История Испании

Поражение под Вильяларом и его последствия

Повстанческие войска оказались разделенными на две части: одна, главная, была расположена в Торрелебатоне, другая (епископа Акуньи) — на территории Толедо. При первой части находились Падилья, Мальдонадо, Браво, Пиментель и другие военачальники, которые, проводя пагубную тактику бездействия, только теряли время и нисколько не препятствовали продвижению противника, 19-го апреля находившегося уже всего в одной лиге от Торрелебатона.

Это был очень удобный случай атаковать противника, не успевшего подтянуть все свои силы. Однако Падилья упустил его. 22-го апреля Падилья разобрался в обстановке и, не решаясь дать сражение, так как обещанные Сарагосой, Леоном и Саламанкой подкрепления не прибыли, а в его собственной армии открылись многочисленные случаи дезертирства, отдал приказ отходить по дороге в Торо.

По некоторым свидетельствам, Падилья два раза пытался завязать бой с королевскими войсками, которые, увидев, что его армия отступает от Торрелебатона, двинулись ей навстречу. Но другие командиры повстанческой армии настояли на дальнейшем отступлении, вначале проходившем в известном порядке. Наконец, обе армии встретились на мосту Фьерро, около Вильялара, но к этому времени повстанческая армия была уже деморализована и способна лишь к бегству, но не к бою.

Падилья попытался сдержать свои отступающие войска, но не смог. Основные силы его армии укрылись в Вильяларе, где Браво и Мальдонадо сделали безуспешную попытку их сорганизовать. Падилья, в припадке отчаяния бросился один против кавалерии противника, ища смерти. Он был ранен и захвачен в плен вместе с Браво и Мальдонадо. Остальных сторонники короля истребили без всякого сопротивления, не потеряв при этом сами ни одного человека. Войска повстанцев потеряли сто человек убитыми, четыреста ранеными и более тысячи человек пленными Главным инициатором этой резни был доминиканский монах Хуан Уртадо.

Некоторые старинные отчеты о поражении под Вильяларом содержат указание на то, что в войсках Падильи имела место измена и что, в частности, изменили артиллеристы. Но это непроверенные сведения. То, что бездействовали артиллерия и мушкетеры, можно объяснить сильным ливнем, шедшим в тот день, бившим прямо в лица повстанцев и затруднявшим их движение. Однако надо сказать, что это могло лишь ускорить развязку, основной же причиной было то, что войска Падильи попросту не оказывали никакого сопротивления.

Падилья, Браво и Мальдонадо были заключены в ближайший замок Вильяльба, откуда их на следующий день перевели в Вильялар. При обсуждении вопроса о том, когда следует их судить — немедленно или по возвращении короля, — большинство судей высказалось за немедленный суд. Алькальды короля приговорили всех троих к отсечению головы и к конфискации всего имущества. Приговор был приведен в исполнение немедленно в том же Вильяларе.

Авторы хроник рассказывают, что когда осужденных вели на эшафот, то глашатай объявлял: «Таково наказание, совершаемое над этими кабальеро по приказу короля и от его имени коннетаблем и правителями. Им отрубят головы как изменникам и возмутителям народа и как похитителям власти» и т. д. Браво с негодованием ответил: «Лжешь ты и лжет тот, кто тебя послал: мы не предатели, а ревнители народного блага и защитники свобод королевства». Алькальд ударил его палкой, а Падилья заметил: «Сеньор Хуан Браво, вчера нужно было драться по-рыцарски, а сегодня надо умирать по-христиански».

Трупы всех трех вождей были похоронены в Вильяларе. Тело Браво было через несколько месяцев перенесено в церковь Сайта Крус де Сеговия. Тела остальных, по-видимому, также были перенесены в другие пункты (Саламанку и монастырь де ла Мехорада около Ольмедо). Другой вождь комунерос — Мальдонадо Пиментель, племянник графа Бенавенте, — был обезглавлен в Симанке 12 мая следующего года.

