История Древнего Востока

Экономика и общественный строй - страница 2

В одном письме упоминается имя крупного торговца домами Бушукина, для которого его агенты скупали дома. Они информируют этого крупного торговца о покупке домов и просят его возместить им расходы. Ассирийские торговцы вывозили из хеттских стран главным образом металлы, в частности медь, серебро и свинец.

Ассирийская торговля способствовала проникновению в хеттские страны ассирийского влияния. Так, в Малую Азию из Ассирии пришла календарная система, способ датировки и религиозные верования. Одновременно с ассирийскими купцами в хеттские страны проникают и вавилонские купцы, которые приносят с собой вавилонскую денежную систему, основанную на шестеричной системе счисления.

Многие вавилонские ритуальные тексты, мифы и легенды были переведены на хеттский язык. Среди хеттских надписей были обнаружены лексические справочники и словари вавилонского типа. В течение долгого времени, вплоть до времени расцвета Хеттского государства, хеттские цари заключали договоры с соседними странами на вавилонском языке. Только в XIV в. до н. э. хеттский язык окончательно стал вытеснять в Малой Азии вавилонский.

Торговля, не только связывавшая отдельные хеттские области, но и вводившая хеттские племена в широкий круг экономических связей, объединявших страны Передней Азии, отразилась в хеттских законах. Эти законы устанавливали твердые цены на скот, мясо, шкуры, сельскохозяйственные продукты, землю, одежды, ткани и металлы. В частности, закон приравнивал 240 весовых единиц меди к одной единице серебра.

Хеттские племена вступают на арену мировой истории в эпоху распада родового строя, когда в недрах возникающего рабовладельческого общества еще прочно сохраняются сельская община и пережитки родового строя. Так, в «Надписи Телепина» говорится о наказании виновного в убийстве «господином крови», очевидно, главой рода. «И дело крови совершается так: кто совершит кровавый поступок, то слово за господином крови. Если он скажет «он должен умереть», то пусть он умрет. Если же он скажет «он должен уплатить штраф», то пусть он уплатит штраф. Царю же здесь ничего не следует делать».

Некоторые исследователи полагали, что человек, названный в этой надписи «господином крови», является председателем судебной палаты. Но если это судья, то непонятно, почему закон запрещает царской юрисдикции вмешиваться в дела об убийстве.

Скорее следует думать, что «господин крови» был главой рода, которому принадлежала кровь, т. е. жизнь всех родичей, поэтому закон сохранял за ним право судить виновного в убийстве. В данном случае обычное право древнего родового строя сталкивается с царской юрисдикцией классовой эпохи.

Другим пережитком глубокой старины была круговая порука, тесно связывавшая родичей, будь то в родовой или семейной общине или в большой патриархальной семье, наконец, даже членов сельской общины коллективной ответственностью за каждое преступление, совершенное одним из членов общины. Так, существовал закон, согласно которому члены «семьи», в которой занимались колдовством, должны выдать виновного.

Если они этого не сделают, то они и весь их «дом» подлежат наказанию. Коллективная ответственность родичей и односельчан сохранилась и в новохеттскую эпоху. Согласно «Присяге воинов», боги — покровители присяги должны были покарать не только клятвопреступника, но также его жену, его детей, его дом и даже его селение (т. е. общину).

Наконец, в служебных инструкциях дворцовым и храмовым служащим говорится, что виновные в совершении некоторых преступлений должны быть наказаны вместе со своим потомством. С течением времени представление о коллективной ответственности родичей и односельчан постепенно ослабевает.

В хеттских законах, относящихся к XIV в. до н. э., указания на этот древний обычай сохранились лишь в двух статьях. Однако община продолжала существовать. Судя по законам, каждая семья получала в общине земельный надел, называвшийся «целое поле». Делами общины управляли старейшины, которые, в частности, решали вопрос о праве собственности на скот.

Велика была роль патриархальной семьи. В хеттских законах встречается особый термин «цена жены», указывающий на прочно существовавший обычай продажи девушек. Семейное право предоставляло неограниченную власть главе патриархальной семьи — отцу и мужу. Он имел право творить суд и расправу над подвластными ему членами патриархальной семьи. В быту сохранялись остатки самосуда, узаконенного древним обычным правом. Если муж заставал жену с мужчиной, то он имел право их убить. «Наказания для него (т. е. мужа) нет», — гласит ст. 197 хеттского судебника.

Документы указывают на возникновение и развитие рабовладения, чему особенно способствовали войны и развитие торговли, которая обогащала одних за счет разорения других. Поэтому понятно, что рабовладение получило особенное развитие в ассирийских торговых колониях в Каппадокии. В надписях свободные противопоставляются рабам, которые, очевидно, происходили из местного хеттского населения. Хетты часто попадали в рабство благодаря широко развитой долговой кабале.

Согласно сохранившейся долговой записи, должник, не погасивший в срок своего долга, обращался в рабство; по другим долговым записям, происходящим из района Ганиша, члены семьи должника должны были отрабатывать проценты по данной ссуде личным трудом в доме кредитора. Эти долговые документы утверждались правителем Ганиша, который защищал интересы ассирийских богачей, купцов и рабовладельцев и поэтому передавал в их распоряжение несостоятельных должников и членов их семей. Должниками часто оказывались хеттские ремесленники.

Естественно, что хетты должны были чувствовать ненависть к пришлым ассирийским торговцам, которые их жестоко эксплуатировали. Возможно, на этой почве происходили столкновения. Теснимые местным хеттским населением, ассирийские торговцы обратились к царю Аккадского государства Саргону I. В одном сказании рассказывается, как Саргон I совершил далекий поход в хеттскую страну, чтобы оказать помощь ассирийским торговым колониям.

MaxBooks.Ru 2007-2015