Древний Китай

Нашли здесь что-то интересное?
С вашей помощью интересного будет больше!

Центральная власть и система уделов

Итак, первые чжоуские правители, создавая уделы как форму организации власти и вознаграждения за службу, не видели в удельной форме ничего такого, что могло бы принести вред администрации центра. Да и уделы в то время отнюдь не внушали тревогу за будущее власти центра. Скорей напротив, способствовали укреплению ее авторитета на местах. Впрочем, разберемся в этом вопросе основательнее. Начнем с того, что выясним, сколько всего было уделов, кому они давались, кем управлялись.

Уделы были очень разными. Точнее, одним и тем же термином обозначались очень разные образования. Оттого-то и столь различны мнения по поводу того, сколько всего существовало таких подразделений. Не увлекаясь цифрами, порой достигающими впечатляющих размеров (около 1700-1800 по «Лицзи», констатируем, что в пределах Чжунго, т.е. сферы политического влияния Чжоу (это большая часть бассейна Хуанхэ и частично прилегающие к нему территории), общее число протогосударственных структур колебалось, скорей всего, в пределах нескольких сотен. Во времена Шан, по подсчетам Дин Шаня, их было около 200.

Победа чжоусцев сильно изменила общую ситуацию: одни структуры были уничтожены, другие преобразованы и расчленены, третьи в форме уделов созданы заново.

Но в целом масштаб цифр, видимо, едва ли заметно изменился. Даже расширение сферы влияния чжоусцев и включение в орбиту их власти новых протогосударств к югу от Хуанхэ или на крайнем востоке бассейна не могло сильно изменить общее число автономных либо полуавтономного типа региональных подразделений. Если мы не будем учитывать те протогосударственные структуры, которые располагались на отдаленной периферии и были слабо зависимы от Чжоу либо вовсе независимы от него — просто известны чжоускому вану, — то число тех, которые можно считать уделами чжоуского Чжунго, еще более сократится.

Примем это неизвестное нам число ориентировочно за одну- две сотни. Учтем, что некоторые уделы достаточно давно принадлежали владетельным князьям или вождям, которые были союзниками Чжоу и после победы получили от чжоуского вана подтверждение права управлять своими подданными. Как известно из «Шицзи», отдельные из подобного рода владений принадлежали тем правителям, которые вели свой род от древних правителей типа Яо, Шуня и Юя.

Предположим, что параллельно с союзными владениями на территории Чжунго сохранились и нейтральные или вообще отдаленные от столиц вана владения, с которыми администрация вана на первых порах не успела разобраться. Это касается и тех варварских племенных образований, которые могли под влиянием шанцев и чжоусцев начать структурироваться и превращаться в протогосударства, в том числе и на территории Чжунго, где следы обитания жунов и ди фиксируются достаточно долго — в течение ряда веков после создания государства Чжоу.

Словом, когда мы подойдем к собственно чжоуским уделам, то окажется, что их было не столь уж и много, едва ли более сотни. Согласно «Сюнь-цзы», на данные которого современные авторы опираются наиболее часто и с наибольшим доверием, всего в раннечжоуском Китае был создан 71 удел, 53 из которых были пожалованы родственникам первых чжоуских правителей. Оставив в стороне те уделы, которые не принадлежали чжоусцам, ибо нет никаких оснований, чтобы определить, к какой из только что перечисленных категорий политических автономных структур их следует отнести, заключим, что речь должна идти прежде всего о полусотне с небольшим уделов, созданных самими чжоусцами практически заново, с целью обеспечить власть вана и нормальное функционирование администрации центра.

Уделы такого рода размещались повсюду, как поблизости от столичных зон, находившихся под непосредственной юрисдикцией вана и его помощников, так и вдали от них, иногда на значительном отдалении, на далекой периферии Чжунго. По составу населения и его численности они значительно отличались друг от друга. Давались же уделы, как говорилось, администраторам, родственникам и помощникам вана и были платой за службу, наградой за верность. Но не только.

В раннечжоуском Китае, особенно на начальном этапе его истории, когда начало свое существование подавляющее большинство заново созданных чжоусцами и для чжоусцев уделов, они еще не были протогосударственными структурами, региональными территориальными подразделениями центра. Это были скорее военно-административные образования, созданные для наведения порядка на местах, для осуществления там власти центра. Именно такими были самые первые из чжоуских уделов.

Специальное исследование тайваньского историка Чэнь Паня показало, что эти первые уделы вообще не были жестко увязаны с территориями и в случае нужды с легкостью перемещались на новые земли. Таких случаев Чэнь Пань выявил свыше 20, что представляет собой немалый процент от общего числа ранне- чжоуских уделов. Показательно, что удел Лу, пожалованный Чжоу-гуну, первоначально находился в Хэнани, но вскоре был перемещен далеко на восток, в район Шаньдуна. Янь, удел Шао-гуна, тоже вначале был в Хэнани, а затем переместился на северо-восток, в район совр. Пекина. Удел Ци, пожалованный Цзян Тай-гуну, был в Хэнани, а затем оказался в Шаньдуне, на берегу моря.

