половине XX в., усилила интерес к этим вопросам, что можно объяснить потребностями, появившимися в области механизации информационной деятельности, при решении проблем машинного перевода с одного языка на другой, машинного чтения текстов, при механизации типографского набора на различных языках народов развивающихся стран.

Появились специальные статьи («Буква», «Графема», «Диакритика», «Диалект») и в третьем издании БСЭ. В этих трудах нет недостатка в применении старых и новых терминов к одним и тем же понятиям, связанным с письменностью, и в различных толкованиях природы языка, письменности и шрифта; в них трудно найти единые взгляды на понимание таких терминов, как фонема и графема, язык и письменность, диалект и говор.

Во многих из этих трудов ссылаются на работы И.Н. Бодуэна де Куртенэ, одного из виднейших представителей науки, родоначальника так называемой Казанской лингвистической школы, чья книга «Об отношении русского письма к русскому языку» является основополагающей для понимания различных вопросов языкознания. Но в изложении взглядов Бодуэна де Куртенэ иногда встречается неверное толкование. Так, правильно утверждая, что Бодуэн де Куртенэ впервые в лингвистической литературе употребил термин «графема», приписывают ему уже современное толкование этого термина. Бодуэн де Куртенэ в своей работе перечисляет виды графем, применяющихся в практике письма. Даже изменение цвета буквы в печати он относит к особенностям (признакам) графемы. К ним он относит также «различие индивидуальных почерков, различие средних коллективных почерков: почерков национальных, почерков, свойственных известным территориям (странам, провинциям и т.п.), почерков, свойственных известным эпохам («столетиям» и т.п.)», т.е. все то, что может быть включено в понятие графическое изображение буквы во всех его видах.

В работах некоторых авторов имеются ссылки на мои работы, выполненные в 1933-1937 гг. в Институте психологии Наркомпроса РСФСР, где были изложены некоторые взгляды на природу фонем, графем и гарнитурем, затем подкрепленные экспериментами. С того времени прошло уже более 35-40 лет, и, естественно, за этот период накоплен большой фактический материал, который дает автору право, придерживаясь в основном прежних понятий графемы, несколько по-иному трактовать природу связи письма с языком, шрифта с письмом.

В первых томах третьего издания БСЭ, посвященных пяти частям света («Австралия», «Азия», «Америка», «Африка», «Европа»), дан перечень более 500 этнических единиц, или групп, населяющих землю. Однако это количество должно быть увеличено в несколько раз, в этнические единицы отнесены и этнические группы, в каждую из которых входит по нескольку этнических единиц, имеющих свои культуру и язык. Следует считать справедливым утверждение И.М. Дьяконова в статье «О письменности», что «в течение многовековой истории человечества были созданы тысячи систем письменности для тысяч языков и народов». Несмотря на это, многие народы в капиталистических странах и колониях и в настоящее время не имеют письменности. Лишь при коренных социальных изменениях в этих странах можно надеяться на то, что они приобретут свою письменность и печатную литературу, как это стало возможным в России для многих национальностей после Октябрьской революции.

Язык, письмо, шрифт — вот те категории, которыми интересовались наши предшественники, интересуемся сейчас мы и будут интересоваться последующие поколения. Для художественного решения рисунков шрифтов понимание этой взаимосвязи является условием реалистического подхода к созданию шрифтовых форм, условием связи художника шрифта с жизнью. Здесь в известной мере применимы слова В.И. Ленина о категориях: «Сознательный человек выделяет категории суть ступеньки выделения, т.е. познания мира, узловые пункты в сети, помогающие познавать ее и овладевать ею».

Язык

Термин «язык» используется очень широко, выходя за пределы лингвистики («язык музыки», «язык картины»). Естественно, мы здесь его применяем как средство человеческого общения. «Язык, — говорит В. И. Ленин, — есть важнейшее средство человеческого общения». Но и в этом отношении термин «язык» используется очень широко. Параллельно с ним существуют термины «диалект», «наречие», «говор», «жаргон», но каждый из них выражает определенное понятие.