Когда в Толедо пришло известие о поражении под Вильяларом, вдова Падильи, донья Мария Пачеко, сумела возбудить боевой дух повстанцев, которые продержались против королевских войск вплоть до 25 октября 1521 г. Впоследствии донья Мария добилась, чтобы ее сыну были возвращены титулы и имущество его отца (на которое был наложен запрет) и чтобы восстановление чести ее мужа было оформлено юридически, что было подтверждено королевским указом, подписанным членами королевского совета, а затем и самим королем.

Казнью вождей движение не окончилось. В феврале 1522 г. в Толедо произошли новые вспышки восстания, вызванные сторонниками доньи. Марии, которой в конце концов пришлось бежать в Португалию. Она была заочно приговорена к смерти, а дом ее разрушен до основания. Другие, замешанные в движении, были наказаны столь же сурово. Судя по различным приказам и инструкциям, можно было ожидать, что легкая победа под Вильяларом должна была склонить к милосердию короля, который, кстати сказать, должен был вернуться.

Но на деле все было иначе. 16 июля 1522 г. Карл вернулся в Испанию. Вскоре им была дарована всеобщая амнистия (28 октября); но она не распространялась на 293 человека, замешанных в восстании, от которого к тому времени не осталось и следа. Действительно, вслед за Вильяларом сдался Вальядолид, жителям которого была обещана амнистия, за исключением 12 человек, по большей части высланных в дальнейшем. За Вальядолидом последовали Медина, Леон, Самора, Сеговия, Саламанка, Паленсия и Авила.

Некоторое время сопротивлялись лишь Толедо (о замирении которого мы уже говорили), МадгАвд и часть района Мурсии. Епископ Акупья, находившийся в Толедо, бежал, однако вскоре был захвачен в Наваррете (провинция Логроньо). Те самые кастильские города, которые прежде восставали, теперь послали свои войска в распоряжение королевских правителей для борьбы с французами, захватившими почти всю Наварру. Этим они доказали свою полную лойяльность. Вскоре покорились города Мадрид и Мурсия.

В этой обстановке нужна была снисходительность. За мягкие меры по отношению ко всем восставшим стояли наместники, которые всячески ходатайствовали об этом перед королем. Им противодействовали члены королевского совета и придворные-фламандцы. Не трудно догадаться, к чему склонялся сам Карл, если учесть, что он высадился с армией, насчитывавшей 4000 немецких солдат, и с большой свитой фламандских фаворитов и слуг. Намерения Карла не оставляли сомнений. Совет начал вести процесс за процессом. Вскоре было обезглавлено 24 видных деятеля движения комунерос, главным образом депутатов от городов.

Эта жестокая расправа, уже после того как исчезла всякая опасность, была плохо встречена в Испании. Адмирал в своих письмах неоднократно указывал королю на неполитичность подобных действий и среди прочих приводимых им доводов указывал, что амнистия была обещана от имени короля. Одновременно он советовал королю принять разумные меры к предотвращению подобных восстаний в дальнейшем.

Карл не посчитался с адмиралом, как не посчитался и с Сиснеросом в 1517 г. Процессы, конфискация имущества и всякие другие преследования продолжались вплоть до амнистии 28 октября, которая, впрочем, не распространялась на военнослужащих королевской армии, примкнувших к комунерос, а также на ряд других лиц, упомянутых выше.

Большинство лиц, на которых не распространялась амнистия, было приговорено к разным наказаниям, даже к смерти. Лишь некоторые получили прощение по ходатайству королевских прокуроров и других ответственных лиц. Король требовал выдачи всех бежавших в Португалию, но получил отказ. ГрафСальватьерра, взятый в плен, умер в 1524 г. в бургосской тюрьме. Епископ Самора был казнен в 1526 г., но не как повстанец, а как убийца Мендо Ногероля. С этого года наблюдается тенденция к смягчению репрессивных мер, что подтверждается рядом фактов.

MaxBooks.Ru 2007-2020