В процессе перемещения по меньшей мере некоторые из уделов изменяли этнический состав. Так было, например, с Лу, в состав которого оказалось включено несколько коллективов шанцев, в основном из числа ремесленников.

Практически это значит, что вначале раннечжоуские уделы представляли собой отряды чжоусцев, выполнявшие функции гарнизонов на окраинах страны, в жизненно важных ее местах. И видимо, в отличие от шанцев, для которых расчленение и перемещение было символом их национального поражения, гибели как этноса и государства, для чжоусцев и, вероятно, большинства их союзников, да и вообще для всех племенных групп, обитавших в бассейне Хуанхэ и рядом с ним, подобного рода перемещения отнюдь не были трагедией. Обратим внимание на то, как выглядели документы о создании раннечжоуских уделов.

Этих документов не так уж много. Некоторые из них до предела лаконичны. Например, в одной из надписей на бронзе, «Май цзунь», сказано, что ван приказал некоему Син-хоу быть хоу в Син, а в надписи «Чжоу-гун гуй» уточняется, что Син-хоу жалуются люди (подданные-чэнь) трех групп — из Чжоу, Дун и из еще одного места (топоним не установлен), причем все три этнические группы локализуются Го Мо-жо в районе р. Вэй, т.е. близ Цзунчжоу.

Но есть и достаточно развернутые тексты. Остановимся на одном из них, едва ли не наиболее известном и значительном по содержанию, «Да Юй дин», который посвящен пожалованию удела Юю, наследнику Нань-гуна.

Перед нами крупный удел, число подданных в нем близко к 2 тыс. Удел составлен, судя по тексту, из представителей двух этнических групп, чжоусцев и варваров. Известны и иные аналогичные пожалования, где перечисляются люди из трех и более этнических групп.

В «Цзо-чжуань» зафиксированы тексты, имеющие отношение к созданию трех известных раннечжоуских уделов, Лу, Вэй и Цзинь: «Ван пожаловал лускому гуну большую колесницу, большое знамя, нефритовый диск, принадлежавший роду Ся, и большой лук Фэн-фу. Пожаловал шесть цзу иньского народа пожаловал много земли, жрецов, гадателей, писцов с документами и письменными принадлежностями, чиновников и ритуальную утварь. Пожаловал Кан-шу большую колесницу, знамя из разноцветного шелка, колокол Да-люй; пожаловал семь цзу иньского народа, земли [там-то]. Пожаловал Тан-шу большую колесницу, барабан Ми-сюй, панцирь, колокол Гу-сянь, пожаловал девять цзу народа хуай, пятерых чиновников, пожалованы земли».

Из приведенных и аналогичных текстов явствует, что главным объектом пожалования были ритуальные вещи, боевые принадлежности и люди. О землях если и упоминается, то чаще всего ориентировочно (живите там-то, на таких-то землях). Практически это означает, что уделы были не более как указом вана оформленная часть подданных, состоявшая из этнически гетерогенных коллективов и возглавлявшаяся кем-то из чжоусцев. Правитель удела, получив все перечисленное (или право управлять перечисленным населением), направлялся нести службу вану там, куда ему было указано, взяв с собой определенное число соплеменников-чжоусцев.

Словом, раннечжоуские уделы представляли собой территориально-административные подразделения на местах: за счет населения, включенного в состав удела, должны были существовать административное руководство удела во главе с его владельцем и вся направленная с ним группа «людей вана», выполнявшая функции гарнизона. Уделы-гарнизоны были, таким образом, форпостами чжоуского вана на территории, подлежавшей его юрисдикции, и особенно на ее периферии. Собственно, именно поэтому они с такой легкостью перемещались в случае, когда внешние очертания Чжунго изменялись и форпосты необходимо было передвинуть подальше от центра.

Не все уделы выступали в роли периферийных гарнизонов. Часть их располагалась в центре, в том числе в столичных зонах. Но между обеими категориями уделов была существенная разница, на которую обращали внимание исследователи. Речь о том, что уделы центральной части Чжунго и тем более обеих столичных зон были более мелкими и менее значимыми. Это естественно и логично: земли там издревле были лучше освоены и гуще заселены. Соответственно территории внутренних уделов были строже ограничены. Возможно, и характер их организации был несколько иным, чем у тех, что давались на периферии.

