Развитие письма

Археологические памятники письменности


Подтверждается существование письменности в дохристианской Руси также и археологическими памятниками.

К сожалению, систематическое, плановое изучение и обобщение фактического материала по этому вопросу, накопленного дореволюционной русской и советской археологией, не сосредоточено ни в одном из научно-исследовательских институтов. В результате такое изучение проводится в значительной мере в порядке индивидуальной инициативы отдельных исследователей. Лишь часть найденных памятников опубликована. Публикаций нередко представляют собой не документальные фотографии, а случайные зарисовки, и, как правило, разбросаны по многочисленным, подчас трудно доступным сборникам и трудам институтов.

Наибольший интерес из обнаруженных на территории России памятников дохристианской письменности представляют те, которые содержат надписи или отдельные знаки, отличные от букв кириллицы, глаголицы и других известных систем письма.

Самыми древними из таких памятников (конец I тысячелетия до н.э. и в особенности первые три-четыре века нашей эры) являются знаки и изображения, найденные в русском Причерноморье, — в Херсонесе, Керчи, Ольвии и других местах, где когда-то существовали греческие поселения. Знаки эти, наряду с греческими надписями, встречаются на каменных плитах, надгробьях, на черепице, амфорах, монетах и т.п. Одни из них представляют собой схематические рисунки; большинство имеет условную, линейно-геометрическую форму, как правило, довольно сложную. Некоторые сходны с буквами глаголицы. Подавляющее большинство знаков или расположено изолированно (иногда в сочетании с греческими текстами), или же в беспорядочном скоплении. Лишь в трех-четырех памятниках расположение знаков упорядочено; при этом только один из них (архитектурный фрагмент, найденный в 1946 г. в Ольвии, состоит из знаков, нанесенных одновременно, и, возможно, представляет собой связный текст.

Первые публикации, посвященные причерноморским знакам, появились в середине и второй половине XIX в.

Первоначально многие относили эти знаки к готской письменности; в настоящее время считается доказанным их сарматское происхождение. Академик И.И. Мещанинов в работе, посвященной причерноморским знакам, считал большинство этих знаков родовыми знаками скифо-сарматских родов, а некоторые более сложные и поздние— царскими монограммами. Встречающиеся же иногда скопления знаков на одном памятнике И.И. Мещанинов объяснял разновременным их нанесением или же одновременным участием в каком-либо обряде (например, в погребальном) представителей разных родов. В то же время И.И. Мещанинов (вслед за П. Бурачковым) признавал возможным влияние причерноморских знаков на глаголическое письмо.

За последние годы ряд статей о причерноморских знаках опубликовал Н. А. Константинов. Согласно его гипотезе, причерноморские знаки ведут происхождение от кипрского слогового письма V—IV вв. до н.э., которое могло стать известным скифо-сарматскому, а затем и праславянскому населению Причерноморья через греческих колонистов. Впоследствии кипрские слоговые знаки превратились, согласно Н. А. Константинову, в буквенно-звуковые знаки протоглаголического письма.

Недостаток гипотезы Н. А. Константинова в том, что она оставляет открытым вопрос, почему сарматы, а затем славяне заимствовали слоговое кипрское письмо, а не звуковое греческое. Ведь последнее было больше известно жителям Причерноморья и лучше передавало фонетику сарматской и славянской речи. Кроме того, сложность формы, а также изолированное или хаотическое расположение знаков делает более вероятным и понимание их не как слоговых и звуковых, а как условных знаков рода, племени и т.п.

Другой недостаток гипотезы Н. А. Константинова в том, что она базируется лишь на графическом сходстве некоторых причерноморских знаков со знаками, с одной стороны, кипрского и, с другой, — глаголического письма. Между тем одно графическое сходство не может служить доказательством, так как очень часто оно объясняется случайным совпадением. Доказательством правильности расшифровки той или иной системы знаков следует считать только прочтение связных текстов, переданных этими знаками. А среди памятников причерноморской письменности связные тексты (негреческие), видимо, отсутствуют. Наконец, большие сомнения вызывает пятивековой разрыв между последними памятниками причерноморской письменности (IV в.) и древнейшими памятниками славянской письменности (IX—X вв.).

