Проблемы рукописной и печатной книги

Книговедческое изучение русской революционной нелегальной печати XIX в.

С.С.Левина, Л.Н. Петрова


Уже на заре советской историографии было признано значение произведений нелегальной революционной печати как историческою источника. В 1921 г. на Первой Всероссийской конференции архивных деятелей в докладе А.А. Шилова «Разработка историко-революционных материалов архивного фонда в связи с издательской деятельностью» книги рассматривались в одном ряду с историческими документами. В нелегальной печати отразились развитие революционной идеологии, программные и тактические требования различных течений революционного движения. Нелегальные издания сами по себе были актом борьбы против самодержавия. Поэтому для истории революционного движения в России имеют значение не только содержание, но и все обстоятельства издания и распространения нелегальной литературы, выяснение которых позволяет судить о деятельности партий, групп, кружков, об их идеологии, организационных связях. Для нелегальных изданий, может быть в большей мере, чем для других видов произведений печати, существенно подмеченное А.С. Мыльниковым различие между двумя качествами книги: с одной стороны, она служит аккумулятором информации и используется как инструмент в научной работе любого исследователя, а с другой стороны, как произведение печати определенной эпохи представляет собой документ, который изучается в качестве исторического источника.

Изучение любого источника начинается с выяснения времени, места и условий его возникновения. Как правило, в книгах все эти сведения указаны на титульном листе, и при использовании книги в качестве документа исследователю редко приходится заниматься изученном обстоятельств ее происхождения. Иначе обстоит дело с нелегальными изданиями, среди которых преобладают анонимные или подписанные псевдонимами, а выходные данные отсутствуют или заменяются вымышленными. Изучение нелегального издания как исторического источника начинается с установления его авторства и обстоятельств публикации. Для этого используют печатные и архивные материалы. Когда источниковедческая база оказывается недостаточной, вступает в действие книговедческпн метод исследования, включающий изучение содержания и полиграфической формы произведения в их неразрывном единстве. Книговедческий метод широко был применен составителями указателя «Русская подпольная и зарубежная печать». Однако участники этой работы не осветили методику книговедческого исследования, ограничившись общим указанием об установлении типографий с помощью изучения шрифтов и других элементов оформления книги. Впоследствии историки и книговеды имели возможность воспользоваться результатами этих исследований, методику же пришлось разрабатывать заново.

Для успешного применения книговедческого метода к изучению нелегальных изданий необходимо всесторонне учитывать все обстоятельства их создания: историю революционного движения в целом, историю отдельных революционных организаций, развитие множительной техники и т.п. Поэтому наиболее плодотворным оказывается изучение не отдельно взятого нелегального издания, а всей их совокупности, которую можно назвать репертуаром нелегальной печати.

Термин «репертуар», позаимствованный из практики Международного библиографического института, был введен для обозначения «библиографии всех книг и других произведений печати, изданных на территории страны с момента введения в ней книгопечатания». В наше время все более утверждается книговедческое понимание репертуара как совокупности печатной продукции определенной страны в определенную эпоху. По отношению к нелегальной печати этот термин применяется в обоих значениях.

Библиографическим репертуаром являются «Сводные каталоги русской нелегальной и запрещенной печати XIX века». Каталог, охватывающий книги и периодические издания, вышел из печати в 1972 г., сейчас готовится к изданию каталог листовок. Составленные на основе сплошного обследования коллекций нелегальных изданий (вещественных доказательств) крупнейших библиотек и архивов «Сводные каталоги» содержат научные описания более чем 2200 книг, 110 периодических изданий и 2000 листовок. Конечно, это не вся нелегальная печать XIX в. Исчерпывающей полноты еще не удавалось достигнуть ни в одном библиографическом труде. Тем более это невозможно в библиографии нелегальной печати. Нелегальные издания стали предметом тщательного собирания, хранении и изучения только после Великой Октябрьской социалистической революции, когда многие из них уже безвозвратно погибли. Тем не менее выявленный материал позволяет судить об общих тенденциях развития нелегальной печати и служит базой ее дальнейшего изучения.