В материалах «Цзо-чжуань» можно встретить упоминания о мелких уделах центральной зоны, в том числе и расположенных близ обеих столиц. Д. Челмерс на этом основании в свое время составил даже карту уделов. Но подробных данных о мелких уделах центральной зоны в источниках нет. Во-первых, потому, что большинство их так никогда и не стали хотя бы полуавтономными политическими образованиями, как в силу своего скромного размера, так и из-за близости к администрации центра. А во-вторых, возможно, из-за того, что эти уделы в реальности достаточно быстро исчезли, будучи заменены системой развивавшейся централизованной администрации в масштабе столичных зон, находившихся под непосредственной властью центра.

Дело в том, что в столичных зонах действовали свои привычные нормы: в Цзунчжоу — старые чжоуские, в Чэнчжоу — с использованием богатого шанского опыта (вспомним, что строили вторую столицу в основном шанцы). Более конкретно о чжоуских формах редистрибутивных отношений речь пойдет ниже. Относительно же Чэнчжоу (Лои), который после 771 г. до н.э. стал столицей и сердцевиной домена чжоуского вана, есть некоторые данные, позволяющие судить о том, что формы централизованной редистрибуции развивались здесь достаточно успешно. Так, из некоторых надписей на бронзе («Сяо чэнь Су гуй», «Сяо Кэ дин») явствует, что восемь иньских армий, дислоцированных рядом с Чэнчжоу, являли собой в организационно- административном плане некое единое целое, видимо, сеть военных поселений с централизованной администрацией.

Из надписи «Ху гу» вытекает, что там существовала практика наследования административных должностей, в частности должности сы-ту восьми армий, и, видимо, своя система снабжения, амбаров и складов. Напрашивается вывод, что во второй столичной зоне Чэнчжоу шел энергичный процесс институционализации власти центра и развития механизма централизованной редистрибуции. А коль скоро так, то не исключено, что параллельно совершенствовался аналогичный механизм и в масштабах обеих столичных зон, включая и многочисленные, находившиеся между столицами уделы.

Уделы внутренние, таким образом, заметно отличались от внешних, периферийных, причем не столько даже размерами, что очень важно, сколько сущностью, перспективами. Вкратце их отличие было в том, что у них не было будущего. Рано или поздно, но они все поглощались централизованной администрацией столичной зоны, которая укреплялась за счет их поглощения.

Но только внутренние уделы и были в сфере досягаемости администрации центра, практически быстрыми темпами превращавшейся в администрацию столичных зон. Уделы внешние, периферийные, столь же быстрыми темпами решительно выходили из сферы влияния центральной администрации, трансформируясь в политические структуры, аналогичные столичным зонам. Процесс, о котором идет речь (включая различие между внутренними и внешними по отношению к столичным зонам уделами), легко продемонстрировать на конкретном примере.

Как о том уже говорилось, два виднейших представителя чжоуской администрации, Чжоу-гун и Шао-гун, получили собственные внешние уделы: первый в управлявшейся им зоне, на территории к югу от Хуанхэ (удел Лу в Шаньдуне), а второй — в своей зоне, к северу от Хуанхэ (удел Янь). Сами они в этих периферийных уделах не жили и не могли жить, ибо были заняты административными делами в своих столичных зонах, в Чэн-чжоу и Цзунчжоу. Зато их сыновья, посланные вместо них управлять уделами, стали родоначальниками владетельных феодально-удельных домов, царских династий будущих царств Лу и Янь, игравших существенную роль в политической жизни чжоуского Китая на протяжении многих веков.

В то же время в столичных зонах, а после 771 г. до н.э. — в домене вана в Чэнчжоу также были наследники Чжоу-гуна и Шао-гуна, на протяжении многих поколений сохранявшие свои титулы (чжоу-гун, шао-гун) и игравшие, как о том говорят тексты, заметную роль в числе ближайших сановников вана. Однако эти два гуна при царском дворе не были правителями больших уделов. Можно предположить, что они владели мелкими внутренними уделами, использовавшимися в качестве кормлений. Точных данных на этот счет нет.

Но в любом случае очевидно, что уделы, даже если они были, перестали играть для своих владельцев сколько-нибудь существенную роль достаточно быстро. Чжоу-гуны и шао-гуны при чжоуском ване в столичных зонах и домене были сановниками, находившимися на службе и получавшими соответствующее вознаграждение, не более того.

Не столь даже важно, по-прежнему оно шло за счет доходов от их внутренних уделов-кормлений или выплачивалось из казны, а уделы более не существовали. Не важно, когда именно такая трансформация произошла, если она вообще имела место. Важно, что внутренние уделы не имели политического значения и так или иначе были инкорпорированы, поглощены, переварены администрацией центра и ее сформировавшимся механизмом централизованной редистрибуции.

В то же время внешние уделы, напротив, окончательно вышли, как упоминалось, из сферы влияния упомянутой администрации. Правда, не сразу. Как же шел исторический процесс децентрализации и феодализации чжоуского Китая, как начинался и какие формы обретал?

MaxBooks.Ru 2007-2017