История Испании

Муниципальная независимость

Муниципалитеты часто действовали как совершенно независимые органы, и в этом проявлялись свойственный тому времени дух местного сепаратизма и слабость центральной власти. Подобно дворянам, города вели войну без разрешения короля, вторгаясь на мусульманскую территорию на свой страх и риск. Они всевали друг с другом или против соседних сеньоров. Часто военные операции были справедливой реакцией на бесчинства сеньоров.

Для ведения таких войн и для поддержания порядка в какой-нибудь местности (в частности, для борьбы с разбойниками и т.п.) несколько городов объединялись, образуя эрмандаду или федерацию. Примером таких федераций являются эрмандады Эскалоны и Сеговии, Эскалоны и Авилы, Пласенсии и Авилы в конце XII в., эрмандады Толедо и Талаверы в период несовершеннолетия Альфонса VIII, эрмандады Сеговии, Авилы, Пласенсии и Эскалоны в 1200 г. и др.

Для руководства эрмандадами издавались особые распоряжения, назначались алькальды, выносились и приводились в исполнение приговоры причем с королем совершенно не считались. Фернандо III некоторые из этих эрмандад признал, но вынужден был запретить ряд союзов подобного рода, которые под предлогом наведения порядка творили всевозможные бесчинства.

Тот же самый дух автаркии проявлялся в особом законодательстве вольных городов. Обычно права и привилегии города фиксировались в фуэро, которое жаловалось при создании городского самоуправления, а затем изменялось и дополнялось королевской властью, причем воля короля выражалась, или частным образом, или на соборах и кортесах.

Иногда муниципии получали также право самостоятельно разрабатывать правила своей внутренней организации, как это, видимо, имело место в Саламанке, чье фуэро было собранием актов городского совета (консехо), утвержденных королем и в других пунктах (Касерес, Самора, Мадрид), где сами городские советы принимали те или иные решения в области внутреннего управления (например, указы о скотоводстве и т.д.)

Однако муниципии часто не довольствовались этим и втайне от короля, обманным путем сами вносили изменения в свои фуэрос. Подобная практика доходила до крайних пределов в вольных городах, отдаленных от резиденций королей, или в муниципиях, где прежние традиции вольной жизни нашли признание у королей и стали узаконенными привилегиями. Так, некоторые вольные города кантабрийского побережья вели войны с иностранными державами (например, с Англией) и заключали мирные договоры как суверенные государства.

Если принять во внимание все, что нам уже известно о своеволии знати, нетрудно будет составить отчетливое представление об отсутствии единства в системе управления страной. Тем не менее, автономия городов в немалой степени способствовала росту их могущества (а в этом была и положительная сторона), причем эта мощь основывалась на режиме народной демократии, который проявлялся в прямом вмешательстве в дела управления собраний граждан.

Апогей этого могущества относится к периоду, который охватывает XII и XIII вв.; XIV в. отмечает уже эпоху упадка.

MaxBooks.Ru 2007-2015