Составленная на основе репертуара таблица показывает тесную связь нелегальной печати с русским революционным движением:

Возникнув в 1853 г., нелегальная печать крепла и развивалась, несмотря на временные спады в периоды общественной реакции (1864-1868, 1886-1894). Значительный рост изданий нелегальной печати всегда соответствует подъему революционного движения (1856-1863, 1878-1882, 1895-1900). Особенно тесно связано с революционным движением издание листовок. Так, период революционного спада, начавшийся в 1883-1885 гг., отразился на резком падении числа листовок, хотя общий уровень нелегального книгоиздательства еще продолжал оставаться высоким.

Библиографический репертуар позволяет охарактеризовать издательскую деятельность отдельных революционных организаций, проследить взаимосвязи ряда групп и кружков (например, петербургского «Союза борьбы» и московского «Рабочего союза» с «Союзом русских социал-демократов» в Женеве), уточнить время создания и прекращения деятельности ряда организаций (книжной агентуры «Народной воли», партии «Народного права» и т.д.).

Наличие такого репертуара дает возможность сопоставлять вновь найденные издания с близкими им по теме, помогая в отдельных случаях опознать неизвестные произведения. В коллекции нелегальных изданий, собранной историком студенческого движения В.И. Орловым и хранящейся в библиотеке Московского государственного университета, находится гектографированная брошюра, не имеющая ни автора, ни заглавия. Работая с отдельной книгой, В.И. Орлов смог указать только ее тему: визит русских военных кораблей в Тулон в октябре 1893 г. Этому событию, связанному с созданием франко-русского союза, было посвящено несколько нелегальных изданий, в том числе и произведение Толстого «Христианство и патриотизм». Изучение содержании гектографированной брошюры показало, что политическая тема в ней трактуется с.характерной для Л.Н. Толстого морально-религиозной точки зрения. Сопоставление брошюры с женевским изданием «Христианства и патриотизма» доказало их тождество. Так была опознана неизвестная нелегальная книга великого русского писателя. Книга и ранее физически находилась в библиотеке. Но, поскольку никто не знал, что она собой представляет, она практически не существовала для читателей библиотеки, для исторической науки и литературоведения.

Исследование началось с анализа библиографического репертуара, от которого перешли к изучению содержания произведения. Следует заметить, что книговедческое изучение содержания имеет свои особенности: книговеда интересует не столько приведенная в книге информация, сколько признаки, позволяющие опознать неизвестное произведение, найти исходные точки для датировки издания.

Одна из важных и сложных задач, постоянно встающих перед историком нелегальной печати, установление выходных данных, в которых, собственно, отражается история издания произведения. Из общего числа книг, представленных в «Сводном каталоге», только треть содержит все сведения о времени и месте печатания, издательской организации и типографии. Но и в тех случаях, когда в книге приведены все данные, следует проверять, соответствуют ли они действительности. Для этого каждое конкретное издание необходимо рассматривать в сопоставлении с другими. Забвение этого положения чревато ошибками.

В «Сводном каталоге» учтена брошюра-воззвание «Славному казачеству войска Донского, Уральского, Оренбургского, Кубанского, Терского, Астраханского, Сибирского и иных войск от Исполнительного комитета Народной воли». Это воззвание хорошо известно, и мы с полным доверием отнеслись к приведенным в брошюре выходным данным: «типография «Народной воли», 3 сентября 1881 г.». В сентябре 1881 г. типография «Народной воли», находилась в Москве, и это место издания было указано в «Сводном каталоге». Однако, когда сопоставили брошюру с другими изданиями московской народовольческой типографии, оказалось, что она заметно отличается от них шрифтом и бумагой. Дальнейшее исследование позволило установить, что брошюра является перепечаткой одноименной листовки типографии «Народной воли» от 3 сентября 1881 г. Издана она была в Женеве М.К. Элпидиным и напечатана в типографии А.Д. Трусова. Ошибка обнаружилась, когда была собрана и исследована продукция московской народовольческой типографии.

Определить круг изданий, необходимых для того или иного сопоставления, помогает репертуар нелегальной печати. Уже после выхода в свет «Сводного каталога» с помощью книговедческого метода были установлены полностью или частично выходные данные 40 отраженных в каталоге книг. Но всех этих случаях изучение отдельных изданий сочеталось с анализом репертуара.