Все приведенные термины нередко объединяются одним термином — «язык». Раньше в литературе можно было встретить утверждение наличия в Индии более 800 языков. Естественно, что здесь в понятие «язык» включены отдельные наречия, говоры и жаргоны. Это объясняется тем, что в подобных случаях экономически или территориально обособленные группы, входящие по существу в состав одной национальности, воспринимают себя как особые этнические единицы. Теперь выяснено, что в Индии 179 языков и 544 диалекта, а официальных языков, упомянутых в Конституции Индии, только 14, на которых говорит 87% населения республики1В. Чернышев. От средневековья к современности, — «Иностранная литература», 1972, № 9; ср. Конституция Индии (с измен, на 1 мая 1955 г.) М., 1956..

Примеров того, как отдельные наречия или говоры воспринимались особыми языками, можно привести очень много из жизни старой России. «Небезынтересно отметить здесь, — пишет В.И. Ленин, — особый жаргон красносельцев; это - характерная черта территориальной замкнутости, свойственной мануфактуре. «В селе Красном фабрики по-матройски называются поварнями... Матройский язык принадлежит к числу многочисленных ветвей офеньского, из которых главных три: собственно офеньский, употребляющийся преимущественно во Владимирской губернии, галивонский — в Костромской и матройский — в Нижегородской и Владимирской губерниях»».

В другой работе («Положение Бунда в партии») В.И. Ленин пишет: «Бундовцам остается разве только разработать идею особой национальности русских евреев, языком которой является жаргон, а территорией — черта оседлости».

Диалект — это разновидность данного языка, отличающаяся какими-либо незначительными особенностями, «употребляемая в качестве средства общения с лицами, связанными тесной территориальной, социальной или профессиональной общностью». Диалектами могут быть названы наречия, говоры, а также в известной мере жаргоны, которые внутри языка находятся в определенной иерархической последовательности. Крупными делениями из них являются наречия, а затем говоры.

В генезисе языка в принципе первичными могут быть говоры и наречия, а вторичными языки. Это чаще всего происходит тогда, когда образуется консолидация общественных, территориальных или других групп населения. Но первичными могут быть и языки, вторичными — наречия и говоры, когда общество распадается и обособляется по территориальным, экономическим или другим причинам. При этом даже в развитом общество могут существовать некоторые диалектологические различия в языке. Тогда один из этих диалектов принимается за основу литературного языка, на котором строятся языковые нормы для печатных издании и других средств информации.

Национальный язык может стать государственным или официальным. Государственным языком является такой язык, употребление которого в пределах какой-либо страны закреплено законодательством как обязательное для ведения всей официальной переписки внутри страны, т.е. обязательное для всех учреждений данной страны. Официальным языком является язык, допускаемый к применению, наряду с государственным языком, но на какой-либо ограниченной территории страны. Так, например, Конституцией Индии официальным языком (на правах государственного языка) на всей территории страны признан язык хинди2Наряду с ним и английский язык продолжает выполнять такие же функции официального языка.. Вместе с тем в Конституции перечислены еще 13 языков, которые могут быть юридически приняты, наряду с хинди, но только в соответствующих штатах, как официальные.

Марксисты являются принципиальными противниками утверждения какого-либо одного языка в качестве государственного. Это связано с общей политикой коммунистических партий по национальному вопросу. Утверждение какого-либо языка в качестве государственного ущемляет интересы малых национальностей. «...Необходимо: — отсутствие обязательного государственного языка, при обеспечении населению школ с преподаванием на всех местных языках», — писал В. И. Ленин в статье «Нужен ли обязательный государственный язык?» Поэтому в конституциях социалистических стран нет упоминания о государственном языке, а записаны равные права языков любых национальностей.