Последнее по времени и тщательно документированное исследование причерноморских знаков принадлежит Э.И. Соломоник. На основе анализа формы, места и порядка расположения знаков, Э.И. Соломоник приходит вслед за И.И. Мещаниновым, к выводу, что большинство причерноморских знаков представляют собой родовые, племенные или личные (в том числе царские) знаки, знаки собственности, клейма мастеров и магически культовые знаки. Лишь немногие знаки имеют сравнительно простую форму и относительно упорядоченное расположение.

Согласно Э.И. Соломоник, это «свидетельствует о тенденции развития их в стройную систему письма. Этот процесс был замедлен благодаря заимствованию верхушкой местного населения греческой письменности и не успел завершиться, т.к. к IV в. н.э. в северное Причерноморье хлынула новая миграционная волна». Э.И. Соломоник тоже считает возможным влияние причерноморских знаков на форму некоторых букв глаголицы, но, во-первых, только на форму, и, во-вторых, через посредство предполагаемых славянских «черт и резов» V—VIII вв.

Следующей группой вероятных памятников дохристианской русской письменности являются найденные на территории России и до сих пор не расшифрованные надписи на предметах X—XI вв.

Наибольший интерес из них представляет так называемая «алекановская» надпись. Надпись эта, нанесенная на глиняный сосуд X—XI вв., была открыта в 1897 г. В. А. Городцовым во время раскопок у с. Алеканово под Рязанью; надпись содержит 14 знаков, расположенных в строковой планировке. В 1898 г. там же на обломках посуды было обнаружено еще пять аналогичных знаков. Как указывает А. А. Городцов «сосуд плохо обожжен, изготовлен, очевидно, наспех... следовательно, изготовление местное, домашнее, а следовательно, надпись сделана местным или домашним писцом, т.е. славянином». Знаков слишком много, чтобы их можно было принять за клеймо мастера. «Остается предположить, — делает вывод В. А. Городцов, — что знаки представляют собой литеры неизвестного письма».

Близки по форме к алекановским знаки на горшках из бывшего Тверского музея, а также на медных бляхах, найденных А. В. Арциховским при раскопках тверских курганов XI в. На двух бляхах знаки идут по кругу, образуя две одинаковые надписи. Некоторые из знаков, подобно алекановским, напоминают буквы глаголицы.

Загадочные знаки, вероятно, не славянского, а тюркского происхождения были обнаружены при раскопках на Дону, на кирпичах Цимлянского городища и на камнях из стен Маяцкого городища. Аналогичные по происхождению и характеру знаки имеются также на баклажках, хранящихся в Новочеркасском музее.

Многочисленные статьи посвящены знакам, обнаруженным (впервые в 1864 г.) на свинцовых пломбах, видимо, торговых печатях X—XIV вв., найденных на Западном Буге у с. Дрогичина; общее количество этих знаков измеряется многими сотнями. На лицевой стороне некоторых дрогичинских пломб стоит буква кириллицы, а на оборотной стороне — один из «загадочных» знаков. К XI—XII вв. относятся загадочные знаки, встречающиеся на старорусских пряслицах, т.е. на каменных колечках, надевавшихся на веретено для ускорения его вращения, и на других бытовых предметах.

Наряду с кирилловскими буквами встречаются загадочные знаки в надписях на монетах русских князей XI в. (Владимира, Святослава, Изяслава, Ярополка) и др. Надписи эти обычно строятся по схеме «Владимир на столе, и се его сребро» с изменением только имени князя. На многих из монет вместо пропущенных букв стоят непонятные черточки и точки. Большинство исследователей объясняло появление этих черточек и точек безграмотностью русских граверов XI в. Однако потворяемость одних и тех же знаков на монетах разных князей, причем часто с одинаковым звуковым их значением, делает такое объяснение маловероятным.

MaxBooks.Ru 2007-2015