Приведем пример подобного разыскания. При составлении «Сводного каталога» осталось невыясненным, кто и где напечатал книгу «От нечего делать», изданную в 1868 г. Это сборник, в который вошли «Развеселое житье» М.Е. Салтыкова-Щедрина, «Ночлег» и «Сцены в больнице» В.А. Сленцова и отрывок из «Записок из мертвого дома» — «Акулькин муж» Ф.М. Достоевского. Каждое из этих произведений ранее было опубликовано в подцензурной печати. Но собранные в одной книге, они рисовали исключительно мрачную картину жизни народа. К тому же книга невелика по объему, доступна любому грамотному читателю. Конечно, она не могла быть пропущена царской цензурой. Действительно, в книге нет цензурного разрешения, и она внесена в каталоги запрещенных изданий. По-видимому, ее напечатали где-то за рубежом. Об этом свидетельствует заглавие на французском языке, приведенное на обложке, и надпись: «Продается у главнейших книгопродавцев Германии и Швейцарии». При составлении «Сводного каталога» мы не пошли дальше этих соображений. Знание репертуара позволило сделать шаг вперед. Судя по приведенной надписи, книга могла быть издана в Германии или Швейцарии. Германия отпала сразу же: германские законы о печати требовали указывать на титульном листе типографию или издателя книги. Оставалась Швейцария. В 1868 г. русские революционные эмигранты владели там двумя типографиями: первая принадлежала Л. Чернецкому; вторая — М.К. Элпидину. Л. Чернецкий, к которому перешла Вольная русская типография А.И. Герцена, издавал, главным образом, обличительные памфлеты и прокламации, призывавшие к немедленному выступлению против царизма. Сборник «От нечего делать» отличается от подобных произведений. Зато он напоминает такое издание М.К. Элпидина, как книга А.И. Худякова «Жизнь природы и человека». Сопоставление шрифтов подтвердило, что сборник напечатан в типографии М.К. Элпидина.

Обычно данные книговедческого исследования сочетаются со свидетельствами современников и документальными материалами. В одних случаях исследователь на основе документов и мемуаров изучает историю революционной издательской организации или типографии, печатавшей нелегальную литературу, а с помощью книговедческого метода определяет ее продукцию. Возможен и другой путь: посредством сопоставления изданий, на основе близости содержания и оформления выясняется круг изданий какой-то — пока еще неизвестной — организации. Упоминание же какого либо из этих изданий в документах или мемуарных источниках позволяет установить организацию.

Книговедческий метод, особенно анализ репертуара, позволяет связывать с конкретными нелегальными изданиями сведения, встречающиеся в исторических трудах и документальных источниках. Так, в сборнике «С родины и на родину» (1895, № 5, с. 383) сообщалось, что в период с 1893 по 1895 г. в России была напечатана биография Александра III, основанная на английской биографии Ланина. В.Л. Бурцев уточнил эти данные. Он указал, что биография была издана в типографии «Народной воли» (т.е. петербургской «Группы народовольцев»), и привел точное заглавие книги английского автора: «Russian characteristics»".

Однако во всех свидетельствах отсутствовала главная примета брошюры — ее заглавие. На первых порах не помогло поиску и имя Ланина: с одной стороны, нам неизвестно русское издание, в котором это имя было бы указано на титульном листе или обложке; с другой — в английской книге, названной Бурцевым, нет биографии царя. Более существенным оказалось свидетельство Бурцева о типографии. Среди ее изданий, учтенных в «Сводном каталоге», имеется анонимная брошюра (автор А.И. Богданович) «Александр III. (К десятилетию коронации)». В ней А.И. Богданович действительно ссылается на английского автора, транскрибируя его фамилию «Ленин», и называет периодическое издание, в котором сотрудничал английский публицист. Неведомая биографии Александра III оказалась хорошо известной брошюрой, имеющейся в ряде хранилищ.