Вопрос о национальных языках, как и национальный вопрос вообще, является одним из сложных и острых вопросов в жизни человеческого общества. Запреты употребления языков меньшинства населения в капиталистическом мире являются утонченными мерами закабаления национальностей. Известно, что В.И. Ленин и своих работах неоднократно приводил примеры этого. Например: В «Резолюции ЦК РКП (б) о Советской власти на Украине» Ленин писал: «...украинская культура (язык, школа и т.д.) в течение веков подавлялась российским царизмом и эксплуататорским классом»; в «Докладе на I Всероссийском съезде трудовых казаков» Ленин говорил: «...мы знаем, что величайшим преступлением было то, что Польша была разделена между немецким, австрийским и русским капиталом, что этот раздел осудил польский народ на долгие годы угнетения, когда пользование родным языком считалось преступлением...»

Острые национальные конфликты характерны для капиталистического мира. Нередки волнения в связи с запретом употреблении какого-либо языка или в связи с утверждением какого-либо языка в качество обязательного или государственного. В Пакистане в 1952 г. намерение правительства ввести язык урду в качестве единого государственного языка для всего Пакистана вызвало широкую волну протеста среди населения Восточного Пакистана, которое говорит на бенгальском языке. В мае 1972 г. в пакистанском городе Карачи прошли волнения, вспыхнувшие после того, как в провинции Синд язык синдхи был объявлен обязательным языком. 22 июля 1972 г. ТАСС сообщало: «Правительство Бельгии подало в отставку. Как заявил премьер-министр Бельгии Гастон Эйскенс, выступая... в парламенте, основной причиной кризиса является неспособность правительства коалиции (социально-христианская и бельгийская социалистическая партии) достичь договоренности по национально-языковой проблеме».

Единицами человеческой речи считаются фонемы, т.е. звуки, служащие для различения слов. Это общее определение не совсем точно выражает существо фонемы, так как, по Бодуэну де Куртенэ, фонемы могут разлагаться на отдельные элементы — звуки речи, дающие возможность различать слова в языке. В этом смысле фонемы могут выражать сочетание звуков, но определенная фонема может быть лишь в соответствующей звуковой системе — в определенном языке. Поэтому, в строгом смысле слова, можно говорить лишь о приближенности фонем в различных языках.

Языки по своему построению различаются между собой. И в зависимости от близости их характеров существует несколько принципов их классификации. Мы же в нашей работе будем группировать языки по характеру применяемых ими форм письменности, хотя с лингвистической точки зрения этот принцип нельзя признать правильным. По этому принципу большинство практически существующих языков можно разделить на три основных типа (формы): звуковой, где единицей служит фонема и для которого письменностью является алфавитная форма; слоговой, где единицей является слог и для которого письменностью является слоговая форма; корневой, где единицей служит слово и для которого письменностью является иероглифическая форма знаков. Могут быть и промежуточные формы письменности.

К первому типу относится большинство европейских, арабо-письменных, новогреческий, армянский и другие языки. Ко второму тину — хиндустани (с письменностью деванагари), бенгальский, бирманский и другие языки. К третьему типу — из наиболее известных — китайский.

Но есть языки, которые не могут быть отнесены к какому- либо одному из этих типов. Так, например, корейский язык, имеющий звуко-слоговую основу и письменность, должен быть отнесен как к первому типу, так и ко второму; японский язык, имеющий слого-корневую основу и письменность, — как ко второму, так и к третьему. Это языки промежуточного типа.

Несмотря на то, что языковедение имеет большой, многовековой опыт, нельзя считать внутриязыковые понятия достаточно проработанными. Сравнительное изучение самих языков является одним из трудных участков языкознания, тем более что сами языки находятся в беспрерывном развитии. Это обстоятельство отражается и на состоянии разработки теоретических вопросов науки о графическом построении письменности — графемологии.

Письменность

Вопрос о национальных письменностях, так же как и вопрос о национальных языках, является острым вопросом национальной политики. В капиталистическом обществе обычно вокруг вопросов демократизации форм письменности идет ожесточенная борьба прогрессивных сил с реакционными. Примеров много. Характерным примером является известная задержка с уточнением русского алфавита. Реформа русской азбуки и орфографии была осуществлена лишь после Октябрьской революции декретом, подписанным В.И. Лениным. До Октябрьской революции прогрессивные силы России многие годы безрезультатно вели борьбу за эту реформу. Большинство народов Советского Союза лишь после Октябрьской революции получили свою письменность.

