История Испании

Дипломатия и международные отношения

Во все времена руководители государств прибегали в международных отношениях к помощи послов, а разрешение конфликтов или заключение союза оформляли договорами. В Испании договоры заключались еще в эпоху карфагенян, а при Эйрихе появляются первые послы. Но в течение многих веков послы являлись лишь временными уполномоченными; выполнив данное им поручение, они возвращались на родину.

Даже при католических королях, которые неоднократно вели переговоры через своих представителей, послы не имели ни постоянной должности, ни определенных функций. Между тем пример итальянских республик — опередивших другие страны в использовании политических средств для поддержки или замены военных действий — обратил на себя внимание остальных государств.

Одной из важных причин, задержавших на время развитие института послов, было недоверие, которое питали к ним многие государи, в том числе Фердинанд Католик, считавший послов — и не без основания — шпионами и интриганами. Действительно, итальянцы рассматривали послов не только как своих представителей, призванных поддерживать добрые отношения с другими странами и способствовать быстрейшему разрешению общих дел, но и как агентов, собирающих сведения о политических планах государства, в которое они посланы.

Поэтому Фердинанд Католик и не любил, чтобы иностранные послы надолго задерживались в его владениях. Тем не менее как он, так и королева Изабелла неоднократно пользовались услугами послов и уполномоченных, кроме того, количество и сложность международных вопросов настолько возросли, что разрешение этих вопросов стало одной из функций королевских секретарей.

Среди послов, достигших славы в этот период, известны: Хуан Колома, итальянец по происхождению, благодаря которому был заключен Барселонский договор; Перес Альмасен; Родриго Гонсало де Пуэбла, представлявший Испанию в Лондоне с 1488 г. в течение многих лет; герцог де Эстрада; епископ Педро де Айяла, бывший послом в Шотландии и в Англии; Екатерина Арагонская, жена принца Генриха, аккредитованная родителями в качестве дипломатического представителя при дворе ее свекра Генриха VII, что не было редкостью, ибо женщины часто выполняли дипломатические поручения.

Эпоха расцвета испанской дипломатии начинается в XVI в. — в царствование Карла I, который не только собрал вокруг себя людей большого ума и проницательности, ведавших международными отношениями (Шьевр, Гатинара, Гранвела и его сын — кардинал, Кобос и т. д.), но и располагал плеядой послов, в большинстве фламандцев (хотя он не раз давал обещания кортесам — в 1523, 1525 и 1528 гг. — назначать на эти посты только испанцев), представлявших его политические интересы при дворах Франции, Англии, Константинополя и в итальянских государствах. Из испанцев известны были герцог де Сесса, Мигель де Эррера и Уртадо. Институт послов становится постоянным.

Договор, заключенный в 1520 г. между королями Англии и Франции, устанавливает дипломатические отношения между обеими странами. Этому примеру последовали другие государи, так как все были заинтересованы в использовании новой формы дипломатических сношений. С тех пор дипломатия начинает играть преобладающую роль в отношениях между государствами, подготавливая и осуществляя новые союзы, расторгая старые, разрушая планы тех монархов, чьей дружбы следовало опасаться, ведя сложные интриги с целью добиться наибольших выгод для своей страны. Многими политическими успехами в XVI и XVII вв., так же, впрочем, как и неоднократными поражениями, Испания обязана своим послам.

При Филиппе II выдвинулись блестящие дипломаты как из знати, например Бернардино де Мендоса, так и из духовенства — Гранвела и епископ Акила и даже из буржуазии — верный и бескорыстный Антонио де Гуарас. Эта традиция продолжалась и при Филиппе III, чей посол в Англии — граф де Гондомар — был одним из самых выдающихся, опытных и знающих дипломатов своего времени. В этот период испанская дипломатия считалась «первой в мире», по определению одного современного английского историка, до тех пор, пока ее не превзошла французская дипломатия.

Это стало очевидным в царствование Филиппа IV, а особенно Карла II: в выборе наследника ясно сказалось французское влияние. Все же и в это время появлялась иногда какая-нибудь яркая фигура, как, например, Педро Ронкильо — посол, выполнявший важную секретную миссию в Польше (1647 г.) и добивавшийся выборов Карла Лотарингского королем Польши.

Со своей стороны, другие европейские государства имели при испанском дворе в течение двух указанных веков своих постоянных послов; на этот пост назначались лучшие дипломаты. Многие из них (главным образом итальянцы) оставили дневники, отчеты и донесения, представляющие большой интерес для изучения истории и обычаев испанского народа. В своей работе мы не раз пользовались сведениями о нашей стране, которые были оставлены этими и другими дипломатами.

Сложность и трудность обязанностей дипломатов — необходимость регулярно представлять точные отчеты о политическом, экономическом, военном положении страны, в которой они аккредитованы, забота об интересах своей страны, борьба с интригами других послов, заключение договоров в случае успеха переговоров и т. д. — требовали от них исключительной энергии, ловкости, гибкости ума, сдержанности и других выдающихся качеств. Некий английский лорд дал такое определение посла: «Достойный уважения человек, посланный за границу, чтобы лгать в интересах своей родины».

Эта мысль находит подтверждение в инструкциях, изданных некоторыми королями, и в словах, произнесенных испанским послом при отъезде к месту своего назначения: «Если будут лгать мне, я налгу в двести раз больше». Характерными чертами испанской дипломатии являлись строгая выдержка, полное соблюдение тайны и невероятная медлительность. По этому поводу один из придворных Хуана Австрийского сказал: «Медлительность испанских министров приведет когда-нибудь к крушению мира», а один из приближенных нунция, посланного Климентом VIII в 1594 г., заметил, что «при дворе Филиппа II время в счет не идет — для решения самого ничтожного дела требуются годы». Наряду с послами действовали шпионы, засылать которых старался каждый государь. Карл I для этой цели прибегал к услугам монахов.

Послы пользовались правом неприкосновенности, это стало традицией во всем мире и зафиксировано как общее положение в «Партидах». Кроме того, на них не распространялось действие законов страны пребывания, хотя этот порядок вызывал сомнения и споры в тех случаях, когда посол устраивал заговоры, как это было с Мендосой (XVI в. ) и Инохосой (XVII в.), испанскими послами в Англии, которых хотели подвергнуть наказанию, но в конце концов только выслали, — или когда он вступал в столкновение с законами страны пребывания — об этом упоминается в указах Филиппа IV (4 июня 1663 г.) и Карла II (20 июня 1692 г.).

Испанские послы в Лондоне имели право совершать католическое богослужение у себя в посольстве, но добиться от Филиппа II подобной же привилегии для английского посла не удалось, несмотря па требование, предъявленное в 1565 г. Зато иностранные послы в Мадриде пользовались привилегией иметь свои запасы или склады съестных припасов; так как при этом совершались злоупотребления, Филипп IV приказал отменить эту привилегию, причем ему пришлось повторить приказ несколько раз, прежде чем он был исполнен.

Одним из основных вопросов, обсуждавшихся дипломатами и юристами того времени, был вопрос о свободе морей. Еще в XVI в. такие писатели, как Франсиско Альфонсо де Кастро и Васкес Менчака, провозгласили свободу морей для Испании. Больше того, даже в документах конца XV в. (в том числе каталонских) нередко встречается признание этого принципа. Однако установление испанцами монополии на торговлю в Америке заставило голландцев снова поднять этот вопрос в XVII в. Тогда же было написано известное произведение Гроция (1609 г.).

MaxBooks.Ru 2007-2020