Анализ репертуара помогает не только правильно прочитать и воспринять документ, но и уточнить ошибочные документальные данные. Основываясь на материалах следствия о киевском революционном кружке Н. Татарова, А. Павловича и других, П.М. Шморгун написал, что в 1892-1893 гг. этот кружок гектографировал брошюру К. Маркса «Товар, деньги и капитал». Исследователь не задался вопросом, какое произведение стоит за жандармской записью. Под этим заглавием мог быть напечатан отрывок из «Капитала» или другого труда К. Маркса. Гораздо же вероятнее, что жандармы приписали К. Марксу первый раздел книги Каутского «Экономическое учение Карла Маркса». Это предположение, основанное на знакомство с кругом марксистской литературы, обращавшейся в революционном подполье в начале 90-х годов, подтверждается мемуарным свидетельством о гектографировании книги Каутского кружком Татарова-Павловича.

Особенно критического отношения требуют документальные данные о технике нелегальной печати. И здесь анализ репертуара открывает большие возможности. Е.Р. Ольховский указывает, что при обыске у члена казанского народнического кружка Н.П. Толузакова в марте 1880 г. были взяты литографированные издания: «Кому на Руси жить хорошо» Н.А. Некрасова и «Рассказ бывалого человека (Хитрая механика)» В.Е. Варзара. Литографированные издания этих произведений неизвестны, но в «Сводном каталоге» (№ 253 и 1126) описаны гектографированные издания с такой же пагинацией, какая указана Е.Р. Ольховским. Совпадение пагинации изданий, воспроизведенных с помощью различной техники, встречается не часто. Это побудило нас обратиться к материалам дознания, на которые сослался исследователь. Оказалось, что в ходе следствия жандармы убедились, что брошюры, которые они сначала приняли за литографированные, на самом деле были напечатаны на гектографе. Ошибка легко объяснима: гектограф стал применяться для нелегального печатания с конца 1879 г. В начале 1880 г. казанские жандармы, по-видимому, впервые столкнулись с этой техникой.

Аналогичная ошибка произошла в 1894 г. с другой технической новинкой — мимеографом. Среди литературы, взятой при обыске в Москве 3 декабря 1894 г. у С.И. Мицкевича, жандармы назвали мимеографированное издание книги Л.Н. Толстого «Царство божие внутри вас». В то время мимеограф только начал входить в практику. Прежде всего им овладели социал-демократы — наиболее сильное течение в революционном движении. При везенный из за границы мимеограф московских социал-демократов (тоже был захвачен у С.И. Мицкевича) — один из первых, принадлежавший революционерам. Так неужели социал-демократы прежде всего воспользовались новой техникой для напечатания Толстого? Оказывается, жандармы еще не научились различать мимеографированные издания. Книга Толстого, которую Мицкевич взял у знакомых, была гектографированной.

Во всех рассмотренных примерах ошибки в документальных источниках были выявлены путем сопоставления документальных данных с репертуаром нелегальной печати, с известными изданиями, с историей техники нелегальной печати. Таким образом, книговедческий метод не только помогает опознавать имеющиеся в наличии произведении печати и выяснять историю их публикации, по и дает возможность анализировать документальные сведения об изданиях, которые пока не обнаружены. Путем книговедческого анализа проверяется точность и достоверность документальных и мемуарных свидетельств, выясняется, какие издания стоят за неясными, а норой и ошибочными утверждениями. Репертуар, представляющий собой действенный инструмент книговедческого исследования, в ходе исследования сам пополняется и обогащается.

Сочетание книговедческого метода с документами и мемуарами оказывается весьма плодотворным. Но если выводы книговедческого исследования противореча г точным документальным данным, решающее слово остается за документом. С методической точки зрения полезно проанализировать, как возникают подобные противоречия.

Путем книговедческого исследования Н.В. Варбанец пришла к выводу, что из первого издания книги В.И. Ленина «Развитие капитализма в России» (СПб., изд. М.И. Водовозовой, 1899) цензура изъяла Postscriptum (дополнение) к предисловию Вывод основан на сопоставлении двух вариантов этого издания: один с дополнением и развернутым оглавлением (503 стр., цепа 2 р. 50 к.) и второй, без дополнения, с кратким оглавлением (494 стр., цена 2 р.). На основании наблюдений над сшивкой тетрадей исследовательница предположила, что сначала был напечатан более полный вариант, из которого по требованию цензуры было изъято дополнение.