Всем известны недостатки, имеющиеся в английской орфографии. Еще Энгельс отмечал наличие нелепостей в этой орфографии. Многие годы ведется борьба за реформу орфографии и выдвигаются проекты коренной реформы английского алфавита (например, проект Бернарда Шоу), которые, естественно, не смогут получить какого-либо удовлетворительного решения без изменения социальной природы самого английского общества.

Освобождение Кореи от японского колониального гнета дало возможность корейскому народу в 1949 г. провести на севере реформу письменности. Были изъяты китайские иероглифы, затруднявшие широким слоям народа овладение грамотой. О самом иероглифическом китайском письме совершенно определенно высказался писатель-демократ Лу Синь: «Эти квадратные знаки — иероглифы — поистине являются орудием одурачивания народа... Иероглифическая письменность является одним из злокачественных наростов на теле китайского народа».

В Индии, в штате Керала, после прихода к власти прогрессивных партий проведена реформа письменности малаялам (языка основного населения этого штата), превратившая ее из слоговой в звуко-слоговую и тем самым открывшая путь к овладению грамотой широким слоям народа. И общем во всех странах, где происходят коренные социальные сдвиги в обществе, проходит бурный процесс возрождения национальных форм письменностей, создания новых, демократических форм или внесения значительных изменений в существующие формы. Борьба за сохранение своего языка и письменности в условиях реакции принимает иногда ожесточенные формы — это одна из форм борьбы за национальное самоопределение. В ряде развивающихся стран сейчас идет процесс создания или улучшения практических форм письменностей, а вслед за ним, или же одновременно с ним, создание их полиграфических вариантов.

В определении природы письменности в литературе очень редко встретишь совпадение взглядов. Нередко письменность понимают как особый тип человеческой речи, как дополнительное средство человеческого общения и даже как особую форму звукового языка. Бодуэн де Куртенэ считает, что язык и письменность «представляют из себя чуждые друг другу, несоизмеримые величины». А.А. Леонтьев рассматривает письмо как один «из возможных способов кодирования звукового языка». Все эти высказывания, разъясняющие существо письменности, не дают удовлетворительного ответа по интересующему нас вопросу. А.А. Леонтьев приводит наиболее близкое определение природы письменности, хотя письменность нельзя отождествлять с кодированной системой, так как принцип кодирования требует точною соответствия единиц одного ряда (в данном случае языка) единицам другого ряда (в данном случае письменности). Такого соответствия между языком и письменностью, как правило, нет.

В моих работах при изложении графических особенностей алфавитов письменность (графемы.) рассматривалась как первая ступень графической индивидуализации языка (фонем). Ознакомившись с большим количеством различных алфавитов как на русской, так и на латинской графических основах и письменностями различного графического строя (армянской, грузинской, корейской, китайской, деванагари, гурмукхи, бирманской, старомонгольской, греческой, еврейской и др.), принимая участие в работах по созданию письменностей для бесписьменных народов СССР и по реформе действующих алфавитов, мы приходим к выводу, что письменности являются графическими моделями языка.

Термин «моделирование», широко применяемый в настоящее время в литературе других областей науки («математическое моделирование», «электрическое моделирование» и т.д.), как нельзя лучше подходит к объяснению природы письменности и ее связи с языком. Особенностью любого моделирования, когда от модели не требуется, чтобы она полностью соответствовала моделируемому объекту, является то, что оно хорошо согласуется с возможными отклонениями в письменности, исходя из специфичности соответствующего языка. Вот почему одна и та же графическая основа (русская, латинская и др.) может быть применима к языкам различного семейства, различного фонетического строя. Так, например, курдский язык в Ираке пользуется алфавитом на арабской графической основе, в СССР — на основе армянского, затем — латинского, а в настоящее время — на основе русской графической основы.

Ввиду того, что средства моделирования не адекватны средствам моделируемого объекта, неизбежны потери некоторых деталей или даже существенных сторон моделируемого объекта.

Всякое моделирование связано с упрощением и в какой-то мере с искажением частностей моделируемого объекта. Так, например, русский язык дискретен словами и редко слогами, но тексты в печати дискретны буквами.

