История Испании

Общая нищета и средства ее ликвидации

В середине XVII в. нищета в стране была повсеместной, а к концу века она усилилась еще более. Для подтверждения приведем еще одно свидетельство. В 1665 г. на заседании городского совета Севильи один из рехидоров, дон Андрее де Эррера, заявил: «Следует обратить внимание на то нищенское состояние, в каком находится все королевство Андалусия, где даже высшие классы не имеют достаточных средств к жизни.

Средние слои населения очень бедны; что касается ремесленников различных отраслей производства, то некоторые занимаются бродяжничеством, другие просят милостыню; бедняки-нищие часто умирают от голода, так как им не хватает того, что они выпрашивают в монастырях. Женщины просят милостыню, переходя от одной церковной паперти к другой, так как работой они не могут добыть средства на пропитание; другие вынуждены сидеть дома, им не в чем выйти даже к обедне.

Иногда родители оставляют своих маленьких детей у городских ворот Севильи или у дверей частных домов. То же самое делают родители в соседних с Севильей городах; забывая родительскую привязанность, они покидают своих детей, оставляя их на произвол судьбы раздетыми и голодными. Эти дети вынуждены просить милостыню и укрываться на ночь в огородах или, если это им разрешают, в сенях домов. Все эти факты общеизвестны».

Зло это имело глубокие корни. На последнем заседании кортесов, созванных Филиппом III, было заявлено: «Ни у кого нет ни денег, ни кредита; страна совершенно опустошена. Алькабала убила торговлю... в главных городах большинство домов необитаемо. Кортесы 1573 г. заявили, что в результате отсутствия работы в торговле и промышленности многие ремесленники и рабочие, в прежние времена хорошо обеспеченные, поскольку у них было достаточно работы, в настоящее время превратились в жалких, никому ненужных бедняков или в бродяг и бездельников, число которых увеличивается с каждым днем все более. Доказательством этого служат многочисленные примеры, имеющие место в Толедо, Сеговии, Куэнке, Гранаде и Севилье».

Такие же, но еще более настойчивые жалобы встречаются в актах кортесов времен царствования Филиппа III и Филиппа IV. Последние письма Филиппа IV, адресованные Марии де Агреда в 1665 г., говорят об удрученном состоянии короля вследствие общего расстройства хозяйства и нищеты в стране, так как многие жители различных провинций вынуждены были есть овсяный хлеб с примесью трав. Экономисты и путешественники XVII в. приводят многочисленные данные об исключительной нищете сельского населения Испании. Повсюду в то время господствовал всеобщий пессимизм, и на это были веские основания.

Народные массы, доведенные до отчаяния дороговизной жизни, часто восставали; примеры этого имелись не только во время царствования Карла II, когда зачастую восстание экономического характера вызывалось политическими соображениями; восстания имели место и в более ранние времена. Серьезное восстание произошло в Севилье в 1652 г. Оно было вызвано дороговизной жизни, нехваткой пшеницы и голодом. Народное восстание в селении Фериа продолжалось 21 день. После подавления его 56 главных виновников были наказаны, остальные — помилованы.

По тем же причинам частые восстания происходили в Барселоне в конце XVII в. Об этом свидетельствуют документы городского совета, относящиеся к тому времени; они говорят также о большой нищете народа, в противовес пышной расточительности аристократии; доказательством являются многочисленные платежные свидетельства, договоры о займах и продажах, находящиеся в архивах.

Не только народные волнения, но отдельные протесты, доказывавшие всеобщую нищету в стране, являлись предметом беспокойства политических деятелей, которые в значительной степени сами являлись виновниками такого положения. Однако меры, принимаемые для улучшения положения, были недостаточными. Поскольку причины, его вызывавшие, понимались неправильно, эти мероприятия не давали никакого результата; в некоторых же случаях они приносили еще больший вред, чем тот, который они предназначены были искоренить. Это относится к мероприятиям, касавшимся внешней торговли, налогов и регламентации.

Имелось достаточное количество различных советов и комиссий, предназначенных для изучения данной проблемы. Через год после восшествия на престол Филипп IV созвал совещательную ассамблею, состоявшую из «председателей присутствий, королевских советников и судей, депутатов кортесов». Задачи этой ассамблеи сводились к тому, чтобы «обсудить и изучить положение, в котором очутилось королевство, и... изыскать способ установить в стране порядок, равновесие и безопасность, в чем нуждаются мои подданные...»

В том же королевском указе от сентября 1622 г., к которому относятся вышеприведенные слова, положение страны было охарактеризовано следующим образом: «Следует признать также, что моя вотчина в тяжелом положении: королевство опустело, торговля в упадке, не хватает денег вследствие вывоза капиталов за границу; финансовое и имущественное состояние моих вассалов пошатнулось; многочисленны всевозможные поборы с подданных; произвол низших служащих в провинциях вызывает беспорядки; недостает порядка также и в деле распределения и сбора налогов; чересчур много чиновников развелось в разных учреждениях...»

Созыв королем ассамблеи дал не больше результатов, чем все остальные попытки определить вину администрации и правительства за всеобщую нищету в стране. Учитывая прочие причины такого положения, был издан закон, направленный против бродяжничества; в целях ликвидации бродяжничества поощрялись организации, назначением которых было ликвидировать голод и разорение земледельцев.

Законы против бродяжничества были очень многочисленны. В 1528 г. по требованию кортесов был издан указ об изгнании некоторых лиц, проживавших в столице королевства, а властям было вменено в обязанность следить за тем, чтобы «лица, не имеющие титула сеньора, не появлялись при нашем дворе». Это нечеткое решение относительно бродяжничества было заменено другим, более определенным, в распоряжении, изданном в 1566 г.

В нем, помимо карательных мер против неисправимых бродяг, как это было в упомянутом указе 1528 г. и в других, изданных в 1555 и 1560 гг., устанавливалось, что к бродягам, на которых распространялись данные карательные меры, относились «цыгане и иностранцы-лудильщики, а также здоровые нищие, просящие милостыню и являющиеся бродягами».

MaxBooks.Ru 2007-2020