Однако из переписки В.И. Ленина с родными известно, что Postscripturn был послан из Шушенского в Подольск А.И. Ульяновой 17 марта 1899 г.; в том же письме В.И. Ленин предлагал выбор между кратким оглавлением, которое подготовила Анна Ильинична, и развернутым, составленным им лично. Письмо из Сибири шло две недели (этот срок прослеживается по всей переписке) и было получено в Подольске 81 марта или 1 апреля. Между тем в «Списке изданий, вышедших в России в 1899 г.» книга В. И. Ленина значится среди изданий, поступивших в цензуру с 24 по 31 марта. Точное и полное описание в органе государственной регистрации не оставляет сомнений в том, что в цензуру был представлен экземпляр без дополнения (494 с.). В продажу книга поступила только через две недели. Об этом свидетельствует объявление в газете «Русские ведомости», в котором указана цена — 2 р. 50 к. Таким образом, в продажу поступил вариант с дополнением. Можно предположить, что, получив письмо В.И. Ленина от 17 марта, А.И. Ульянова, которая со 2 по 10 апреля находилась в Петербурге, внесла в книгу предложенные автором изменения: дополнила предисловие Postscriptum’ом, заменила краткое оглавление развернутым. Одновременно она изменила цену.

Таким образом, выводы, полученные книговедческим методом, противоречат документальным данным. Это произошло потому, что книговедческое исследование было сведено к наблюдениям над сшивкой тетрадей, а из ограниченных фактов были сделаны далеко идущие выводы. Не были приняты во внимание все обстоятельства печатания книги, а ведь здесь, как мы видели, имеет существенное значение даже такая деталь, как сроки доставки почты из Шушенского в Подольск. В статье не поставлен вопрос, какой из двух вариантов издания получил большее распространение. По данным Государственной библиотеки СССР имени В.И. Ленина и Библиотеки Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС более распространен вариант с дополнением. Между тем хорошо известно, что в случае цензурных изъятий экземпляры с первоначальным неурезанным текстом представляют большую редкость.

Неудачное применение книговедческого метода, конечно, не опорочивает самый метод, а только доказывает, что его нельзя сводить к отдельным отрывочным наблюдениям. Книговедческий метод исследования представляет собой комплексный метод, включающий анализ репертуара, изучение содержания и формы произведений печати в их неразрывном единстве и с учетом всей исторической обстановки издания и распространения произведения. Основой книговедческого метода является сопоставление изданий и экземпляров.

В настоящее время нелегальные издания имеются в многочисленных библиотеках и архивах, причем нигде они не собраны полностью. Самая богатая коллекция Государственной публичной библиотеки имени М.Е. Салтыкова Щедрина насчитывает 1430 нелегальных книг из 2260, учтенных в «Сводном каталоге»; в Государственной библиотеке СССР имени В.И. Ленина — 1320. В различных хранилищах нередко находятся издания одной организации; их можно собрать в каталоге, но не в натуре. Не исключено, что некоторые организации, издававшие революционную литературу, до сих пор не попали в поле зрения исследователей, потому что их издания рассеяны по различным хранилищам и их не удается собрать и сопоставить.

Для успешного развития исследований в области истории революционной печати и книгоиздательства необходимо создать по возможности полное собрание нелегальных изданий, т.е. собрать в одном хранилище репертуар нелегальной печати. В этом собрании должны быть сосредоточены оригинальные издания, а не репродукции, малопригодные для книговедческого анализа.

Полное собрание произведений нелегальной печати может быть создало только путем их перераспределения в общегосударственном масштабе, для чего необходимо преодоление межведомственных барьеров. Нам представляется целесообразным создание такой коллекции в национальном книгохранилище Советского Союза — Государственной библиотеке СССР имени В.И. Ленина.

Этот практический вывод вытекает из обоснованного выше положения о значении репертуара нелегальной печати для углубленного исследования истории революционной печати и книгоиздательства.

MaxBooks.Ru 2007-2015