Если письменность является графической моделью языка, то графическое моделирование является повторением языка иными средствами, не свойственными моделируемому объекту (данному языку), с целью лучшего практического использования модели, но с сохранением общих закономерностей, имеющихся в моделируемом объекте в целом или в его определенных частях. Моделирование должно сохранить те особенности воспроизводимого (явления, процесса или предмета) и в той мере, в какой это требуется для целой моделирования.

Различные системы коммуникаций, существующие как аналоги звуковой речи, могут рассматриваться как различные способы моделирования: телеграфное моделирование (система знаков Морзе), моделирование рельефными опаками (алфавиты Брайля), моделирование рукописными знаками...

Письменность является графической моделью языка, широко используемой в человеческом обществе в качестве средства коммуникации (общения).

В зависимости от характера языка, от практической задачи элементами графического моделирования могут быть графические знаки различного типа: иероглифические, слоговые, буквенные и т.п. Любая графическая структурная единица может быть назвала графемой. Определенные типы графем могут существовать только в пределах письменности, соответствующей графической основы, т.е. в определенной графической системе моделирования.

С точки зрения лингвиста, графема является единицей письменности, соответствующей определенной звуко-фонеме, слого-фонеме или единице корневой системы. Практическое письмо (письмо, приспособленное к условиям практического использования) может иметь в своем составе не только единичные, но и двойные, тройные и т.п. графемы. Такие графемы обычно вводят в состав практического письма, учитывая возможность их применения в конкретных условиях, в частности типографского набора, предусматривают рационализацию труда наборщика. В русском алфавите 17 знаков имеют двойные графемы: ль, нь, пь и т.д., а в сербском, в подобных случаях, использованы для двух звуков слитые графемы: Љ, Њ. Двойные или тройные графемы должны рассматриваться в целом как отдельные.

«Графема, с точки зрения шрифтовика, — это исторически сложившийся графический остов (костяк) буквы, обязательно повторяющийся в любых разновидностях шрифта». Графема — единица графической модели языка является костяком для гарнитурных переработок. Хотя в печати графемы в чистом виде не появляются, но в некоторых практических случаях они встречаются нередко. Поэтому неправы те, кто считает, что «графему нарисовать нельзя». Больше того, можно искать наиболее оптимальное изображение этой графемы, соответствующее исторически сложившемуся ее характеру. В 1939 г. мною было проанализировало построение графем армянского алфавита, куда затем были внесены поправки Армянским филиалом Академии наук СССР; также были анализированы построения графем грузинского алфавита, деванагари и гурмукхи.

Письменности могут быть сгруппированы по своим графическим основам: русской графической основы, арабской графической основы, латинской графической основы, еврейской графической основы и т.д.

В практической работе письменности не русской и не латинской графической основы часто объединяются под общим названием «письменности особых графических форм». Такое объединение, естественно, не является научным, так как в группу «особых графических форм» включаются совершенно разнородные по своей графической структуре письменности, а также греческая, древнеславянская и кириллическая.

Иногда алфавиты русской графической основы называют «кириллическими» (особенно на Западе), когда не хотят признавать связь русской письменности с западной латиницей. Название «кириллическая» применительно к современному русскому алфавиту нельзя считать правильным. Русская письменность до Петра I была кириллической. Петр I изменил графическую основу русского алфавита. Он создал новую, реформированную письменность, соответствующую духу нарождающейся новой культуры. Основой для нее стала не только кириллическая письменность, но и греческая и латинская письменности, а также практически сложившаяся скоропись и формы знаков прикладной графики (например, в картографическом деле).

Иногда наряду с названием «русская графическая основа» для болгарского алфавита употребляют термин «болгарская графическая основа». Болгарская письменность тоже не является кириллической, хотя исторические корни первой болгарской письменности восходят к кириллице.

Болгарская культура с 40-х годов XIX века (особенно после 1878 года) развивалась под влиянием русской культуры, многие болгарские писатели учились и России, и русская гражданская азбука естественным путем (без какого либо декретирования) вошла в болгарскую печать. Произошло то, что обычно происходит с формами письменности при определенных периодах развития общества — общество приспосабливает формы своей письменности к новым условиям. Так на замену фрактурной формы письменности пришла антиквенная, древнеславянской (кириллической) — русская гражданская форма азбуки, древнегрузинской — современная форма мхедрули. Древнеславянская форма от современной формы русской письменности отличается не гарнитурными особенностями, а формой письменности, подобное же различие существует между антиквенной и фрактурной формами в латинском письме.

Специалисты нередко спорят о происхождении графем того или иного письма, утверждая существование графического образа, соответствующего звуку человеческой речи. Однако при детальном ознакомлении с графемами различных письменностей можно прийти к выводу, что такого соответствия между звуками человеческой речи и графическими знаками письменности нет. Особенно это касается современных форм письма, даже китайские иероглифы далеко отошли от первоначальных пиктографических принципов своей графической основы. То, что в алфавитах русской и латинской графических основ, например, буква «о» оказалась несколько сходной с положением губ при произношении звука этого знака, не дает оснований для расширенного толкования таких случаев.

Но среди письменностей имеются такие, которые изобретались специалистами своего времени, пытавшимися обосновать предлагаемые ими графемы объективными посылками. Так, например, корейская письменность 1444 г.) является результатом очень продуманного труда корейских ученых. Они выводили графические формы согласных знаков из схематического изображения положения органов речи при их произношении. Графемы же гласных звуков явились производными от условных изображений трех элементов мироздания, возникших ранее всех вещей, т.н. неба, земли и человека. Для изображения неба взята точка, земли — горизонтальный штрих, человека — вертикальный штрих.

Графемы письменностей за долгие годы их применения претерпевают изменения, особенно когда процесс культурного роста соответствующей национальности идет бурными темпами. Поэтому можно говорить о беспрерывном развитии графики письменности.

Шрифт

Полиграфический термин «шрифт» является очень емким термином, и в это понятие входят любые разновидности графической модификации письменности. Перечисление всех этих разновидностей заняло бы очень много места. В упомянутых моих работах 1935 и 1937 гг. гарнитуры шрифтов рассматривались как третья ступень графической интерпретации фонемы. Уточняя эту формулировку теперь, следует сказать, что шрифты являются полиграфическими моделями практической письменности, причем такое моделирование может иметь несколько стадий. В таком моделировании имеются два направления, часто не зависящие друг от друга.

Первое направление полиграфического моделирования — приспособление практической письменности к условиям техники типографского набора — создание полиграфического алфавита. Обычно это происходило как создание полиграфического алфавита применительно к условиям ручного набора, или, иначе говоря, как создание системы ручного набора. В дальнейшем эта система набора применяется без изменений к условиям механизированного набора или создается особый полиграфический алфавит также для определенного способа машинного набора.

Полиграфический алфавит, приспособленный к условиям определенного способа машинного набора, создается лишь тогда, когда количество знаков в полиграфическом алфавите для ручного набора превышает возможности соответствующего способа машинного набора или когда сочетания литер, принятых в ручном наборе, технически неповторимы в механизированном наборе.

Приспособление практической письменности, имеющей большее количество знаков, чем допускает этого сама машина, к условиям механизированного набора происходит путем уменьшения количества знаков письменности. Такое уменьшение количества знаков должно быть произведено с таким расчетом, чтобы в печати можно было без особых искажений воспроизводить минимально необходимое количество знаков письменности. Приемы уменьшения количества знаков теперь достаточно известны и применяются при проектировании рисунков шрифтов для механизированного набора на языках пенджаби, хинди, корейском, бирманском и др. Такое приспособление письменности к условиям определенного способа типографского набора мы называем созданием системы набора, т.е. созданием наборной формы из составных элементов (литер).

Под «системой набора» следует понимать оптимальную экономическую совокупность полиграфически оправданных знаков, требующихся для воспроизведения текстов какого-либо языка в типографской печати. В этом случае они адекватны словам «полиграфический алфавит». Но полиграфический алфавит дает только состав (перечень.) знаков, требующихся для набора, а система побора дает также способы соединения этих знаков для воспроизведения букв практической письменности в печати.

В зависимости от способа набора полиграфический алфавит может иметь различное количество знаков, но по условиям практического его применения желательно, чтобы эти различия по количеству и по составу знаков были бы по возможности незначительными.

Создание оптимально экономичной системы набора требует учета графических особенностей соответствующей национальной письменности, частотных характеристик знаков этой письменности, технических и технологических особенностей того способа набора, для которого она создается. При создании систем для механизированных способов набора обязательным является учет конструктивных особенностей соответствующих моделей наборных машин.

Оптимальное количество знаков в полиграфической модели письменности определяется минимально необходимым количеством знаков письменности, включая знаки препинания и цифры. Минимально необходимое количество знаков — это такое количество, которое дает возможность воспроизвести в наборе тексты массовых типов изданий с учетом орфографических правил, имеющихся для этой письменности. В иделльном случае это такая система, которая дает возможность воспроизводить в печати все знаки, принятые в ручном варианте набора. Последнее условие предполагает, что в ручном наборе найден рациональный принцип образования всех знаков письменности.

Для иллюстрации различий между практическим письмом и полиграфическими алфавитами можно привести пример с корейской письменностью. В корейском языке языковеды определяют наличие 22 фонем. Корейская письменность имеет звуко-слоговой характер. При слоговой письменности количество всех возможных в письме слоговых графем трудно определить. По подсчету, проведенному одним из знатоков корейского языка Г.М. Тороповым, таких слоговых сочетаний в этой письменности может быть более 10 000. В ручном наборе практически 2089 слоговых сочетаний. Полиграфический алфавит буквоотливного машинного набора, составленный нами, имеет лишь 336 знаков, а полиграфический алфавит для строкоотливного машинного набора (экспериментальный вариант) содержит еще меньше знаков - 58 включая цифры и знаки препинания.

Второе направление полиграфического моделирования — художественно-графическая обработка графем — приспособление их к характеру печатного издания, для которого предположительно предназначается шрифт. Это направление обычно называют созданием рисунков типографского шрифта.

«Под характером печатного издания следует понимать как содержание соответствующих видов паданий или разделов литературы (политической, учебно-педагогической, научной, художественной и т.п.), так и назначение изданий, учитывающее соответствующие возрастные, профессиональные и другие особенности читателя. В это понятие должна быть включена и форма печатных изданий (газета, книга, журнал, акцидентная продукция и т.п.).

Рисунки шрифта для какой-либо письменности вначале разрабатываются для универсального применения, но с ориентацией на наиболее распространенный вид литературы. Так, в средние века, при создании шрифтовых форм, учитывали литературу клерикального содержании и, чаще всего, так называемое священное писание. В настоящее время, когда национальности освобождаются от колониальной зависимости, первоначальные рисунки шрифтов ориентируются на массовые виды информации газеты. На такие же виды информации ориентировались национальности Советского Союза после Октября 1917 г., когда создавали свои шрифты.

Развитие национальной культуры всегда вызывает потребность в создании разнообразных рисунков шрифтов, учитывающих особенности различных типов изданий.

Подведем некоторые итога. Итак, существует вполне закономерная связь письменности с языком, шрифта с письменностью. Письменности следует рассматривать как графическую модель языка, а шрифт как полиграфическую модель письменности. Полиграфическое моделирование применительно к способам набора имеет свои стадии. Первой стадией моделирования, как правило, является создание системы ручного набора.

В результате полиграфического моделирования создается полиграфический алфавит, который по своему составу может сильно отличаться от практической письменности, являющейся графической моделью языка.

Графема является единицей практической письменности — костяком, мыслимо присутствующим во всех буквах, входящих в любую гарнитуру. Выявление построения этих графем и нахождение их оптимальных вариантов способствуют их правильной интерпретации при создании гарнитур шрифта.

Создание систем набора является первым направлением полиграфического моделирования, а создание рисунков шрифта — вторым направлением этого моделирования.

MaxBooks.Ru 2007-2015